Алхимик. Том 6. Выпускник
Но сейчас я работал не ради собственной выгоды. Единственное, что меня интересовало – помощь Кате.
Раз всё необходимое собрано, то пора браться за дело.
Глава 5. Точка напряжения
Князь переместился к себе в кабинет. Предыдущие полчаса ушли на беседу с Томасом Кнайтом.
В помещении его уже ждал советник.
– Как прошло? – спросил Игнат.
– Кнайт утверждает, что был не в курсе похищения и никогда бы не одобрил такие методы. От их клана есть новости?
– Пока молчат. Удалось выяснить, что Кнайты вообще у подземного комплекса забыли?
– Да, – князь прошёл по кабинету, сел за свой стол, достал бумагу и записал несколько мыслей. – Говорит, что комплекс находится на его земле. Без подробностей. О нападении им сообщил Канис, и они не могли проигнорировать его.
– Заявлять, что они ни при чём, – это верх наглости, – зло фыркнул Филинов.
– Согласен. Но я не исключаю, что так и есть. В данном случае они могли выступить мышцами, в то время как голова находилась совсем в другом месте.
– Настолько влиятельный клан на побегушках у Каниса?
– Канис тоже пешка. У меня всё из головы не выходит тот мужчина. Его сила…
– Да что там произошло-то? – подался вперёд Игнат. Он был в курсе произошедшего в общих чертах, но без подробностей.
– Представь, что твоё тело перестаёт слушаться, и зверь внутри требует подчиниться, упасть на колени.
– Насколько сильно это чувство?
– Половина гвардейцев успела опуститься. Кто-то даже навёл оружие на своих же. Кто знает, чем бы это закончилось, если бы Соколов не вмешался.
– Ясно, – Игнат подошёл к окну, посмотрел вдаль и резко повернулся. – Так и что? Какой-то аристократ с сильным родовым даром. История знает схожие примеры. Думаешь, он главарь?
– Скорее всего. Их организация достаточно сильна, чтобы отправить куда надо могущественный клан Кнайтов.
– Ставлю на то, что Томас сам состоит в этой организации.
– Возможно. Думаю, так и есть, – согласился князь.
– А значит, он причастен.
– Да, но это не отменяет сложности ситуации. Что мне делать, старик? Ты уже составил своё мнение?
– Десять минут назад я получил доклад по Белогрудовым. Сам он захвачен и сейчас в допросной. Вся семья тоже у нас, не считая сына. Союзников пока не трогали, но я бы прошёлся по ним, чтобы дать всем понять, что их ждёт в случае действий против государства. Сейчас они притихли. Вообще, в стране тихо, что радует. Это первая хорошая новость. Мы показали свою силу. Вторая вещь, в которой ты принял активное участие, – захват комплекса, всех ценностей и победа над армией Кнайтов. Пленных мы там тоже много захватили, и сейчас Родион трудится, чтобы выбить информацию. Что касается твоего вопроса – надо тянуть время. Если Канис уничтожен, как и его хозяин, то есть шансы, что Кнайты так и не поймут, с кем сражались.
– Они были не в курсе. Но я бы не уповал на то, что их неведение продлится долго.
– Ну да, – кивнул старик. – Наивно ожидать чуда. Но в нашем случае даже пара часов может изменить ситуацию кардинально. Войско в боевой готовности и отлично себя проявило. Союзники тоже готовы выступить в любой момент. Быть может, нам не помешает ещё несколько драк, чтобы закрепить успех. Если победим, дадим понять всему миру, что к нам лучше не лезть.
– И тем самым спровоцируем врагов на ещё большую агрессию. Они ведь не дураки, учтут опыт и придумают что-нибудь. Да что говорить, мы и так знаем, что у них есть технологии запредельной разрушительности.
– Которые они уже применяли против нас. Да и куда ещё больше агрессии? Похищение детей – это дно, которое сложно пробить. Так что единственное, чего стоит опасаться – это массированности атаки.
Князь кивнул. Внутренне он был согласен со своим советником. Но также мужчина не забывал, что в его деле малейшая оплошность приведёт к колоссальным потерям. Которые не факт, что удастся восполнить. Поэтому он обдумывал все риски, прикидывая, что делать в каждом из случаев.
– Моё мнение – надо идти к Соколову. Запереть его в надёжном месте, чтобы опять не увели, и вежливо попросить. – На этих словах Игнат не удержался от усмешки. – Чтобы он срочно сделал ещё одну партию артефактов. Нам бы по паре сотен блокираторов и защиты от пуль. Тогда можно будет дать такой бой, что весь мир затрясёт.
– Я всегда думал, что задача советника – сдерживать агрессию правителя, – вежливо улыбнулся князь.
– Анастас, – сказал с жаром Игнат, – Они пошли на убийство детей и на похищение. За что пострадал сын Кротова? А Катя? Она сейчас лежит в коме, и дай бог, ей помогут. Твоей дочери сильно повезло, что она выбралась целой. А если это повторится? А если в следующий раз не окажется ушлого Соколова? Мы крепко облажались с этим похищением и должны компенсировать. Чтобы дать понять всем, как опасно с нами связываться. Чтобы по утрам смотреть себе в глаза и не отворачиваться. Предлагаю дождаться и посмотреть, что предпримет враг, а пока пригласить союзников и рассказать им все, как есть. Пусть знают, что происходит. Пусть будут готовы выступить. И тогда посмотрим, кто победит в войне.
– Мы пока не готовы к полноценной войне. Один успех не показатель.
– К войне никогда нельзя быть готовым. Кнайты это сегодня доказали ещё раз.
Разговор перебил стук в дверь. В помещение вошёл Родион.
– Ко дворцу прибыл Коршунов, – сразу начал он. – Передал эту папку и скрылся раньше, чем его остановили.
– Коршунов? – нахмурил брови князь. – Опять он…
– В папке его записи о Канисе. Где тот бывал, с кем общался, какие договорённости заключал. Если информация верна, мы можем накрыть многих причастных, – пояснил Родион, что именно принёс Роман.
– О как, – удивился Игнат.
– Ты говорил про союзников? – глянул на старика князь. – Что ж, кажется, твой план только что приобрёл новые детали. И кто-нибудь мне скажет, что на уме у этого Коршунова? Проклятая семья, всё никак успокоиться не может.
Вопрос остался безответным. Родион передал папку, и князь вместе с Игнатом заглянули внутрь.
***Катя закашлялась, задёргалась и открыла глаза, сделав глубокий, резкий вдох.
– Доча! – Ольга в тот же момент оказалась рядом с ней и схватила за руку. – Тише, тише, всё хорошо. Ты в безопасности.
Девушка смотрела на нас ошарашенными глазами. В них легко читался ужас. Когда до неё дошло, что всё закончилось и она правда в безопасности, то… Катя разрыдалась. Горькими слезами, навзрыд.
София схватила меня за руку и вывела из палаты.
– Пусть успокоится, – пояснила она. – Потом спасибо скажет, что ты её не увидел всю в слезах.
– Ты серьёзно сейчас беспокоишься об этом? – устало спросил я.
– Просто так будет лучше. Ты присядь. Плохо выглядишь.
Удивительно, как я вообще до сих пор на ногах стою. Алхимия сама по себе нагружает организм. Это сравнимо с хорошей тренировкой. Чем сложнее воздействие на реальность, тем выше отдача. В большинстве случаев ничего критичного. Немного отдохнул и можно продолжать.
Тёмная алхимия, в которую входили многие практики разрушения, в том числе направления крови, оставляла совсем другие следы. Чем-то похоже на ту энтропию, что я вытягивал из Кати.
За всё сотворённое в этот день мне придётся расплатиться. Пару недель на восстановление и чистку с робкой надеждой, что не будет никаких необратимых изменений. Тёмная алхимия ведь не просто так запрещена. Прибегая к особо опасным практикам, алхимик меняет мир, но и сам меняется. Кто-то умирает, кто-то уходит в безумство, у кого-то разрушается организм или происходят случайные мутации.
Жаль, что другие направления гораздо медленнее, чем алхимия крови. Да и в некоторых случаях их банально не хватает.
– Сама-то как? – спросил я. – Случаем, не в курсе, что с моей мастерской случилось?
– В курсе. Там на меня засаду устроили.
– Как так вышло? Ну, в смысле, её же охраняли, нет?