Охотники за космояйцами (СИ)

— Вот уж кого не жалко! — воскликнул Сырников. Лёва кивнул, соглашаясь.
«Наверное, есть в мире высшая справедливость», — подумал он. — «Но почему эта космическая сила только карает за совершённые преступления, но не может предотвратить их?»
Майор посоветовал им лететь на Марс как можно скорее. Лёва заскочил домой, чтобы переодеться и взять кое-какие вещи в дорогу. Мать и бабушка были просто шокированы его видом.
— Тебя как будто черти потрепали! — ужасались они. — Чем же вы там занимаетесь на своей службе? И опять уезжаешь? Этот ваш майор — он вообще человек или андроид?
— Человек, мама, человек, — заверил Лёва. — Хороший человек.
Рассказывать обо всём своим родным он не посчитал нужным, это могло взволновать их ещё больше, только подарил пучок удивительно красивых синих перьев. Когда-нибудь, возможно, мать и бабушка обо всём узнают и будут гордиться своим сыном и внуком.
Приведя себя в порядок и наевшись за несколько дней от души, он попрощался с пригорюнившимися женщинами и поехал в космопорт, где его уже ждал Сырников, тоже сытый и гладко выбритый.
— Моя скандал устроила, — поделился Сырников. — Тоже мегерой становится, как и Пискунова жена. Подумай, пока не женился, может, ну его?
— Свадьбы, наверное, не будет, — грустно вздохнул Лёва. — Мы с Петунией слишком разные люди.
Весь полёт до Марса они проспали. Посейдонову снились океанские просторы далёкой планеты и освобождённые птицелюди, радостно взлетающие в ритуальном танце над песчаным берегом на закате огромного солнца. Им не надо больше кутаться в плащи и прятать от недобрых богов свои прекрасные синие крылья.
  
Глава 21
 
В космическом порту Марса по-прежнему царили суета и неразбериха. Работы по его реконструкции и расширению откладывались на неопределённое время из-за недос-татка финансирования, поэтому пассажирам приходилось претерпевать значительные не-удобства. Народу в терминале было ещё больше, чем в предыдущие прилёты Посейдоно-ва. Добавилось два новых рейса: с планеты Глиз, принадлежащей солнечной системе тройной звезды созвездия Сириус и Проксимы b Центавра, которую также называют Планетой Выживших. Поскольку на Глизе было два изолированных друг от друга материка, то и разумные жители планеты были двух видов: массивные шестиногие броненосцы и эфемерные розовые свинорылы. Броненосцы, конечно, добавили экстрима в и без того не благостную обстановку космического вокзала, грубо расталкивая своими неповоротливыми телами всяких прочих пассажиров. Свинорылы тоже не привнесли ничего позитивного, поскольку передвигались реактивным способом и портили воздух. Что касается прибывших с Проксимы, то, пережив в недалёком прошлом убийственную Вспышку, они теперь боялись всего, вели себя неуверенно и при каждом подозрительном движении или звуке тут же падали на пол и закрывали головы руками, что создавало дополнительную давку. Гидры, трандафилианцы, брюхоногие вперемешку с китайскими туристами также присутствовали здесь в избытке.
Стоически преодолев все препоны, Посейдонов и Сырников в конце концов вырвались из душного терминала и, облачившись в защитные пальто и нацепив на ноги утяжелители, направились на стоянку такси. Здесь им неожиданно встретился старый знакомый Лёвы, чёрно-бурый водитель Жорж Вороных. Он стоял рядом со своей ядовито-жёлтой машиной и курил. Таксист также узнал старого клиента и приветственно замахал волосатой рукой.
— Сюда, сюда, дорогой! Садись, довезу с ветерком!
Лёва не стал отказываться. Они с напарником подошли к вездеходу и, пожав волосатую руку Жоржа, уселись в кабину. Здесь всё было без изменений: всё так же болтался на верёвочке перед смотровым стеклом лохматый, как и сам водитель, чёртик, всё те же были прикреплены иконки и тот же портрет косматой жены. Но нет, рядом с портретом жены появилось ещё одно фото — маленького марсианина, напоминающего клубок спутанной шерсти.
— О, да вас можно поздравить?! — весело произнёс Посейдонов.
— Сынок! — гордо подтвердил таксист. — Две недели назад родился. Полпуда чистого веса!
 
— Теперь забот прибавится, — посочувствовал Сырников. — Придётся работать за троих.
— Работы я не боюсь! — отвечал счастливый отец. — Клиентов хватает. С живым водителем каждый хочет прокатиться, ведь с роботом так не поговоришь. Только бы моя ласточка не подвела! А вы что, опять в командировку? Или в казино поразвлечься?
— Развлекаться некогда, — вздохнул Лёва. — Отвезите нас в административный центр. Нам в суд надо.
— О, тот самый процесс над убийцами! У нас все только о нём и говорят. Собирались сделать его открытым, но передумали. Не хотят нервировать публику, ведь таких преступлений давно уже не было. Жуткие подробности в прессу просочились. А вы, простите, какое отношение к этому имеете?
Посейдонов ответил, что не уполномочен делиться информацией с посторонними.
— Между прочим, мой шурин будет одним из присяжных, — обиженно произнёс Жорж.
— Ну вот, он вам всё и расскажет, — прервал любопытного таксиста Сырников.
Тот замолчал и до конца пути более не пытался поднимать эту тему. Вездеход на полной скорости помчался по марсианской пустыне, перелетая через многочисленные холмы и кратеры. Очевидно, водителю хотелось как можно скорее доставить неразговорчивых пассажиров на место. Однако ехать было далеко, поэтому Посейдонова и Сырникова изрядно растрясло.
Дворец правосудия располагался в центре главного марсианского города, который носил имя Максимусса Гейна, первого человека, ступившего на поверхность Красной планеты. Это было грандиозное здание, фасад которого украшала огромная статуя Фемиды с болтающимися в её руке весами, отлитая из чистого серебра, запасы которого на Марсе, согласно изысканиям геологов, были неисчерпаемы. Статуя по задумке архитектора была слегка наклонена вперёд, отчего висящий над входом в здание символ правосудия внушал некоторый страх и уважение. Зачем было строить такой помпезный дворец, было непонятно, ведь здесь в основном рассматривались гражданские иски: имущественные тяжбы и дела о разводах. Преступления вроде хулиганства или домашнего насилия были чрезвычайно редки, иногда суд разбирался с жалобами по поводу оскорблений чувств верующих, а также проявлений межрасовой и межпланетной нетерпимости.
Дело охотников за космояйцами подлежало рассмотрению в суде через два дня, так что у друзей оставалось время, чтобы хорошенько отдохнуть и адаптироваться к марсианской гравитации, а Посейдонову ещё и обдумать свою будущую речь свидетеля. Средства, выделенные на командировку, позволили им снять номер в приличной гостинице и сытно покушать в ресторане грузинской кухни. В столичном городе, как издревле водится во всех планетарных системах, благ цивилизации было гораздо больше, нежели в провинциальном поселении.
Город Максимусс славился своей оригинальной планировкой и всяческими удобствами для жизни. Поскольку он был построен по единому плану и не был отягощён, как многие города на Земле, ветхим грузом архитектурных изысканий прошедших веков, то выглядел весьма свежо и позитивно, хотя со дня его основания прошло немало времени. Расположенный в одном из больших кратеров Марса, он в полной мере использовал геологические преимущества такого положения. Все постройки были расположены по периметру кратера на террасах, образуя замкнутое кольцо, пересечённое соединительными мостами по диаметрам и хордам на разных уровнях. Эти соединения были оснащены движущимися транспортёрами, а между разновысокими террасами курсировали лифты и эскалаторы, так что личный транспорт в этом городе отсутствовал за ненадобностью. Дома, построенные из самых современных материалов, с большими окнами и панорамным остеклением балконов, утопали в пышных и ухоженных садах, где произрастали как земные, так и марсианские виды растений и гигантских грибов. Повсюду били струи фонтанов, которые по вечерам искусно подсвечивались. Весь город закрывал от недружественной марсианской атмосферы огромный прозрачный купол, так что дышать в нём можно было полной грудью.