Тринадцать часов

— Парни или девушки?
— Не помню… И те и другие. Вы поймите… — Официант со значением посмотрел на Матта Яуберта. — Когда у нас много народу, начинается полная кутерьма и неразбериха. Девушек я запомнил, потому что они были хорошенькие, только и всего.
— Значит, мужчин, которые сидели с ними, вы не помните?
— Нет.
— А узнаете их, если увидите?
— Возможно.
Гриссел вскрыл банку с газировкой.
— А вы? — обратился он к остальным.
— Я видела только, как они танцевали, — сказала официантка. — Мои столики вон там. Они долго танцевали рядом, что совсем неудивительно, но похоже, они ссорились. Понимаете? Они танцевали и переругивались. Больше я ничего не запомнила.
Откусив кусок гамбургера, Гриссел кивнул в сторону бармена.
— Вот эта… — бармен ткнул пальцем в изображение Эрин Рассел, — она… Я стоял на том конце стойки. Возле меня сидели два парня. Она подошла и заговорила с ними. Я запомнил ее, потому что подумал: ну и зад, десять баллов!
— Десять баллов?
— Это у нас, барменов, такая игра. Мы рассматриваем клиенток и присуждаем очки за лучшие ноги, лучший зад, ну и… все остальное. Высший балл — десятка. И…
— Больной! — сказала официантка.
— А вы, девчонки, сами хороши. Что вы вытворяли позавчера, когда здесь был тот верзила из «Идолов»?
Матт Яуберт медленно положил ладонь на стол, отчего его широкие плечи стали как будто еще шире. Бармен прикусил язык и виновато посмотрел на Яуберта.
— В общем, задница у нее была что надо. Да и остальное неплохо. Ноги я бы оценил в девять баллов, а…
— Расскажите о тех парнях, — нетерпеливо приказал Гриссел.
— У одного из них лицо вроде знакомое, он уже бывал здесь прежде… Второго не знаю… Похоже, друзья, они выпивали вместе, не танцевали. Сидели за стойкой и болтали.
— А потом?
— Я сказал второму бармену, чтобы обратил внимание на девчонку с классной попкой. Она стояла в углу. Вон там, где стойка изгибается. Когда я обернулся, она уже ушла. И те два парня вдруг тоже ушли.
— Погодите, погодите. Она подошла и заговорила с ними? О чем? Вы не слышали?
— Да нет, я… внимания не обратил.
— Ты пялился на ее задницу, — злобно заметила официантка.
Бармен сделал вид, что пропустил ее слова мимо ушей.
— А потом она ушла?
— Я не видел, как она выходила.
— Она долго разговаривала с теми двумя?
Бармен задумался.
— Слушайте, я не видел, как она к ним подошла, мы ведь постоянно в движении. Барменов не хватает, приходится крутиться. Я только видел, как она стояла вон там; я мельком взглянул на нее, и меня окликнул клиент. Когда появилось время разглядеть ее как следует, я обратил внимание на ее задницу. Я пошел сказать об этом Энди, а когда хотел показать ему девушку, она уже ушла. Она недолго простояла у стойки. Минут пять. Или десять..
— Те два парня уходили второпях?
— Да, очень спешили.
— Когда это было?
— Приблизительно… Поздно, точно не скажу, но, наверное, уже во втором часу ночи.
Гриссел и Вуси переглянулись. Все интереснее и интереснее.
— Значит, одного из парней вы здесь уже видели?
— Да, по-моему. Его лицо показалось мне знакомым.
— Опишите его.
— Высокий… — Бармен замолчал.
— Старый? Молодой? Черный? Белый?
— Белый, примерно моего возраста, двадцать с чем-то, волосы темные, короткая стрижка, очень загорелый…
— А второй?
— Чернокожий, тоже двадцати с чем-то лет…
Вдруг официант с деревянными бусами ткнул пальцем в сторону входной двери у Гриссела за спиной и сказал:
— Вон тот парень вчера сидел за их столиком!
Детективы круто развернулись. У входа, прислонившись к стенке, терпеливо ждали трое констеблей ЮАПС в форме. Перед одним на полу стоял большой прозрачный пакет для мусора. Между констеблями стояли Оливер Сэндс и еще один молодой человек, которого Гриссел раньше не видел.
— Да, мы знаем, — кивнул Гриссел.
— Тот, второй, — кассир из ресторана Карлуччи. — Вуси встал. Гриссел зашагал за ним.
— Пакет от муниципалов? — спросил Гриссел одного из констеблей.
— Да, инспектор.
— Капитан! — поправил его Матт Яуберт из-за стола.
 
— Неужели правда, Бенни? — воскликнул Вуси. В его голосе слышалась неподдельная радость.
Перед тем как уйти из кабинета Адама Барнарда, Франсман Деккер позвонил в отдел судебно-медицинской экспертизы.
— Джимми, — отозвался Тонкий.
— Джимми, говорит Франсман Деккер. Я по делу Барнарда. Скажи, вы его мобильный телефон не находили?
Джимми не сразу сообразил, что к чему.
— А ну, погоди…
Деккер услышал, как Джимми, понизив голос, обращается к кому-то:
— Арни, мы находили мобильник застреленного музыкального магната? — и в трубку: — Нет, Франсман. На месте преступления ни черта не было.
— А в машине?
— Тоже.
— Спасибо, Джимми. — Деккер задумался, открыл дверь кабинета и подошел к столу Наташи Абадер. Она разговаривала по телефону, но, когда Деккер приблизился, закрыла трубку рукой и вопросительно подняла на него глаза. — Какой номер мобильного телефона Адама Барнарда?
Продолжая закрывать ладонью микрофон, она продиктовала номер. Деккер тут же набрал его.
— Спасибо. — Слушая гудки, он отошел прочь и зашагал по коридору. Может быть, мобильник Барнарда у него в кабинете? Но тогда из коридора был бы слышен звонок. Нет, гудки раздавались только в его трубке. Они не прекращались. И когда Деккер уже ждал, что вот-вот включится автоответчик, знакомый голос произнес:
— Алло!
— Кто это? — удивленно спросил Франсман Деккер.
— Капитан ЮАПС Бенни Гриссел.
— Капитан?! — переспросил ошеломленный Деккер.
Гриссел и Вуси надеялись, что кассир из ресторана Карлуччи опознает кого-нибудь из служащих клуба «Ван Хункс». Неожиданно заверещал чей-то мобильник. Звонок был стилизован под старинный. Многие кинулись смотреть свои телефоны. Вдруг один из констеблей сказал:
— Звонит тут, в пакете.
Гриссел вскрыл пакет для мусора и принялся рыться в нем. Выудил мобильный телефон. Некоторое время недоверчиво смотрел на него, прежде чем ответить. Поначалу разговор не клеился — откуда незнакомец его знает? Наконец загадка разрешилась.
— Бенни, говорит Франсман Деккер. Я только что набрал номер Адама Барнарда!
— Ты шутишь.
— Нет!
— Ты даже не представляешь, откуда я выудил этот телефон! Он лежал в черной туфле, в пакете со всякой всячиной, которую муниципалы сегодня утром насобирали на улицах, неподалеку от места убийства у церкви.
— В туфле?! Какого размера?
Гриссел вынул туфлю, заглянул внутрь, но ничего не увидел. Он перевернул туфлю. Цифры почти стерлись.
— Сорок четвертого с половиной.
— Черт! Просто невероятно! Где муниципалы это нашли?
— Не знаю; тебе придется спросить Джереми Урсона. Он там в чине фельдмаршала, не меньше.
— Что такое «фельдмаршал»?
— Я хочу сказать, он в каком-то высоком чине. Погоди, сейчас продиктую тебе его номер… — Гриссел полез за своим телефоном.
— Значит, ты теперь капитан? — От Гриссела не укрылась зависть в голосе Деккера. Неожиданно цветной детектив попросил: — Пожалуйста, посмотри, куда звонили с этого телефона.
— Погоди. — Гриссел не сразу освоился с кнопками; он не был знаком с телефонами этой фирмы.
— По словам свидетеля, Барнард звонил кому-то вчера вечером, от половины десятого до десяти, — сказал Деккер.
Наконец Гриссел нашел нужную иконку. На экране появилась надпись: «Пусто».
— Здесь ничего нет, — сказал он Деккеру.
Зазвонил телефон. Барри ответил, не сводя взгляда с грузовичка, который привез продукты. Грузовичок стоял на углу, перед рестораном Карлуччи.
— Барри.
— Почему они до сих пор не вошли в дом? — спросил седобородый.
— Не могут. Тут на углу грузовик; в ресторан привезли продукты. Грузовик стоит на Аппер-Ориндж, и водитель смотрит как раз в ту сторону.