"Фантастика 2024-191". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
— Тебя как зовут-то? — с неожиданной жалостью глянула на нее Светлана.
— Марина, — всхлипнула девушка. — Слушайте, ну можно же все решить по-людски? К чему эта фольклорная дикость? Вы же явно тут все знаете, так давайте доберемся до ближайшего места, где смартфон сигнал поймает, свяжемся с моим отцом, и он решит все вопросы. Даю слово!
— То есть она так ничего до сих пор и не поняла, — сообщила мне Метельская.
— А ей кто чего объяснял? — усмехнулся я. — Ну а свой объем знаний там явно с гулькин нос. Если чего-то нет в «тик-токе» и «телеге», то этого вовсе на белом свете нет.
Наверное, я бы не рискнул вести отвлеченные разговоры в данной ситуации, если бы не заметил то, что местной владычице они интересны. Она слушала нас, не выказывая неудовольствия, что кое о чем говорило.
— Этих двух не жалко, — Светка почесала нос, — сгинут — и хрен с ними. А девка, по ходу, в самом деле ни при чем.
— Ты сама сгинешь, — зло пообещала ей Майя и тут же получила тычок в загривок. — Ай! Больно же!
— Сказано молчи — значит молчи, — равнодушно объяснил ей Глузд. — В следующий раз больнее сделаю. Веришь?
— Верю, — буркнула Виллеруа и снова взвизгнула. — Теперь за что?
— За дурость, — пояснил воин, качнул головой и добавил: — Иль не так?
На этот раз Майе хватило ума промолчать.
— Воры вы и есть, — подытожила Хозяйка. — И что погано — сами того признать не захотели, пришлось вас за руку хватать. Да еще слова дурные в доме моем говорили, бесчинства творили. Скажете, этого тоже не было?
Марина растерянно хлопала глазами, Ставр застыл, как статуя с на редкость дебильным выражением на лице, ну а Майя молчала, как ей и было велено. Причем, подозреваю, она где-то даже радовалась, что Глузд такое распоряжение отдал.
— Но это все мелкие вины, — не дождавшись ответа, продолжила повелительница гор. — А вот то, что вы меня же в моем дому высмеивали, простить не могу.
— Не делала ничего такого! — не выдержала Марина. — Да я вообще не знаю, кто вы! Как можно высмеивать того, о ком ничего не знаешь?
— Зато вон она знает. — Палец женщины показал на Майю. — Знаешь же? Верно? Скажи, скажи, сейчас можно, я дозволяю.
— Догадываюсь, — не поднимая глаз, ответила та. — Только не знаю, какое из ваших имен сейчас назвать.
— А давай я тебе подскажу? — предложила владычица. — Может, «каменная девка»? Ну, я же с каменными дела мастерами хороводилась, потому только девкой меня назвать и можно. Не девой же, как положено. А еще добавить слово «давалка». Что оно означает, точно не ведаю, но догадываюсь.
Всегда знал, что у моей бывшей иногда мозги клинит намертво, и она в этот момент способна спороть настолько редкостную фигню, что диву можно даться. Но тут, пожалуй, она себя саму превзошла по всем статьям. Ладно, когда подобную дичь в горах несут те, кто ни во что не верит и ничего не знает. Но она-то в курсе, что к чему?
Кстати — Каменная Дева. Красиво звучит. И очень верно.
— Или вот еще, — сидящая на троне просто смаковала то, что говорила, — рудную мать еще веселее можно переделать. Как ты там сказала?
— Не надо, — попросила ее Майя. — Пожалуйста.
— Я ничего такого не слышала, — подала голос Марина. — Это, наверное, до меня случилось.
— Так я тебе в вину неуважение и не ставлю, девица, — милостиво кивнула сидящая на троне, — только то, что ты руки свои к моему добру протянула. Потому и кара, может, помягче тебе выпадет.
— А мне? — вдруг прорезался голос у Ставра.
— Ты да и вот эта сквернословица — одно. Значит, и ответите вместе.
Интересно, в каком смысле они одно? Что она хотела этим подчеркнуть?
— А все же вы кто? — вдруг обратилась к своей судье Марина. — Ну, чтобы понимать?
— Я с давних пор приглядываю за этим горами, — белоснежная рука обвела огромный зал, — на то тут и поставлена. Все меня касается, до всего мне есть дело, и никому баловать в своих владениях я не позволю. Я тут Хозяйка, девица.
— Блин, я поняла! — Марина хлопнула ресницами, ее губы расползлись в удивленной и одновременно недоверчивой улыбке. — Вы Хозяйка Медной горы!
— Я Хозяйка многих гор, а не только Медной. Да и нет в моих владениях такой, — поправила ее женщина. — Но с какого-то времени меня иногда стали называть именно так. Сначала не понимала, почему и отчего, а после один забавный паренек рассказал, что книжицу про меня читал. Верно врал, но так ловко, что я его на волю отпустила, несмотря на то что дела за ним числились недобрые. Хорошая байка дорогого стоит, как за нее не наградить?
— У меня ощущение, что я сейчас «дунула» такой травы, какой никогда в жизни не пробовала, — пожаловалась то ли Майе, то ли нам, то ли вообще непосредственно Каменной Деве Марина. — И лучше бы так оно и было! Тогда мне проще поверить в реальность происходящего. Нет, кое-что неправильное, такое, во что сразу не поверишь, в моей жизни случалось, но это было давно и один раз. А чтобы так…
— И папа, получается, не поможет, — скривила губы в улыбке моя бывшая. — Да? Теперь самой за себя отвечать придется. Наверное, впервые в жизни. Ни деньги не помогут, ни связи… Блин, да сколько можно меня бить?
— Пока ума в голову не вложу, — отозвался Глузд, — раз слов не понимаешь.
Что-то мне подсказывает: а ведь не собиралась она эту молоденькую дурочку на белый свет выводить. Не любит Майя «мажоров» обоего пола, причем сильно, есть у нее такой пунктик с самой юности. Почему, отчего — не знаю, она мне не рассказывала, хоть я и спрашивал. Но наверняка какая-то мутная история случилось, где о ее гипертрофированное самолюбие ноги вытерли, а такое она и не забудет, и не простит. Причем не конкретно какому-то человеку, которого, кстати, скорее всего, уже и в живых нет, а вообще всем.
Но до такого, как сейчас, раньше не доходило. Это уже перебор. Видно же — нормальная девчонка, без всяких там закидонов, да еще и испуганная до крайности. Зачем с ней так-то?
Хотя, может, я на бывшую и наговариваю, конечно. Но вот эта ее улыбка… Я ее хорошо знаю.
— Ладно, пустое это все, — хлопнула в ладоши Каменная Дева. — Вина за вами есть, а за наказанием дело не станет. Верно же, гостеньки дорогие? Справедливо я рассудила?
— Вполне, — отозвалась Метельская, ткнув кулаком в бок Аркаши, который, похоже, сподобился наконец высказать свое мнение и даже уже рот открыл для этого. — Ваши владения — ваше право.
— А ты что скажешь, залазник? — перевела на меня свой взгляд Хозяйка. — Вон та егоза тебе все же не чужая, а что у меня за нрав, уверена, ты уже смекнул. Места тут суровые, и мы, стало быть, такие же. Не жалко ее?
— Не стану врать — жалко, — произнес я, после чего Марго и Светлана за моей спиной дружно фыркнули. — А что такого? Живой же человек. Ну да, строптивая, жадная, злопамятная, но уж какая есть. У нас ней общее прошлое, его вот так быстро из памяти не вычеркнешь. Только подруга моя права. Тут ваш дом, она в нем насвинячила, так что пусть отвечает. Единственное — вон ту девчонку, может, все же пожалеете? Не так и много она бед натворила, да и те по незнанию да недомыслию.
— Ну прямо само благородство, — усмехнулась Майя. — Ой! Над головой вроде как нимб появился!
— Каждый получит то, что заслужил, — заверила меня Хозяйка. — Но их долю и облегчить можно. Мне толковые слуги нужны всегда, достатка в них никогда нет. Желаешь, я твою женку отпущу, а ты мне за то служить станешь.
— Не желаю, — мигом ответил я. — Тем более что и до того мне уже приходилось ее долги закрывать. Сколько можно?
Не нравится мне то направление, которое разговор принимает. Почему? Потому что догадываюсь, куда мы в результате с этими беседами прийти можем. Только этого мне не хватало.
— И потом, — продолжил я, — мы в ваши владения пришли не за тем. Вам наша цель ведома, дурного в ней ничего нет.
— Про ваши хлопоты разговор особый, — погрозила мне пальцем владычица гор. — Сначала с вот этими лиходеями нужно… Хотя — ладно. Коли они вам ни к чему, так и я на них свое время тратить не стану. Глузд, в мешок их. Пускай посидят, подумают о том, что сотворили, а там видно будет.