"Фантастика 2024-191". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
Если честно, терять минимум полчаса мне очень не хотелось. Знаю я эти дела — сначала пописать, потом «давай кофе выпьем», да еще и печеньку припомнит, что я ей в гостях у дяди Митяя обещал купить. Туда, сюда, и в результате мы в Москву черт знает во сколько приедем.
Потому я было со словами «Давай тут слабься» собрался тормознуть просто у обочины, но жизнь немедленно внесла коррективы в мои планы. Если точнее, это сделал мой смартфон.
Я глянул на имя звонившего и сбросил вызов. Нет у меня желания с этим человеком беседовать здесь и сейчас, когда рядом находятся дамы, у которых ушки всегда на макушке.
Спустя минуту аппарат снова задергался и разразился припевом из песни «Break Me Shake Me» когда-то модной, а теперь почти забытой группы «Savage Garden». Блин, все время забываю заменить его на что-то более соответствующее текущему положению дел. Та, что звонит, когда-то давно сама привязала к своему номеру именно этот рингтон, разумеется, вложив в это двойной, а то и тройной смысл. Что-что, а это она любит, в простоте слова не скажет. А я, когда меняю аппараты, которые, увы, у меня долго не живут, всякий раз снова устанавливаю этот рингтон на ее вызовы. На автомате, разумеется, не нарочно.
Собственно, сейчас с ней побеседую и что-то другое поставлю. Можно даже группу не менять, достаточно изменить трек. Например, есть у них песня «Animal song», там в припеве прямо очень правильные слова звучат.
Я резко крутанул руль, лихо подкатил к заправке, которая заманчиво светила огнями вывесок в темноте ночи и сказал спутницам:
— У вас десять минут.
— Лично мне никуда не надо, — с интересом глянула на надрывающийся смартфон Марго. — Я могу и в машине посидеть.
— Мне тоже интересно, кто там звонит, но терпежу нет, — протараторила Василиса и выскочила из автомобиля, бросив на прощание: — Маргош, ты подслушай, с кем он болтать станет, а потом мне расскажешь!
Я глянул ей вслед и тоже вышел из машины, попутно ответив-таки на звонок.
— Привет, — раздался в трубке голос Майи. — Я настолько тебя достала за то время, что мы были вместе, что ты даже общаться не желаешь?
— Банально, — поморщился я. — Меняй круг общения, mon ami, твой нынешний дурно на тебя влияет. Раньше ты была оригинальней.
— Прав, — согласилась со мной собеседница. — Не насчет круга общения, разумеется, а насчет примитивности захода. Но у меня есть уважительная причина. Я сегодня жутко устала.
— Так вместо того, чтобы мне звонить, выпила бы вина, да и баиньки шла, — предложил я. — Зачем делать сложный день еще и неприятным?
— Общение с тобой не неприятность, — возразила Майя. — С чего ты взял? Да, мы расстались не лучшим образом, но это не значит, что сразу же тебя занесла в тот список, где сверху имеется надпись «редкие козлы». Бесспорно, ты человек сложный, но…
— Пропустим полстраницы текста и перейдем к делу, — оборвал ее я. — Что тебе нужно? Говори прямо и коротко, у меня не так много времени.
— Ничего мне не нужно, — в голосе моей бывшей жены прозвучала обида, в которую, к слову, я ни разу не поверил. — Просто позвонила, вот и все. Без повода, без причины. Я, если ты не помнишь, женщина, потому иногда совершаю поступки, в которых нет ни логики, ни корысти, ни, что уж скрывать, смысла. Этот один из них. Вот захотелось мне тебя вдруг услышать, Максим. Ни с того ни с сего.
Ага. Ты — и «ни с того ни с сего». Надо пойти в магазин, что при заправке, купить набор одноразовой посуды и достать оттуда вилку, чтобы лапшу с ушей снимать.
— Это трогательно, — я шмыгнул носом. — И приятно. Не стану врать, моя самооценка сейчас взлетела до небес. Вон как я твою душу и сердце зацепил, что даже после развода ты перед сном именно меня вспоминаешь. Может, даже ругаешь себя за то, что такого мужика упустила. Ругаешь же?
— Ну конечно же! Каждый вечер, — голос Майи понизился на полтона и приобрел бархатный оттенок. — А каждую ночь я…
— Макс, ты кофе будешь? — громко спросила у меня Василиса, выглянув на улицу. — И печеньки с тебя! А лучше хот-дог, тут есть! Похоже, вкусные!
— Так, — мигом сменила интонации Майя. — Это ты с кем таким неприхотливым отдыхаешь?
— А тебе не все равно?
— Нет. Говорю же — я к тебе неприязни не питаю, потому не хочу, чтобы ты опустился на самое дно социальной пропасти. Сейчас хот-дог, потом что? Водка в пластиковом стаканчике и кольца кальмара из пакетика?
— Я не сноб, меня подобные вещи не коробят. Не все, как ты, потомки старинного аристократического рода, кое-кто и из крестьянских семей вышел. Или рабочих. Я просто свою генеалогию плохо знаю. Вернее, вообще не знаю. Но отчего-то уверен, что в роду у меня один пролетариат.
— Вот фу! — Я прямо увидел, как Майя сморщила свой точеный носик. — И этот человек меня обвинял в банальности фраз.
— Так я и на вычурность речей не претендую. Чем богаты — тем и рады. Ладно, говори, что хотела, да я пойду. Меня ждет юная невзыскательная нимфа с крепким телом и отсутствием комплексов. Да и принципов тоже. Мы с ней сейчас пожрем хот-догов, запьем их кофе, а потом…
— Что потом — понятно. Но оно и хорошо, с другой стороны. Греши, пока есть такая возможность, потому что скоро ее может не быть.
— Чего это? — насторожился я. Очень уж много сочувственно-сладкого яда было в интонациях моей бывшей. — В тебе вроде французская, а не испанская кровь течет, вряд ли ты из-за ревности мне горло перережешь.
— И не подумаю. Вот мне больше делать нечего! Тем более что ты обзавелся таким недоброжелателем, который справится с этой задачей куда более квалифицированно.
В этом месте, судя по возникшей паузе, мне полагалось задать резонный вопрос «Ты сейчас о ком говоришь?», но я этого делать не стал. А смысл? Майя начнет ходить вокруг да около и плести паутину тонких намеков, получая от этого немалое удовольствие.
А вот шиш ей!
— Чарушин, ты здесь? — через какое-то время спросила моя бывшая. — Ау!
— Тут, тут, — успокоил я ее. — Вот, стою, боюсь. Ну и гадаю, откуда мне прилетит. Только список сильно длинный, до утра с ним, боюсь, проваландаюсь, так что, наверное, пусть оно будет как будет, чего уж теперь. Спасибо, что позвонила, предупредила. Пока!
— Стоп, вороные! — гаркнула моя собеседница, поняв, что я вот-вот сброшу вызов. — Максим, я не шучу. Ко мне обратилась Дара. Та Дара, которая в Подмосковье ковеном ведьмовским рулит и, по слухам, помнит еще чуть ли не Владимирскую Русь. С одной стороны, я в это не очень верю, с другой… Вот фиг знает. Все, кто про нее мне рассказывали, говорили, что она всегда выглядела так, как сейчас. Но была же она когда-то молодой? Была. А когда?
— Обратилась и обратилась, что с того? — безразлично ответил я. — Чем мне это повредит?
— Она очень зла на тебя, — пояснила моя бывшая. — По разговору это хорошо ощущалось.
— А что хотела-то?
— Информацию. Все, что я о тебе знаю, просила рассказать. До мельчайших подробностей.
— Заплатила хорошо?
— Максим, как ты мог подумать…
— Вопрос все тот же.
— Очень, — мурлыкнула Майя. — И даже не торговалась. Я к чему — сдается мне, в самом скором времени она тебе такую козью рожу состроит, что мало не покажется.
— Значит, горе мне, — хмыкнул я. — Самое время брать руки в ноги и валить на год-другой из страны. Ты ведь к этому ведешь? Как тогда было сказано в ЗАГСе после развода? «Этот город для нас с тобой слишком тесен, Чарушин. Ты в нем лишний».
— Ой, ладно! — фыркнула Майя. — Я была зла на тебя, причем сильно. Вот зачем ты первым предложил развестись? Это должна была сделать я. Это мое священное право, понимаешь? А ты на него наплевал с высокой колокольни. Да еще и свою Гелечку-дурочку в ЗАГС притащил. Это вообще ни в какие ворота не лезет! Спишь с ней — спи. Но зачем меня дурой выставлять?
Чистая правда, почти так и было. «Почти» — потому что Гелю я тогда с собой взял совершенно из других соображений. Мы после ЗАГСа в налоговую ехать собирались, а в машине она не осталась из-за того, что там жутко пахло «незамерзайкой». Я в тот зимний день как раз ее залил, а она оказалась невероятно вонючей, даром что куплена была в приличном вроде магазине. В результате Геля отправилась со мной на процедуру расторжения брака, что и вызвало приступ жуткой злобы у Майи, усмотревшей в моем поступке жесткий троллинг.