Врата Аида
Джейсон кивнул.
— Такие, как он, убили дорогого мне человека и еще около трех тысяч ни в чем не повинных людей. Всех в одно утро. Они — террористы, как и те, что готовы убивать ради достижения своих политических или религиозных целей. С такими цивилизация, какой мы ее знаем, невозможна.
— Цивилизация, какой мы ее знаем? Вам не кажется, что это уже чересчур?
Он покосился на нее.
— Чересчур? Нет, не думаю. Я вижу только один способ решения проблемы: уничтожать их, как уничтожают других вредителей.
— Значит, ваш бизнес имеет к этому непосредственное отношение.
— Можно и так сказать.
— Но ведь вы же не станете спорить с тем, что есть и хорошие люди с радикальными идеями.
— Идеи — личное дело каждого. Проблемы возникают тогда, когда кто-то начинает убивать тех, кто не разделяет его идей. Может быть, не совсем к месту, но, как говорил генерал Шеридан, имея в виду религиозных и политических фанатиков: «Хороший индеец — мертвый индеец».
— Здесь вправо. — Она указала едва заметную дорожку. — Вы ведь сами в это не верите.
Питерс прищурился, пытаясь разглядеть что-то в сгущающихся сумерках.
— Скажем так, я считаю, что среди приверженцев каждой веры или убеждения есть как хорошие люди, так и плохие. Вот только отличить одних от других не очень-то просто. — Впереди в свете фар появилось небольшое строение. — Ваш отель?
Мария кивнула:
— Правительство сняло его для тех, кто работает на Этне. Здесь и лишняя спальня найдется.
Джейсон погасил свет и выключил двигатель.
— Мне крупно повезло.
Женщина оглянулась:
— Вам и впрямь повезло. Поверьте мне, лишняя комната или раскладушка найдется всегда.
Он вышел и захлопнул дверцу.
— А я-то надеялся, что все решили мое обаяние, остроумие и внешние данные.
Доктор Бергенгетти достала из сумочки другой ключ.
— Аллергия на насилие у меня почти такая же, как и на ложь. Я бы сказала, у нас конфликт на личностном уровне.
Она открыла дверь, щелкнула выключателем, переступила порог и, испуганно вскрикнув, замерла. Джейсон моментально оказался рядом, уже с пистолетом на изготовку.
Единственная комната, служившая гостиной, столовой и кухней одновременно, выглядела так, словно ее перевернули вверх дном. Ящики вытащены, их содержимое разбросано по полу. Шторы сорваны и брошены на стулья и диван.
Джейсон заглянул в две соседние комнаты.
— Боюсь, там тоже побывали. — Он убрал пистолет.
Мария покачала головой. По щекам ее бежали слезы то ли злости, то ли страха.
— Кто… Чего они хотели? Что искали здесь?
Питерс поправил стул и поднял с пола подушку.
— Это всего лишь предположение, но думаю, искали те образцы, что я вам дал.
Она растерянно огляделась.
— Я оставила их в лаборатории. Но зачем?..
Джейсон медленно поднял руки и кивнул в сторону все еще открытой двери.
— Сейчас узнаем.
На пороге стоял высокий, наголо бритый мужчина, которого Питерс видел на фотографии. Еглов. В руке он держал «Кольт М733», настоящий автомат размером не больше пистолета. «Дельта форс» использовала их в джунглях Африки.
Джейсон бросил взгляд в сторону окна.
— Не трудитесь, мистер Питерс, — сказал Еглов на почти безупречном английском. — Я здесь не один.
— Джейсон? — Голос у Марии дрогнул. — Кто эти…
— Определенно не те «хорошие» идеалисты, о которых мы говорили.
Человек с «кольтом» сделал знак, и задняя дверь с грохотом распахнулась. Доктор Бергенгетти снова вскрикнула. Джейсона грубо схватили сзади, чья-то рука ощупала карманы. Он почувствовал, как вытащили из-за пояса «ЗИГ-Зауэр».
Голос за спиной произнес что-то по-русски.
— Кто вы? Что вам нужно? — Мария пришла в себя и уже начала злиться.
Человек с «кольтом» быстро шагнул к ней и ударил по щеке тыльной стороной ладони, отбросив женщину на несколько шагов.
— Молчать! Ты скоро все узнаешь.
Джейсон рванулся было на помощь, но ему в спину ткнули дуло пистолета. Мария сползла по стене на пол.
Человек с «кольтом» кивнул тому, кто стоял за Питерсом, и тот вышел на середину комнаты. Усатый. В руке «АК-47». Он высыпал на стол содержимое карманов Джейсона, бросил «ЗИГ-Зауэр».
— Ладно. Раз уж вы здесь устроились… Что вам нужно?
Еглов улыбнулся, показав стальную коронку:
— Позвольте представиться. Меня зовут Еглов. Азиз Сауд Алазар был моим другом и партнером по бизнесу. Вы причинили нам немалые неудобства, мистер Питерс. Но сейчас мне нужна информация. Начнем с того, зачем вы консультировались с доктором Бергенгетти.
— Консультировался? — Джейсон пожал плечами. — Она — красивая женщина. Мне нравятся красивые женщины.
По кивку Еглова Усатый подошел к все еще сидевшей на полу Марии и, схватив за волосы, заставил подняться. Она вскрикнула. Перекинув автомат в другую руку, он рванул ворот платья и поддел пальцем лямку бюстгальтера. Доктор Бергенгетти всхлипнула от страха и боли.
— Может быть, вам будет любопытно посмотреть, как мой друг обойдется с этой дамой? — сказал Еглов. — Уверяю, ей не понравится. Или, может, перейдете к делу? — Он холодно усмехнулся. — Как видите, я освоил ваши американские идиомы. Итак, мистер Питерс, мне нужна информация. Или женщине будет плохо.
Джейсон вздохнул:
— Отпустите ее, и я расскажу все, что вы хотите.
— Принимаете меня за идиота, мистер Питерс? Я отпускаю женщину, и через пару минут полицейские слетятся сюда, как пчелы к улью.
— Вы не отпустите ее, и она умрет здесь сразу после того, как вы узнаете то, что хотите.
Еглов пожал плечами:
— Останется она в живых или умрет — выбор за вами.
— Не за мной — за вами.
— Вы не в том положении, чтобы спорить, мистер Питерс. От вас зависит, сколь сильно ей придется мучиться. Итак, зачем вы здесь?
Никаких иллюзий относительно своей судьбы Джейсон не питал — живыми отсюда им уже не выйти. Разве что…
— Послушайте, не трогайте ее. Информация там, на «Блэкберри».
Еглов подошел к столу, взял устройство и передал его Джейсону:
— Покажите.
Тот пробежал пальцами по кнопкам и, развернув начало параграфа, вернул «Блэкберри».
— Но документ зашифрован! — нахмурился Еглов. — Не играйте со мной, мистер Питерс, а то пожалеете.
Джейсон посмотрел на стол.
— Те монетки из моего кармана. На одной из них ключ-декодер.
Недоверчиво поглядывая на Джейсона, русский перебрал монетки.
— Четвертак?
— Верно. — Джейсон протянул руку. — Позвольте.
Взяв двадцатипятицентовик, Джейсон повернул его лицевой стороной вверх, мысленно произнес слова, которые уже много лет использовал в качестве молитвы, и нажал на голову Вашингтона.
— А теперь посмотрите внимательно на экран.
Еглов поднес «Блэкберри» к глазам.
— Ничего не вижу, но…
Случившееся затем было знакомо Джейсону по опыту боевых действий: мозг замедлил ход вещей, чтобы лучше понять происходящее. Он как будто смотрел запущенный в замедленном режиме эпизод фильма, в котором каждое действие словно совершалось под водой, в мире, где минута растягивалась до ста сорока секунд.
«Блэкберри» взорвался со звуком, который издает вспыхнувшая газовая конфорка. Вырвавшийся из передней части устройства желтый огонек ударил Еглову в лицо.
В промежуток времени между взрывом и криком боли Джейсон успел схватить «ЗИГ-Зауэр». В этой ситуации у Усатого не было ни единого шанса.
До того как русский успел отпустить бюстгальтер женщины и поднять «АК», два выстрела слились в один. Будто обретя способность левитировать, автомат пролетел через комнату, а сам Усатый грохнулся о стену, замер на мгновение с открытым ртом и опустил голову, словно рассматривая расцветавшие на рубашке кровавые цветы. Прежде чем упасть лицом вниз под аккомпанемент испуганных воплей Марии, он еще успел прошептать что-то по-русски.
У второго подручного Еглова шанс был, но воспользоваться им он не успел. Третья пуля догнала его у двери. Согнувшись пополам и уже потеряв интерес к схватке, он вывалился наружу.