Врата Аида

А на грузовике привезли что-то странное.
Какое-то маленькое, тщедушное растеньице. Безобразное. И никаких цветочков. Кучку камней. Больших, круглых, беловатых и с виду страшно тяжелых. А потом оказалось, что нет. Один из рабочих поднял камень и спокойно понес в сад, туда, где они сажали те чудные кустики.
Ширли эти кустики не нравились. Вот розовые кусты — совсем другое дело. Но, с другой стороны, откуда ей что знать? Она же просто уборщица.
  
Глава 49
 
 
Паром Неаполь — Кальяри
 
То же время
 
Два куска пиццы, недоеденные, остывали на столе. Позабыв про них, Джейсон наблюдал за стоявшим у двери мужчиной — разговаривая по сотовому, тот еще и курил. Обе руки заняты. Не спуская с него глаз, Питерс прикрылся газетой.
Закончив разговор, мужчина повернулся и сунул телефон в карман куртки. В ту же секунду Джейсон поднялся и, изображая из себя заскучавшего пассажира, двинулся к выходу.
Яркие огни на автомобильной палубе освещали и край расположенной выше пассажирской. Мужчина с телефоном прислонился к перилам и затянулся сигаретой. Ветер подхватил сорвавшиеся искорки.
Бормоча что-то неразборчивое и слегка покачиваясь, Джейсон двинулся к нему вдоль поручней. Лица незнакомца он не видел, но не сомневался, что тот смотрит на него. Не доходя нескольких шагов, Питерс остановился и пошатнулся, как пьяный, потом, дождавшись очередной волны, качнулся вперед и столкнулся с мужчиной.
— Mi dispiace, — пробормотал он. — Извините.
Так и не заметив скользнувшей ему в карман руки, курильщик легонько оттолкнул Джейсона и отступил на шаг.
— Prego.
Стараясь не прибавлять шагу, Джейсон спустился по стальным ступенькам, отошел в тень и, убедившись, что его никто не видит, достал сотовый и набрал номер американского консульства в Неаполе, один из нескольких номеров, которые выучил наизусть еще перед вылетом из Вашингтона.
Ответивший ему усталый голос явно принадлежал американцу. Тот, кто был нужен Джейсону, уже ушел домой.
— Дело крайне важное.
Для кого-то — да, важное, но не для снявшего трубку.
— Его здесь нет.
— Как вас зовут?
— Это имеет какое-то значение?
— Имеет, — рыкнул Джейсон, — потому что потом я позвоню послу в Рим и расскажу про лодыря, который работает у него в Неаполе и которому лень оторвать от стула задницу, даже когда речь идет о национальной безопасности.
— Неужели? И кто же вы? Госсекретарь?
— Нет, но если у тебя в голове еще что-то есть, то ты сейчас же наберешь дополнительный два-ноль-один в римском посольстве и скажешь, что разговариваешь с человеком из «Наркома».
Дополнительный два-ноль-один был номером посольского отдела, который для прикрытия занимался вопросами военного, культурного и торгового обмена, но в действительности решал совсем другие проблемы.
Похоже, парень в Неаполе понял, по крайней мере, что человек, которому известен добавочный, кое-что значит.
— Оставайтесь на линии.
Сверху донесся громкий, сердитый голос. Наверное, курильщик понял, что у него украли телефон. Джейсон отодвинулся поглубже в тень.
Тон человека в консульстве тоже заметно изменился.
— Что я могу для вас сделать, сэр?
— Соединить с номером в Вашингтоне.
— На это потребуется какое-то время. Куда вам перезвонить?
Узнать номер сотового, по которому он звонил, Джейсон не мог.
— Я останусь на связи.
— Но…
— Я останусь на связи.
Шум наверху усилился.
— Послушай, — прошипел Питерс в трубку. — Ситуация обостряется. Мне нужен канал связи. — Он назвал круглосуточный номер Мамы. — Перезвоню через пять минут. Скажи тому, кто ответит, что звонят из Италии.
Человек в Неаполе попытался было протестовать, но Джейсон дал отбой. Только бы у Мамы не было других операций в Италии.
Расправив плечи и глядя перед собой, он решительно направился на полубак, где находилась и его каюта. Двое, один из которых был в форме транспортной компании, прошли мимо. Пострадавший итальянец указывал в сторону кормы. Похоже, они искали исчезнувшего в темноте пьянчужку.
  
Едва войдя в каюту, Джейсон включил верхний свет, потом сел на жесткую койку и снова набрал номер в Неаполе.
Ничего.
Еще одна попытка — тот же результат. Сигнал блокировала стальная переборка, из-за которой каюта превращалась в камеру, а он в узника. Связаться со спутником отсюда не получится.
Приоткрыв дверь, Джейсон осторожно выскользнул в узкий коридор и торопливо поднялся по трапу на верхнюю палубу, где не было никого, кроме нескольких стоявших у поручня пассажиров. Он спустился на автомобильную палубу и тронул ручку белого фургона.
Заперт.
Следующим оказался маленький грузовичок «Мерседес». Дверца открылась сразу, и Джейсон сразу забрался в самый темный уголок, откинул крышку сотового и пробежал пальцем по кнопкам.
На этот раз человек в консульстве был вежлив и внимателен.
— Канал открыт, сэр. Насколько я понимаю, вы звоните по незащищенному телефону. Все, что будет сказано, может быть перехвачено.
Как и везде. Но если только экотеррористы не обнаружили каким-то образом номер, по которому он звонил, и не настроили компьютер на запись всех звонков на него, разговор затеряется в миллионах других. Так и вор, решаясь на кражу, полагается на толпу, в которой можно раствориться.
— Да?
Джейсон сразу узнал голос Мамы.
Вторая, после объема звонков, надежда звонящего — краткость разговора, хотя и это не давало гарантии анонимности.
— Конференция в Вашингтоне. Завтра. Хиллвуд. — Он на мгновение остановился, спрашивая себя, не произнес ли ключевые слова, на которые уже среагировала поисковая программа какого-нибудь следящего устройства. Времени на околичности не оставалось. — Дыхание Земли вызывает самовоспламение. Камни и растения.
— Камни и растения?
— Как на траулере. Если заседания будут проходить у открытых окон, например в столовой Хиллвуда.
Снова пауза.
— Не уверена, что понимаю.
— Газ, этилен, вызовет у всех — участников, секьюрити и остальных — сонливость и галлюцинации, но никого не убьет. В том-то и фокус. Пока все под кайфом, кто-то проникает в комнату снаружи, перерезывает несколько глоток и исчезает. Все тихо и спокойно. Возможно, кто-то из «Эко» будет иметь при себе дыхательное устройство. Когда газ рассеется, никто не будет знать, что же случилось. Людей убили на глазах у охраны, и никто ничего не понимает. Месть Земли, причем посредством натуральных продуктов, растений и газа.
— Господи, там же будет президент!
— Пусть поменяет план.
— У тебя есть подтверждение?
— До завтрашнего утра ничего.
Снова пауза, затем густой голос Мамы:
— Конференция слишком важна для него. Президент полагает, что войдет в историю как человек, посвятивший жизнь примирению промышленников и экологов.
— Он и войдет. Только по другой причине.
— Если ты ошибаешься, мы все предстанем в нелучшем свете.
— Понимаю. И вот что я тебе скажу. Я передаю эту же информацию в ЦРУ. Они — наш клиент, и могут поступать, как им угодно.
В Вашингтоне никто не берет на себя ответственность. Ее постоянно перебрасывают друг другу.
  
Глава 50
 
 
Возле Силануса, Сардиния
 
Часом позже
 
В «Мерседесе», отъехавшем два часа назад от паромной переправы, сидели трое. Лицо одного из них, расположившегося сзади, частично закрывала глазная повязка. На щеке багровели свежие шрамы. Все четверо были в свободного покроя рубашках и мешковатых штанах, обычной одежде местных крестьян, за которых они вполне могли сойти.
Вот только сардинские крестьяне вряд ли стали бы разъезжать в такой машине. Столь же сомнительно, что они помчались бы ночью к сельскому дому, осмотр которого установил бы факт отсутствия его хозяев на протяжении уже нескольких дней.