Вспомни

— Тебя он может дурить, Кит, — заявила Робин, — но не меня. Я его знаю как облупленного. Эти ребята зашли внутрь того большого могильника, которого он так боится, а не в этот маленький, про который он тут сказки рассказывает.
— Это правда, Винди? Они действительно зашли в Номер как-бишь-его-там, а не в тот, который ты хочешь снимать позже?
— Большой — это Номер Девятнадцать, — уточнил Март. — А тот, относительно которого я надеюсь, что в нем ты сможешь приобрести полезный опыт и мы при этом не погибнем, это Номер Тринадцать, маленький.
— Тринадцать? — ухмыльнулась Робин. — О-о! Вот это по-настоящему страшно!
— Заткнись! — огрызнулся Март.
Ухмылка стала еще шире.
— Так точно! Однако, Марти, дорогой, ведь ты же со мной не разговариваешь!
— А я и не разговаривал. Просто не сработало введенное Кит правило. Да и не могло сработать, уж я-то знаю. Ты всегда умела меня довести до белого каления настолько, что я срывался и говорил что-нибудь такое, что ты потом против меня же в суде использовала. Ты не изменилась, и я тоже.
Март сделал паузу, чтобы собраться с мыслями. И поскольку обе женщины молчали, то первым заговорил снова он.
— Сью на самом деле на все наплевать, но это может быть небезразлично для тебя, Кит. Я присваивал номера найденным мною могильникам в целях идентификации. Да, чтобы постращать зрителя, Девятнадцатому следовало бы присвоить номер 13. Но я этого не сделал. Номер Тринадцать я тринадцатым и обнаружил. Вот и все. Номер Девятнадцать был девятнадцатым. Я бы мог сводить тебя в Номер Четырнадцать или Номер Двадцать. Оба кажутся вполне безопасными. Только скажи, хочешь ли ты туда идти.
Кит ответила ровным голосом:
— Я доела свою форель, Винди. Робин тоже. Заканчивай со своей, чтобы я могла подать десерт.
— И никакого салата? Это на тебя не похоже.
— Ты прав. Я просто забыла. Ешь свою форель.
— А Сью…
— Черт возьми, Робин ее зовут! Робин!
Кит развязывала шнур, который удерживал ее на кресле.
— Когда мы со Сью были женаты, никакой Робин в помине не было, — возразил Март, — но если она снова попытается начать все эти свои штучки или станет швыряться предметами, то мне придется защищаться. Надеюсь, ты понимаешь.
— Я больше и сильнее, чем она, — бесцветным голосом произнесла Кит. — Может, она этого и не осознает, зато я это знаю. Но и она быстро узнает, если попытается хамить и устаривать сцены.
— У меня черный пояс! — завизжала Робин.
— Ну да, конечно! И заработала ты его в паршивом танцзале, где людей заставляют танцевать без обувки, чтобы полы не поцарапать. Когда Джим выламывал твою дверь, ты за меня цеплялась и что-то не вспоминала про свой черный пояс.
Март прокашлялся.
— Вот сейчас мне больше всего хочется обнять тебя, Кит, и расцеловать. В жизни ничего так сильно не хотел. Что скажешь?
— Думаю, это может подождать.
— Ладно, — вздохнул Март. — Однако твоя подружка Сью задала вполне резонный вопрос. Могли ли люди, чей трафик я перехватил, заходить на самом деле в Номер Девятнадцать? Я обнаружил три пустых хоппера около Номера Тринадцать, поэтому я думаю, что они зашлй именно туда. Но, конечно, я могу ошибаться.
Март отправил в рот очередную порцию форели. Как он и ожидал, рыба была еще вполне горячей.
— Что это такое, Кит? Тут какой-то привкус, который я никак не могу распознать.
— Может быть, свежий эстрагон. Или сидр. — Кит ухмыльнулась. — Или один из моих секретных ингредиентов.
— Не подавись косточкой, — пробормотала Робин.
* * *
Они встретились в миле с небольшим от Номера Тринадцать. Март был в своем потасканном оранжевом космокостюме, Кит же выглядела, как глянцевая открытка с рекламой нижнего белья, упакованная в целлофан.
— Наконец-то мы одни! — драматически произнес Март и обвел руками бескрайние просторы космоса. — Это межпланетное пространство, и мы в нем одиноки, как только могут быть одиноки люди. Ты выйдешь за меня, Кит?
— Робин нас прослушивает, Винди. Я ей приказала быть на связи с нами и вызвать по Сети помощь, если наши инфопотоки оборвутся.
 
— Кит…
— Это всего лишь разумная предусмотрительность. После твоих страшилок я решила, что надо предпринять кое-какие меры предосторожности. Я ей наказала вызвать Болвана Билла или, если он будет недоступен, Фила Инглиса. Передать им, что у нас проблемы и мы нуждаемся в помощи.
Март не нашелся с ответом. Кит же сочла за благо промолчать. Вокруг них сомкнулась тишина, угрожающая, исходящая от нависающей над ними гигантской планеты, и тишина, исходящая от немигающих звезд, наблюдающих за ними с холодным любопытством.
Наконец Кит подала голос:
— Робин, ты на связи? Отзовись.
— Она, наверное, не знает, как работать в Сети.
— Я ей показывала.
— Тогда, возможно, она предпочитает не говорить, а слушать. Конечно, раньше за ней такого не водилось, но все когда-нибудь случается впервые.
— Ты уверен, что она нас подслушивает? — По выражению лица Кит было видно, что она такую возможность допускает.
— А вот это мы сейчас проверим, — с усмешкой сказал Март.
Он набрал в легкие побольше стерильного и безвкусного воздуха скафандра.
— Я знаю, что далеко не красавец и благодаря твоей подружке Сью почти нищий. Ты звезда, а я всего лишь замотанный второразрядный продюсер. Но, сознавая это и понимая, что ты тоже это знаешь, я все равно тебя спрашиваю: ты выйдешь за меня? Прошу тебя! Сразу же, как только мы вернемся в Нью-Йорк.
Кит какое-то время молча вслушивалась в эфир.
— Ты прав, — заметила она. — Робин тут же бы завизжала, чтобы я этого не делала. Ее нет на линии. Идем, давай заглянем в гробницу этих душителей.
— Ты не сказала «нет»! — Март внезапно почувствовал себя на десять лет моложе.
— «Да» я тоже не сказала… Тот парень, у которого я покупала скафандр, посоветовал мне сцеплять рукава космокостюмов, когда летаешь в паре.
Он подчинился, а Кит включила ракетные движки скафандра. Секундой позже Март врубил свои.
— Здесь довольно темно, Винди. У тебя есть фонарь на шлеме?
— Если тебе нужно время, чтобы все обдумать, я не возражаю. Мне будет трудно, но я подожду. Я подожду до завтра, или до следующей недели, или до следующего месяца.
— Спасибо.
— Или до следующего года. Я буду ждать сколько угодно. А если ты скажешь «да», то я от радости буду прыгать. Я люблю тебя. Я люблю тебя и знаю, что никогда не разлюблю. Ты… Я не могу выразить это словами, Кит, но это просто выше и больше меня, как будто от меня ничего и не зависит.
Рука Кит крепче сжала руку Марта, а пластиковый пузырь ее шлема, казалось, освещался изнутри ее улыбкой.
— Ты ведь не сказала «нет»? — робко заметил Март.
Вместо ответа Кит указала рукой перед собой.
— Вот эта фальшивая перемычка, вырезанная в камне, и какие-то твари, которые ее якобы поддерживают — кто это? Это что, птица?
— Это африканский аист-марабу. А животное с той стороны — это вроде бы шакал. Оба являются символами смерти.
— Разве аисты не приносят детишек?
— То другие аисты, добрые. Не этого вида, — ответил Март, а потом добавил: — Нам лучше снизить скорость.
— Ладно, я сброшу тягу. Ты хорошо владеешь управлением движками?
— Прилично. Правда, на твоем скафандре система может слегка отличаться от моей.
— Тогда взгляни на нее и скажи, почему она не работает. — Кит протянула к его лицу левую руку.
Несколько секунд он разглядывал кнопки управления и крошечный экранчик.
— Ты не вывела на экран меню управления движками.
Март быстро нажал подряд три кнопки на ее пульте. Астероид продолжал надвигаться на них, но скорость не увеличилась.
— Надо нажать кнопку «Управление», затем выбрать в меню «Двигатели» и нажать ключ «Отключить».
— Мы все равно несемся к нему слишком быстро, Винди.
— А как же иначе? Здесь нет сопротивления атмосферы. А все-таки, почему ты не говоришь «да»?