"Фантастика 2024-191". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Марго устроилась в сторонке от нас, в тени камня, достала из кармана рюкзака гемакон, отвернулась и захлюпала его содержимым. Ну а чего ей еще делать? В сотнях книг и фильмов, в которых речь идет про ее племя, правды нет почти ни на грош, но кое-что все же совпадает с реальностью. Например, тот факт, что вурдалаки днем предпочитают спать в темном и сухом месте, а не мотаться по горам, да еще в столь странной компании. Запас сил у Марго велик, но если его не подпитывать извне, то он довольно быстро иссякнет, и превратится наша спутница в балласт, который надо будет не донорской, а живой кровью реанимировать.
— Подбери, — обратилась тем временем Светлана к Аркаше, причем прозвучали ее слова достаточно властно и резко. — Что ты задумался? Не слышал, что я сказала?
Оказывается, речь шла о конфетном фантике. Стрелецкий, как Светлана и велела, купил в магазине пяток кило барбарисок, после чего пригоршню их отправил в свой карман. Сейчас же одну из конфет он достал, развернул и закинул в рот, фантик же скомкал и бросил рядом с собой.
— Гринпис, — понимающе кивнул юноша, нагнулся и поднял бумажку. — Зеленые насаждения наши друзья.
— Инстинкт самосохранения, — возразила ему Метельская. — Лес не любит, когда в нем мусорят. А горы еще больше. Говорю сразу — не вздумайте что-то такое под землей выкинуть, может прилететь так, что мало после всем не покажется. Двуликая такого не прощает.
— Двуликая? — переспросил я. — Я про нее и слышал, и читал, но думал, что это профессиональный фольклор из серии «белый спелеолог». А выходит, нет?
На свете существует много такого, что большинство людей считает сказками или побасенками, а при этом герои указанной небывальщины знай себе обитают рядом с ними, частенько дверь в дверь. Но иногда фольклор — это на самом деле просто фольклор, как, например, только что упомянутый мной «белый спелеолог», его ближайший родственник «черный дембель», а также разнообразные «кровавые руки» и гробы на колесиках. Правда, иногда случается то, что произошло сейчас. Думаешь — сказка, а оказывается — быль.
— Белый спелеолог небывальщина, а она — нет, — помрачнела Метельская. — Сама ее не видела, но пара знакомых сталкивалась, она их из пещеры вывела. Вели они себя под землей правильно, потому пришла она к ним девчонкой, а не старухой.
— А если бы старухой? — заинтересовался Аркаша — Тогда что?
— Тогда мне никто бы про эту встречу не рассказал. Некому было бы.
— Это существо не просто так называют Двуликой, — пояснил ему я. — У него две ипостаси — девчушка лет семи-десяти и дряхлая старуха, больше похожая на труп, чем на человека. В первом обличье она заплутавших под горами и потерявших надежду людей спасает, выводя их из подземелий на свет божий, во втором губит, причем довольно изобретательно. Может в затопленную штольню завести, или под обвал подставить, или вывести к обрыву. Человек радуется, увидев свет, бежит со всех ног и кубарем летит вниз.
— Или просто убивает, — понизив голос и зачем-то оглянувшись, перехватила инициативу Метельская. — Не знаю, как именно, но это факт. К примеру, только за текущий год нашли в разных местах трех потеряшек, отколовшихся от своих групп. Все, как один, крепкие ребята, без малейших признаков кардиологических или каких-то других хворей, без следов насилия на телах, при этом они мертвы. Что характерно, все трое найдены в десяти-двадцати метрах от выхода из пещер наружу. То есть они уже свет дня видели, понимаешь? А потом что-то случилось, и они Богу душу отдали. Явно работа Двуликой. Повторюсь — только за этот год трое, и это те, которых нашли, может, их и больше. В том — семеро, в позатом вообще больше десяти.
— Ужас какой, — потер щеки ладонями Аркаша.
— Начиналось же все с того, что эти черти в пещерах свинячили, шумели и в целом вели себя неправильно, так после их спутники показали, — назидательно произнесла Метельская. — Знаешь, Макс, а в чем-то я ее даже понимаю. Вот тебе самому понравится, если в твой дом вопрется какой-то незваный гость и начнет везде устраивать срач? Бумажки на пол кидать, консервные банки ногами пинать, бутылки бить, песни орать? Нет? А ей почему должно нравиться?
  
— Аргументированно, — признал я. — Значит, весь мусор или утилизируем, или тащим с собой.
— Да Двуликая еще ладно, за ней можно и не ходить. — Светлана поднялась с пенька, на котором сидела, и снова закинула рюкзак на плечи. — Она тебя за собой зовет, но решение-то — идти не идти — принимать тебе. Другое страшно — не приведи Господь, мы что-то не то учудим во владениях хозяйки, вот тогда нам точно ничего хорошего не светит. А где именно они начинаются, ведомо только ей одной.
И снова мы перли вверх, огибая все чаще попадающиеся нам по пути огромные камни, иногда прорываясь через заросли кустов и оскальзываясь на корнях, выпирающих из-под земли.
Вид на озеро перед нами открылся внезапно и, наверное, от этого прямо приковал к себе взгляды всей нашей компании. Даже бездушная Марго и та прониклась увиденным.
Бездонно-синее, словно небо, что упало на землю, огромное, окруженное зеленью лесов, безмолвное и безлюдное — вот каким я впервые увидел Аракуль.
— Красота! — прошептал Аракаша. — Ух, какая!
— Это да, что есть, то есть, — подтвердила Метельская. — Ладно, нам вон туда. До расщелины рукой подать.
— Стойте! — донесся до нас незнакомый девичий голос. — Пожалуйста! Нам очень помощь нужна!
Вскоре мы увидели и его обладательницу, молоденькую миловидную светловолосую девчушку со смартфоном в руке. Причем она была не одна, следом за ней поспевала ее, как видно, подружка, которая была немногим старше и обладала роскошной гривой иссиня-черных волос.
— Не было печали! — застонала Светлана. — Господи, как же я ненавижу туристов! Их придумал ад, а после раскидал конкретно по Уралу! Ну, что у вас случилось?
— Ничего не случилось, — чуть опешила девушка. — Все хорошо.
— А чего тогда орали? — явно начала злиться Метельская. — Помощи просили?
— Так без нее никак не обойтись, — пояснила блондинка. — Мы же сами себя вдвоем сфотографировать не можем? Нет, селфи — это просто, это да. Но так, чтобы красиво, с фоновым озером за спиной — нет. Или только по отдельности, а мы хотим вместе.
— Блин! — прорычала Светлана. — Так вы нас для этого звали?
— Фото — это очень важно, — поддержала подругу брюнетка. — Иначе зачем бы мы сюда полезли?
Кстати — да. Интересно, как эта парочка оказалась в столь безлюдном месте, до которого мы вот, например, на перекладных добирались? А они, стало быть, чуть ли не по воздуху прилетели. Феи селфи, понимаешь.
Хотя, с другой стороны, вот такие как раз даже на Луну могут пешком добраться, если речь идет о кадре, который соберет массу лайков и перепостов.
— Не переживайте, я вас сфотографирую, — заявил Аркаша, закрыв собой начавшую рычать Светлану. — Не вопрос. Как вас зовут и где желаете это сделать?
— Я Аннушка, — заявила блондинка, благосклонно глядя на юношу. — А она — Маруся. Мы из Сочи сюда приехали!
Брюнетка помахала нам ладошкой, мол, да, это я.
— Вы как конкретно здесь оказались? — как видно, чуть отойдя от приступа гнева и задавшись теми же вопросами, что и я, поинтересовалась у них Метельская. — Откуда пришли?
— Оттуда, — махнула рукой Аннушка в сторону озера. — Там есть гостишка, мы в нее позавчера заселились. Не лакшери, конечно, но на пару дней норм. Утром собрались, по берегу дошли до гор, потом на них полезли, чтобы сверху пофоткать, и вот, вас встретили.
А верю. Можете смеяться, но верю. Похоже, все так и есть.
— Сейчас в горах сессию закончим, к отелю вернемся и там уже озером займемся, — добавила Маруся. — Вода холодновата, правда, я трогала ладонью. Но ничего, и не такое видали. Главное, что оно красивое! Подписчикам понравится.
Я вспомнил вчерашний рассказ колдуна, приложил ладонь ко лбу и уставился на Аракуль. Жалко, что бинокля нет, конечно. Впрочем, я и без него смог различить рябь, которая гуляла по глади воды в самом центре озера. Ни ветерка ведь, ни единой волны, а там вода резвится так, будто в нее кипятильник кто сунул.