Год первый

Макс вызвал полицию, усилив сигнал с помощью растущих способностей, так как любая телефонная связь – мобильная или проводная – стала практически недоступной. Стражи порядка, облаченные в защитное снаряжение, приехали спустя час после звонка, упаковали тело в мешок и увезли, не утруждаясь тем, чтобы подняться наверх и опросить свидетеля происшествия.
Перед зданием до сих пор виднелось кровавое пятно.
Как мог мир превратиться в столь темное и жестокое место? И в то же время в самой Лане все ярче разгорался свет. Она чувствовала это сияние каждый раз, как открывалась навстречу новым способностям.
И Макс испытывал нечто подобное: рост сил, новые ощущения.
Лана убедилась, что есть и другие. Она своими глазами видела, как женщина спрыгнула с крыши соседнего здания, но не в порыве отчаяния, а лишь для того, чтобы расправить светящиеся крылья и взмыть в небо.
А еще как-то раз наблюдала за скачущим по улице мальчиком, который взмахом руки заставлял фонари загораться и гаснуть.
Да и небольшие сгустки света периодически подлетали к окну на достаточное расстояние, чтобы различить в центре крошечные фигурки: мужские и женские.
Вокруг творились настоящие чудеса. И настоящие зверства. Человеческая жестокость процветала, обрастая ножами, пистолетами и дикостью. Темная магия проявлялась в тех, кто насмерть разил невинных прохожих огненными шарами или клинками из тьмы.
Так что пока внутри Ланы разрастался источник света, мир перед ее глазами умирал.
При мысли о количестве погибших, озвученном в новостях, ее сердце сжалось. Скончались больше полутора миллиардов человек. Полтора миллиарда жизней уничтожены, причем не террористическими атаками или религиозными распрями, не бомбами или танками. А вирусом, микробами, которые ученые бесстрастно окрестили набором букв и цифр.
Люди дали более меткое название – Приговор.
Арлис Райд теперь служила единственным источником информации о мире. Она казалась Лане такой невозможно спокойной, когда рассказывала о происходящих ужасах.
А еще она давала надежду. Например, сообщив о работе над вакциной. Но даже когда лекарство будет готово – а будет ли? – мир уже не станет прежним.
Приговор распространялся по планете с головокружительной скоростью, а темная и светлая магия заполняла пустоту, созданную миллионами, миллиардами смертей.
Что же останется в самом конце?
– Лана, немедленно отойди от окна! Это опасно.
– Я создала щит. Никто нас не увидит.
– А ты сделала его пуленепробиваемым? – Макс быстро подошел к ней и оттащил в глубь комнаты.
– Боже, не верю, что это все происходит на самом деле. – Лана прижалась к возлюбленному и устало сомкнула веки. – На востоке стоит такой столб дыма, что заслоняет небо. Нью-Йорк умирает, Макс.
– Я знаю. – Он крепко обнял девушку и посмотрел поверх ее головы на черные клубы, похожие на стаю хищно кружащих ворон. – Мне наконец-то удалось связаться с Эриком.
– Слава богу! – Лана быстро отстранилась, чтобы заглянуть Максу в глаза. Он пытался дозвониться до младшего брата уже много дней. – Он в порядке?
– Да. Но ему тоже не удалось узнать о судьбе родителей. Когда закрыли границы, они путешествовали по Франции. А установить сигнал на таком расстоянии мне не удалось… Пока не удалось.
– Я чувствую, что они живы. Просто чувствую. Где сейчас Эрик?
– До сих пор в Пенсильвании. Но говорит, что там дела обстоят совсем плохо, так что он планирует оттуда выбираться. Они с группой людей направятся на восток, подальше от города, а сейчас запасаются в дорогу. Я едва успел разобрать координаты того места, куда они собираются, как связь прервалась. Не мог больше поддерживать соединение.
– Но ты дозвонился до Эрика. Он здоров, и это главное. – Лана сосредоточилась на хорошей новости и взяла Макса за руку. – Ты хочешь отправиться за ним?
– Нужно уносить ноги из Нью-Йорка. Ты сама сказала: город умирает.
– Всю свою жизнь… – медленно произнесла девушка, оглядываясь на окно. – Я прожила здесь всю свою жизнь. Работала здесь и познакомилась с тобой. Но это место больше не похоже на наш дом. И тебе нужно отыскать брата. Так что отправимся вслед за ним.
 
Со вздохом облегчения Макс прижался щекой к макушке Ланы. Он обрел свое предназначение в этом городе, который считал сосредоточием всего: любимой профессии писателя, магических сил. Именно здесь он начал всерьез развивать свой дар, изучать его, практиковать. Строить карьеру. Здесь он встретил Лану, здесь началась их совместная жизнь.
Но сейчас Нью-Йорк горел и истекал кровью. Макс видел достаточно, чтобы понимать: если они останутся здесь, то погибнут. Он еще мог бы рискнуть собой, но Ланой рисковать не желал.
– Я должен найти Эрика, но самое главное – я должен позаботиться о тебе, обеспечить твою безопасность.
– Мы позаботимся друг о друге. – Девушка вскинула голову, их губы встретились. – Может быть, однажды мы вернемся и отстроим все заново.
Макс ничего не ответил. Он выходил на улицы, чтобы добыть еду и припасы, так что уже потерял надежду когда-либо вернуться в Нью-Йорк.
– У кого-то из группы Эрика есть загородный дом в Аллеганских горах, так что туда они и направятся. Поместье хорошо оборудовано и находится далеко от городов. – Говоря это, Макс не отрывал взгляда от окна и птиц, кружащих в столбе дыма. Кажется, их стало еще больше. – Там должно быть безопасно. Я набросал на карте маршрут.
– Дорога предстоит дальняя. В новостях говорят, что все выезды из Нью-Йорка заблокированы военными, которые хотят удержать людей в одном месте. А словам Арлис Райд можно доверять.
– Мы прорвемся. – Макс притянул Лану к себе, сжал ее плечи и провел по рукам вниз, словно желая поделиться своей уверенностью. – Мы выберемся. Собирай вещи. Но только необходимое. Я пока отправлюсь наружу за припасами. А потом угоним машину: на улице полным-полно брошенных. Я смогу завести двигатель. – Он посмотрел на собственные ладони. – У меня получится. И мы поедем на север, в Бронкс.
– В Бронкс?
– Главная проблема – мосты и тоннели. Нужно будет перебраться через пролив Гарлем, но, по слухам, Бронкс пока не перекрыт.
– И как мы туда поедем?
– Быстрее всего – по мосту Парк-авеню. – Макс изучал карты последние несколько дней. – По нему проходят железнодорожные пути, но для внедорожника или грузовика это не проблема. Переезд совсем короткий, всего триста футов, так что почти сразу мы окажемся на той стороне и направимся на север, пока не потребуется свернуть к Пенсильвании. Нужно выбираться из Нью-Йорка. Надвигается что-то плохое.
– Я знаю. Я тоже это чувствую. – Лана схватила Макса за руку и повернулась к телевизору. – В новостях говорят, что ученые работают над вакциной, но мне кажется, это неправда. Как бы я ни желала поверить, внутри крепнет ощущение, что этого никогда не будет. – Она решительно кивнула и отступила на шаг. – Я соберу вещи для нас обоих. Вряд ли нам много понадобится.
– Теплую одежду, – начал перечислять Макс, – фонарики, запасные батарейки, воду, пару одеял. Еще еду, но постарайся пока тоже брать только самое необходимое. Будем пополнять запасы по дороге. И оденься удобно, чтобы легко двигаться и бежать, если потребуется.
Лана смерила взглядом шкафы вдоль стен, от пола до потолка заставленные книгами. На некоторых значилось имя Макса.
Он понял намек и пожал плечами.
– Я все их уже прочел. Теперь пойду найду для нас рюкзаки, а ты пока собери одну сумку с нашими вещами.
– Пожалуйста, будь осторожен.
– Вернусь через час. – Макс наклонился к Лане и поцеловал ее.
 
– Я буду готова, – пообещала она, но, почувствовав внезапный приступ паники, придержала возлюбленного за руку. – Давай отправимся прямо сейчас. Вместе. А как только выберемся из города, достанем все необходимое.
– Лана. – Макс вернулся и поцеловал ее в лоб. – Те, кто бежит куда глаза глядят безо всякой подготовки, обычно быстро погибают. Нужно сохранять спокойствие и действовать правильно. Шаг за шагом. Теплая одежда, – повторил парень, затем натянул куртку и шапку. – Всего час. Запри за мной дверь.