Эдера (СИ)
— Не нужно казнить себя за то, в чем ты не виноват, — сказал Валерио. — А я тебя простил.
— Спасибо, Валерио. Но если бы я был рядом с Эдерой, если бы заботился о ней, то она не запустила бы настолько свою болезнь. Вот чего я не могу себе простить!
— Сейчас главное — надеяться, — вмешался в их разговор Манетти. — Вспомните, как синьора Эдера надеялась, что к вам вернётся память… И ведь всё так и случилось! Вам тоже нельзя падать духом, синьор Андреа.
— Спасибо, — растроганно ответил Андреа. — Я был так груб с вами, синьор Манетти. Мне очень стыдно. Спасибо за всё, что вы сделали и для Эдеры, и для её семьи, и для меня.
— Вы говорите так, потому что, наверное, не знаете, насколько встреча с синьором Валерио, с добрейшей синьорой Матильдой перевернула мою жизнь! — взволнованно произнёс Манетти. — Они поверили в меня, и тогда я впервые поверил в себя сам.
Время, однако, тянулось крайне медленно. В томительном ожидании Андреа бродил по коридору, повторяя про себя слова единственной молитвы, которую он знал: «Пресвятая Богородица…»
— Папа! — позвал его Лало, находящийся здесь же под присмотром подруг Эдеры — Чинции, Дальмы и Клаудии.
Андреа взял сына на руки и, нежно поцеловав его, сказал:
— Как ты вырос, Валерио!
— А ты больше не уедешь так далеко? — спросил Лало. — Бабушка Матильда сказала мне, что ты теперь всегда будешь жить вместе с нами. Это правда?
— Конечно, мой дорогой! — ответил Андреа. — Мы будем жить большой, дружной семьёй. Мама, дедушка… И бабушка Леона тоже поселится у нас. Ты увидишь: она очень добрая и ласковая. А я буду обо всех вас заботиться, буду беречь вас!
Вернувшись обратно к Валерио, Андреа увидел рядом с ним Казираги и… Бетси.
— Ты удивлён? — улыбнулась она. — Мне стало известно, что Эдеру сейчас оперируют. А я всегда с большим уважением относилась к твоей жене. Я просто восхищалась ею! Даст Бог, операция пройдёт успешно.
— И ты специально приехала сюда из Перуджи, чтобы поддержать Эдеру? — изумился Андреа.
— Нет, я сейчас нахожусь в Риме, — ответила Бетси. — С тех пор как мы виделись в последний раз, произошло много важных событий в моей жизни. Я тоже перенесла сложную операцию, только иного свойства. Прежде я не могла родить ребёнка, а теперь, после той операции, это стало возможным. И ещё… Я выхожу замуж за Франко Казираги. Да, Андреа, я полюбила его. Он — замечательный человек.
— Я рад за тебя, Бетси, — сказал Андреа. — И рад за Франко. Он — сама надёжность. Думаю, вы сможете быть счастливы вместе. Я, во всяком случае, искренне вам этого желаю.
— Нет, я больше не могу находиться в неведении! — не выдержал Валерио. — Хоть бы кто-нибудь вышел оттуда, из операционной, и сказал, что там происходит!
— Такие операции обычно бывают длительными, — попытался успокоить Валерио Казираги. — Видимо, там все заняты делом и им некогда, думать о нас. А вам не надо забывать, что организм у синьоры Эдеры молодой, он сумеет справиться со всеми нагрузками.
— Эдера очень ослабела за последние дни, — возразил Валерио.
— И, несмотря на это, — твёрдо произнесла Бетси, — с каждой следующей минутой наши надежды на успешное завершение операции должны только возрастать!
Когда тревога за жизнь Эдеры осталась, наконец, позади, отец и сын Джиральди стали думать о том, как сообщить Андреа о смерти матери.
— Я сам скажу ему об этом чуть позже, — решил Джулио. — А пока пусть доктор Манфреди порадует его и остальных тем, что операция закончилась успешно.
Манфреди вышел из операционной, улыбаясь, и всем сразу стало ясно, что Эдера спасена.
— Пересадка состоялась! — уверенно доложил он. — Критическая фаза миновала. Остаётся только надеяться на то, что не возникнет никаких осложнений. Но мы будем постоянно наготове и, если кризис всё-таки возникнет, сумеем с ним справиться.
Андреа заметил, что Джулио вышел из палаты в каком-то напряжённом состоянии.
— Вы что-нибудь от нас скрываете? — бросился к нему Андреа. — Джулио, скажи мне правду! Эдера всё ещё в опасности?
— Нет, не беспокойся, к Эдере потихоньку возвращаются силы, — заверил его Джулио. — Но есть печальное обстоятельство…
— Боже мой! Что ещё? — встревожился Андреа.
— Донор, благодаря которому Эдера была спасена, оставил перед смертью письмо… Оно адресовано тебе… Прочти его.
— Нет! Нет! — воскликнул Андреа, прочитав письмо. — Мама, мамочка…
— Не надо, сынок, не плачь, — обняла его Марта. — Твоя мама отдала свою жизнь, чтобы спасти другую. Господь простит её.
— Это должен был сделать я! Зачем вы меня остановили? — рыдал в безутешном горе Андреа.
— Нет, сынок, — возразила Марта. — Убив себя, ты убил бы и Эдеру. А твоя мать принесла жертву, чтобы вы с Эдерой могли жить счастливо. Это была материнская воля…
— Андреа, — тронул его за плечо Валерио. — Пойдём к ней. Тебе надо проститься со своей мамой.
— Мамочка, мамочка, я всегда любил тебя, — припав к телу Леоны, говорил сквозь слёзы Андреа. — Я никогда не забуду того, что ты сделала для меня и Эдеры… Всегда буду помнить тебя и любить…
— Андреа, я понимаю тебя, — профессор Джиральди осторожно приподнял Андреа за плечи. — Но пойдём, я отведу тебя в соседнюю палату. Ты отдохнёшь там, а затем, когда Эдера проснётся, сможешь повидать её. Помни, она должна увидеть тебя сильным и уверенным. Тогда её выздоровление пойдёт быстрее.
— Да, я постараюсь привести себя в порядок, — пообещал Андреа. — Спасибо вам, профессор. И вам спасибо, — обратился он ко всем, кто с волнением и участием ожидал его в коридоре, — за то, что любили и поддерживали меня, несмотря на все чудовищные ошибки, которые я совершал. Никогда больше я не подведу вас, мои дорогие!
Эпилог
Прошло ещё не менее года, прежде чем все герои этого повествования опять собрались вместе. Только повод для встречи был, на сей раз, не печальным, а радостным — свадьба Джулио и Клаудии.
Гостей пригласили в новый загородный дом, с которого и начиналась любовь нынешних жениха и невесты.
— Видишь, Эдера, наш опыт оказался не напрасным, — пошутил Андреа, поздравляя новобрачных. — Они последовали нашему примеру, и, думаю, поступили мудро. Надо обязательно начинать со строительства своего дома, тогда и семья будет крепкой!
В числе самых почётных гостей на этой свадьбе были Валерио, Марта, Матильда, и, конечно же, Манетти с супругой и своим ненаглядным Дженнарино. Последнему очень нравилась роль старшего в компании Эдерины и Лало.
— Посмотри, с каким удовольствием он опекает малышей, — умилялся Манетти, обращаясь к Лючии. — Жаль, что ты уже не в том возрасте, чтобы родить ему братика или сестричку! Но, может, нам стоит поискать их в приюте?
— Не знаю, — ответила с сомнением Лючия. — Трудно найти второго такого же прекрасного ребёнка, как наш Дженнарино.
Давно замечено, что во время свадеб люди чаще всего говорят о детях, о будущем потомстве. Не стала исключением и эта свадьба. Здравицы в честь новобрачных то и дело заканчивались пожеланиями увидеть в этом замечательном доме большую дружную семью, в которой будет много ребятишек.
— А вы уже знаете, кто у вас родится, — спросил Джулио у Бетси и Франко. — Мальчик или девочка?
— Нет, мы предпочитаем не знать этого заранее, — ответила Бетси и ласково посмотрела на свой круто выступающий из-под платья живот.
— Мы будем одинаково счастливы, кто бы ни родился, — добавил Казираги.
Эдера, с таинственной улыбкой слушавшая этот разговор, взяла за руку Лало и предложила ему прогуляться по саду.
— Я хочу открыть тебе один секрет, — сказала она малышу. — Об этом пока не знает даже папа. Но ты, если захочешь, можешь потом рассказать ему о нашей тайне.
— Тайна? Секрет? — восторженно переспросил Лало.
— Да. Я хочу, чтобы ты знал: мама скоро подарит тебе сестричку!..
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.