Ножи Императора (ЛП)

Толпа взревела, и Гораций поднял свой щит и копья в приветствии, скорчив гримасу двум другим.
- Дубн,  варвар с далекого острова Британия, перешедший на службу императору!
Снова рев, и Дубн скривил лицо, поднял руки.
- Трахни меня, ведь к этому можно и привыкнуть.
- И Корв,  гражданин Рима, искусно владеющий любым оружием и преданный своему императору! 
Марк покачал головой в ответ на непреднамеренную иронию, поднимая свой щит и копья в знак одобрения толпы.
- Вместе эти трое храбрых людей отправились глубоко в сердце вражеской территории, не подозревая, что враг, в свою очередь, охотится за ними!
Оратор замолчал, и Гораций посмотрел на двух других с
С последними словами оратора, которые он почти прокричал сквозь нарастающее напряжение толпы, люк в песке перед ними распахнулся. Мужчины, вооруженные мечами и маленькими круглыми щитами, начали подниматься по ступеням и выходить на свет, их бородатые лица были прищурены от солнечного света, длинные влажные волосы заплетены сзади в косы в знак готовности к бою. Пока они все еще моргали от внезапно яркого дневного света, столпившись у люка, в то время как другие люди поднимались по ступенькам позади них, Гораций шагнул вперед и метнул свое копье в  самую их гущу. Он разжал кулак, когда железный наконечник оружия пробил щит человека и застрял в нем, заставив отшатнуться назад, земля под его ногами ушла из-под ног, когда его третий шаг наткнулся на пустое пространство у дверки люка. На мгновение в рядах варваров воцарился хаос, крики людей, все еще пытавшихся подняться по ступеням, когда пронзенное тело их товарища упало посреди них, были едва слышны из-за восторженного рева толпы.
Марк и Дубн выступили вперед, чтобы метнуть собственные копья, но боевой опыт даков подсказал   троим из них выступить вперед перед своими товарищами и поднять свои маленькие щиты, чтобы встретить оружие в полете. Один из них бросил свой щит, сумев остановить одно из летящих копий, держа щит подальше от себя, чтобы торчащее лезвие не впилось в его телу. Другому повезло меньше, поскольку мощный бросок Дубна пробил его щит, войдя в многослойное дерево как в масло,  и глубоко вошел ему в лицо. Он отшатнулся назад под новые одобрительные возгласы толпы вокруг них, и пока варвары все еще пытались привести себя в порядок, Гораций выкрикнул одно-единственное слово в адрес своих друзей-центурионов.
- Фаланга! 
Они быстро двинулись навстречу дакам, их шаги слились в единый ритм, когда Марк и Дубн встали по обе стороны от легионера, их щиты сомкнулись, когда они ускорились до бега.
- Надо нести им сильный удар, прежде чем они смогут обойти нас с флангов! 
Марк выбрал цель, когда они сблизились со сгрудившимися варварами, отвел свое второе копье назад, когда трое мужчин врезались в толпу даков, затем направил его вперед, чтобы нанести удар в лицо своему противнику. Противнику удалось отразить удар щитом над головой, но атака центурионов прорвала разрозненный строй даков, и когда его цель отшатнулась назад, Марк нанес новый удар, высоко подпрыгнув в воздух с отработанной грацией и ударив железным выступом своего щита в лицо пошатнувшегося человека. Приземлившись, он вонзил железный наконечник копья в шею ошеломленного варвара, вывернув его в потоке крови умирающего, когда пленник рухнул на колени.
Мелькнувшая тень заставила римлянина отпрянуть назад, повернуться всем телом, чтобы получить хоть какую-то защиту от щита, и поднять копье, чтобы встретить новую угрозу, но прежде чем он успел пустить оружие в ход, что-то ударило по древку копья с такой силой, что почти вырвало его у него из руки, а мгновение спустя лезвие ударилось о его щит. Взглянув на свое оружие по длине, он с ужасом понял, что лезвия нет, оно откололось от удара, предназначенного ему в голову, и он бросил его в человека перед собой, чтобы заставить того увернуться, отпрыгнув назад,  и освободить пространство, чтобы вытащить свой собственный меч. Пара соплеменников двинулась  на него с глазами полными жажды убийства, в то время как его друзья были поглощены своими собственными схватками. Он на секунду взвесил щит, прежде чем покачать головой и швырнуть в них его громоздкий вес. Быстро отступив к подергивающемуся трупу одного из их товарищей, он подхватил меч умирающего левой рукой и повернулся лицом к паре, когда они прикрываясь щитами, бросились на него.
 
Человек справа от него опережал своего товарища на шаг, преградив ему путь своим щитом, и римлянин встретил его клинком в клинок, позволив длинному мечу дака безрезультатно скользнуть влево, в то время как варвар развернулся, чтобы ударить римлянина своим маленьким щитом в лицо. Предвидя этот удар, Марк развернулся назад на правой ноге и отклонился назад, чтобы позволить удару пройти в пустоту, одновременно взмахнув мечом в правой руке высоко над плечом. Ударив им по вытянутой руке незадачливого дака защищавшегося щитом, он чисто отсек конечность ниже локтя, вызвав кровожадный рев толпы.
Искалеченный соплеменник отшатнулся назад, выронив меч и зажимая жестокую рану правой рукой в тщетной попытке остановить кровь, которая лилась из отрубленной культи. Его товарищ дрогнул при виде выражения лица Марка, когда римлянин оттолкнул беспомощного человека в сторону, перерезая ему горло быстрым выпадом и поворотом меча в левой руке, не сводя прищуренных глаз с выжившего дака. Шагнув вперед, Марк едва замедлил шаг, когда пленник с бессвязным криком бросился вперед, отбив удар меча дака и отколов шишку от края щита перепуганного человека, отбросив его назад с кровью, сочащейся из пореза спереди на грубой тунике пленника,  где острие меча разорвало его плоть, пробив слоистую древесину его раскромсанного щита.
Их глаза снова встретились в тот момент, когда Марк нанес новый удар, взгляд дака внезапно стал спокойным, как будто он точно знал, что стоит лицом к лицу со своей смертью. Длинный меч римлянина снова взлетел вверх, разрубив щит почти надвое, в то время как попытка пленника снова предпринять атаку была воспринята им, как детская забава для парирования. Он отступил назад и поднял выступ щита и остатки досок, отколовшихся от него, с выражением испуганной покорности судьбе, лезвие его меча едва касалось земли, и Марк понял, что его противник не выдержит еще одной атаки.
Его гнев внезапно угас, он протянул левую руку с мечом и сильно стукнул по оружию пленника, отводя свой собственный клинок в сторону, чтобы показать, что другой человек должен выбросить его. На мгновение дакский пленник  был сбит с толку, но затем на его лице появилось понимание, его брови озадаченно приподнялись, когда он снова посмотрел на Марка. Но, прежде чем он смог выполнить молчаливое указание римлянина, несчастный пленник, пошатываясь, сделал шаг вперед, и  его лицо исказилось в агонии, когда Гораций повалил его на землю, вонзив лезвие своего копья ему в поясницу. Он мгновение смотрел на римлянина, прежде чем заговорить, его слова были почти неслышны из-за рева толпы.
- Разве тебе только что не сказали, что нельзя заигрывать с человеком, которого ты собираешься убить? 
Марк оглянулся на него с выражением озадаченности, но прежде чем он успел ответить, шум толпы перерос в односложное скандирование, которое заставило их удивленно уставиться друг на друга.