Вспомни

Кит умерла, и Джим умер, и Сью, возможно, тоже мертва. Земле, всему человечеству угрожало нечто, выпущенное на волю мертвецом, и это была очень серьезная опасность и серьезная проблема, но все это заслонял один-единственный непреодолимый факт — Кит умерла. Ее больше нет.
Если бы в хоппере имелось виски, то он сейчас же начал бы пить и к моменту, когда поступит звонок из UDN, был бы в стельку пьян. Слава богу, ни капли спиртного на борту не было.
Кит умерла, и он никогда больше ее не увидит.
Сейчас ее душа пребывает где-то в каких-то подвластных Богу пространствах. Когда-нибудь их души там встретятся. Они обнимутся, засмеются, будут вспоминать прошлое и касаться друг друга руками.
Когда-нибудь…
Вспомни, о Пресвятая Дева Мария…
* * *
— Для начала, — заявила Ким Грэнби, снова перейдя на официальный тон, — я должна сообщить вам, что ПубНет работает над проектом, похожим на ваш. Я, кажется, уже это говорила? Но мистер Инглис настоял, чтобы я вам это еще раз повторила. Он хочет, чтобы не было никаких недомолвок и вы это тоже знали.
Март кивнул.
— Пожалуйста, передайте ему: я ценю его откровенность.
— Но то, что делают они, по сенсационности даже рядом не стоит с вашим материалом, — продолжила Ким Грэнби. — А вот это уже я говорю по своей инициативе, а не по поручению мистера Инглиса. Хотя, мне кажется, что он одобрил бы мои слова.
— С твоей стороны это очень мило.
Она улыбнулась.
— Постараюсь быть еще более милой. И скажу тебе, что мистер Инглис и я просмотрели все, что ты нам послал. Мы смотрели вместе, если уж выражаться точно. И мы делали заметки по ходу просмотра. Оба — он и я.
— Я понимаю.
— И я вернулась к тебе с предложением. — Ким сделала паузу, чтобы набрать в грудь побольше воздуха, и надо сказать, это у нее получалось как-то особенно привлекательно. — Когда во время прошлого звонка я сообразила, что ты нам послал, то решила: я должна немедленно обсудить это с мистером Инглисом. Я могла бы уже тогда предложить тебе сделку, но вдруг бы ты отказал? Когда я это объяснила мистеру Инглису, он заверил, что я поступила совершенно правильно. Теперь это уже другое предложение. Если тебе понадобится время, чтобы его обдумать, мы подождем.
— Возможно, понадобится, — согласился Март. — Но сначала я должен услышать предложение.
— Конечно. Да, действительно. Совершенно точно. — Ее внезапная улыбка была способна растопить и не такое очерствевшее сердце, как у Марта. — Ты джентльмен. Я тут пообщалась с другими нашими дамами в… ну, мы ходим пить кофе вместе. Ну, ты понимаешь.
Март пока еще ничего не понимал, но на всякий случай покивал. Он ждал, что последует дальше.
— Все характеризовали тебя как парня крутого, резкого и грубого. Но затем Дебби Ноулис сказала, что три мушкетера приняли бы тебя в свою компанию с распростертыми объятиями, и все остальные с ней согласились. Поэтому я хочу сказать — это лично мое, никак не связанное с Сетью, да, так вот, не зависимо от того, примешь ты наше предложение или нет, я бы хотела, чтобы мы стали друзьями. Ничего, что я это сказала?
— Ничего, — ответил Март, — все нормально.
— Я живу здесь, в Нью-Йорке, а ты?…
— Я тоже.
— Это хорошо. Это очень хорошо. А теперь официальная часть. Это я передаю слова мистера Инглиса. Мы заплатим…
Март поднял руку.
— Ты была откровенна со мной, Ким, и я это ценю. Я тоже хочу быть честным с тобой до конца. Я солгал тебе в нашем предыдущем разговоре. Это получилось случайно, но тем не менее… Могу я все разъяснить до самой последней буковки?
Амплитуду кивка Ким Грэнби нужно было бы измерять в миллиметрах, но это был именно кивок, то есть знак согласия.
— Я сказал тогда, что Кит мне нравилась. На самом деле я любил ее. Я очень сильно любил Кит. Рано или поздно ты от кого-нибудь об этом услышишь, поэтому я и хочу сказать сам. Я любил ее, а она погибла у меня на глазах, и я ничего не мог сделать. Я не хочу, чтобы ты потом думала, что я от тебя что-то скрыл.
 
— Я никогда ничего такого не буду думать, Март! Никогда! — Она снова набрала в легкие побольше воздуха. — Я слышала, что ты терпеть не можешь вида плачущей женщины, это тебя злит, выводит из себя.
— Ну, в общем, да.
— Тогда давай быстро покончим с делами, потому что я могу расплакаться. У нас для тебя два предложения. Первое — простое и безо всяких условий. Восемь с половиной миллионов. Второе зависит от твоего желания и дальше сотрудничать с UDN. Мы предлагаем тебе место старшего продюсера с окладом в полмиллиона. Плюс бонусы, премиальные… Ну, сам знаешь. Если соглашаешься на второе предложение, то цена первого повышается до десяти миллионов. Тебе нужно время для обдумывания?
Март помотал головой.
— Передай Филу, что я принимаю второе предложение.
* * *
Март считал, что понимает Кит. Ему казалось, что и Джима он тоже понимает. Джим любил Сью… нет, Джим любил Робин. Джим в каких-то отношениях был сволочью, но он любил Робин. Все мужики в каких-то отношениях сволочи, так почему надо делать исключение для Джима? Джим понимал Робин лучше, чем он, Март, когда-либо ее понимал.
Лучше, чем он вообще мог ее понимать.
Март вспомнил маленькую темную фигурку на холме и хлопки отдаленных выстрелов. Джим стрелял, удерживая позицию до самой своей смерти, надеясь, что выигрывает время, чтобы Робин могла убежать.
Но вот что сама-то Робин? Что с этой женщиной, которую он так долго и отчаянно пытался забыть? Март почесал подбородок. Этого оказалось недостаточно, и он почесал с новой силой, более яростно.
Хотела ли Робин умереть вместе с Джимом?
Или желала пожертвовать своей жизнью, чтобы спасти его — Марта — жизнь?
Или она просто хотела остаться в Номере Девятнадцать? Она ведь, в конце концов, не видела сделанных цифровиком записей. Март подошел к окошку хоппера и смотрел на маленькую голубую искорку, которая была его домом, таким далеким, но так легко достижимым, благословенным и проклятым, где вмещались и добро, и зло. Неужто Робин действительно хотела пожертвовать собой? Ради него?
Имелся только один способ узнать это — вернуться и отыскать ее, предполагая, конечно, что она все еще жива.
А разыскав, спросить.
  
Об авторе
 
ВУЛФ Джин (WOLFE, Gene)
Один из ведущих авторов американской НФ и фэнтези, мастер мифопоэтической фантастики Джин Родмен Вулф родился в 1931 году в Нью-Йорке. После окончания школы он был призван в армию, воевал в Корее, а демобилизовавшись, закончил инженерный факультет Хьюстонского университета. После этого Вулф работал инженером, редактировал научно-популярный журнал. С 1984 года — профессиональный писатель.
В научной фантастике Вулф дебютировал в 1966 году рассказом «Горы как мышь». С тех пор он опубликовал более 40 книг, среди которых более трех десятков романов научной фантастики и фэнтези и 11 сборников рассказов. Наибольший успех выпал на цикл романов Вулфа «Книга Нового Солнца», продолженный циклом «Книга Долгого Солнца». Мир, придуманный писателем, критики ставят в один ряд с такими «шедеврами мироздания» американской НФ, как Хайнский цикл Урсулы Ле Гуин и романы о Дюне Фрэнка Херберта. Среди других популярных произведений Вулфа — серия повестей и рассказов под общим названием «Архипелаг». Вулф — дважды лауреат премий «Небьюла» и Всемирной премии фэнтези, в его коллекции литературных трофеев также Премия имени Джона Кэмпбелла, Британская премия по научной фантастике, Британская премия фэнтези и другие высшие награды жанра.