Ножи Императора (ЛП)

- Вы слишком высокого мнения обо мне, трибун.
- Напротив, я думаю, ты играешь свою роль мастерски. Позволять моему довольно туповатому коллеге считать тебя своим хозяином, когда все это время ты выполнял приказы распорядителя и снабжал нас информацией, необходимой для убийства Ножей на самом деле ведь  от его имени.   Скавр, усмехнувшись, покачал головой. -  И я был поражен твоим поступком, я признаю это. Я искренне верил, что ты работаешь на Сигилиса, мотивируя это его явно бездонными карманами, когда ты  каждый раз по одному выдавал нам команду убийц императора. Даже когда я понял, что ты работаешь еще и на этого болвана на стороне —  ты, ведь, не можешь закрыть свой рот и держать его закрытым.  Децим, если  вы не хотите, чтобы я изменил свое мнение относительно желания пролить вашу кровь здесь и сейчас — я все еще не могу понять того, что было видно  всем так же ясно, как носы на ваших лицах. 
Глаза Эксцингуса театрально сузились.
- Отличная работа, Рутилий Скавр. Но скажите мне, что именно заставило вас понять, что я работаю на здешнего сенатора? Какую ошибку я совершил? 
Скавр рассмеялся, указывая на раскрасневшегося Альбинуса.
- Ты прекрасно знаешь, что  сам позаботился о том, чтобы я узнал, что ты работаешь на Децима, в качестве дымовой завесы для твоего гораздо более влиятельного работодателя. Ты не ведь отрицаешь своей связи с Клеандром.
Информатор пожал плечами.
- Учитывая  вероятность того, с чем я соглашусь, это признать правдивость вашего предположения. Клеандр никогда бы не смирился с Ножами, как только сменил префекта претории на посту человека, стоящего за троном Коммода.  Они изжили себя, и что еще хуже, они становились предельно жадными и, кроме того, знали слишком много. Убрать их для него было бы достаточно просто, но ему нужно было, чтобы его руки оставались незапятнанными в этом деле.
Скавр кивнул.
- Действительно, так и получилось. Представь себе волнение, которое поднялось бы, если император уловил хотя бы намек на его причастность к их смертям. Не говоря уже о том, что ему нужна была замена,  свои люди, которым можно   полностью доверять, вплоть до того момента, когда,  в свою очередь, он  прикажет убить и их, чтобы обеспечить молчание. Итак, он использовал тебя, чтобы указывать нам на них, каждый раз по одному, и сидеть, сложа руки со спокойной улыбкой, пока центурион Аквила делал за него грязную работу. 
Эксцингус пожал плечами.
- Такие люди, как Клеандр, не доберутся до вершины навозной кучи, не наступив при этом на некоторые головы по пути.  Мне было предельно ясно, что любой отказ сотрудничать с ним  приведет  меня к явно неприятному уходу из этой жизни, поэтому я, конечно, дисциплинированно делал так, как он мне велел.  -  Он поклонился Скавру, а затем Марку. - А теперь, господа, при всей моей благодарности за вашу помощь, я действительно должен уйти. Мне нужно выполнить одно последнее небольшое задание, а затем я отойду в тень. Я подозреваю, что Рим вскоре станет негостеприимным для человека с моей искаженной преданностью. А для вас у меня есть только один совет ...
Скавр повернул голову и ждал, наблюдая, как Эксцингус отвернулся и бросил через плечо свою прощальнюю фразу.
- Берегитесь Ножей, господа. Все ваши усилия привели лишь к появлению более смертоносной шайки убийц, чем те люди, которых вы убрали ... 
Он быстро зашагал вниз по холму целеустремленной походкой человека, которому было чем заняться.
  
12
  
- И ты клянешься больше не мстить этому Велоксу? 
Марк посмотрел в глаза своей жене и кивнул.
- Я клянусь в этом. Моя жажда мести утолена, и с каждым глотком вкус становился все горше предыдущего. Хотя я не могу сказать, что произойдет, когда Велокс оправится от побоев, которые нанес ему Фламма. 
Фелиция осмотрела тело ветерана-гладиатора до того, как Марк и Котта вырыли глубокую могилу в саду, обнесенном стеной, и осторожно опустили в нее труп Фламмы. Они решили обойтись без жертвенного костра, а похоронить его как бойца, павшего на поле боя..,  отмолив его уход  потом в святилищах.
- Этот бедняга уже давно жил в агонии, я могу сказать это, глядя на размер той части его нароста, которая выступала из его тела.  Должно быть, эта болезнь  поглотило большую часть его легких, и как он смог провести бой в таком состоянии, для меня загадка. 
Марк грустно улыбнулся.
- Жаль, что ты не видела его лет десять назад. И спасибо, что разрешила похоронить его здесь.
Она улыбнулась, погладив его по щеке.
- Никто никогда ничего не узнает, потому что запрет на захоронения в пределах городских стен всегда был  проблемой. Если кто, спросит, скажем, что это просто алтарь и никакого захоронения под ним нет. И, кроме того, как я могла отказать тебе, когда стало очевидно, что именно его вмешательство спасло тебе жизнь. А алтарь выглядит красиво ... 
Саннитус отправил своих людей приобрести подходящий мемориал, и несколько дюжих гладиаторов, стоявших вокруг него, вдохновили каменщика взять резец и без промедления вырезать необходимые слова на белом мраморе. Каждый из бойцов поклялся вернуться и принести соответствующую жертву, прежде чем отправиться обратно в город.
 Юлий наполовину убедил, наполовину оттащил Дубна в казармы, оставив Калистру на попечение двух женщин в доме.  Фелиция провела целый час, тихо беседуя с девушкой из лудуса, которая, как выяснилось, была захвачена в плен в той же кампании, в которой тунгрийцы сражались в прошлом году.
- Эта бедная девушка, кажется, через многое прошла, но я чувствую в ней стержень. Ей понадобится некоторое время, чтобы справиться со своими трудностями, хотя ее насиловали много раз, и чуть не довели ее мягкую натуру до самоубийства. Твоему другу придется проявить больше терпения, чем он мог себе представить. 
Марк кивнул, указывая на Центуриона – маленькую собачонку, которая резвилась у их ног.
- А теперь, я думаю, мне пора собираться. Юлий и трибун скоро вернутся, и мне придется ненадолго  посетить казармы.
- Ты думаешь?
Ее муж улыбнулся.
- Я не думаю, я знаю. У Эксцингуса был вид человека с каким-то незаконченным делом, когда мы видели его в последний раз, и я думаю, что это дело связано с тобой и мной.
Улицы Авентина были тихими, таверны и бордели в основном закрылись на ночь. Информатор осторожно поднимался на холм, держа кувшин с вином на сгибе руки, обходя темные лужи человеческих отходов, вылитых с верхних этажей  инсул-пятиэтажек по обе стороны, с полдюжины фигур охраны крались в тени за его спиной. Он приобрел кувшин вина за несколько часов до этого по сниженной цене так, как его содержимое уже скисло. Вылив содержимое в ближайший слив, к в высшей степени оживленной обиде полудюжины попрошаек, он унес пустой кувшин, чтобы заменить его предыдущее содержимое совершенно другой жидкостью.