Взлет (СИ)

Вытянутый длинный остров являл собой, действительно, или созданную природой цитадель светлых сил, или же рассадник темных, всех мастей разбойников. Мимо не пройти, остров захватить крайне сложно из-за воды, тут даже есть где пахать и брать дерево, правда не для большого количества жителей, ну и не долго.
— Андреевский стяг? — удивленно, почти в унисон спросили и Ефрем со Стояном, которые так же подошли на нос ладьи, где стояли я и Вторуша.
Я улыбнулся. Да неужели? Вот же Лют!.. Он не только Лют, но и Плут.
Дело в том, что при разговоре с бродником он интересовался у меня, есть ли возможность его общине, той части бродников, которых Лют под себя подомнет, войти в Братство. Я тогда рассмеялся, предполагая, что это почти невозможно. Как, к примеру, приручить казаков? Все великие русские правители будущего это пытались сделать. Кому-то удавалось немного продавить волю казацкую, иные получали восстания и серьезные проблемы, но общение с казаками через силу никогда не обходилось без последствий.
И тут мне показывают, что Протолча, сиречь Хортица, готова стать фортпостом Братства в этих землях. Мне, конечно, решать, принимать ли такой буйный и, как показывала история, не всегда честный, народец. Но я склонялся, вот прямо сейчас, к тому, что да — принять.
Ранее я выставлял условия Люту, предполагая, что он сам откажется от идеи. Дело в том, что остров я планировал занимать Братством и ставить тут не каких разбойников, а полностью лояльный контингент.
Так что условия вполне очевидные и несколько жесткие. Были ключевые моменты, на которые я напирал при разговоре с Лютом. Тем более, что можно было говорить без особых политесов, так как еще три месяца назад подобное, как взять под контроль большое поселение бродников, казалось не решаемой задачей в ближайшей перспективе. Тогда еще Ольговичи казались сильнее, чем все войско великого князя Изяслава Мстиславовича. А бродники сильно колебались, к кому примкнуть в междоусобной войне.
Так, к примеру, первое на чем я настаивал, это на ротации. На постоянной основе у всех, кто войдет в Братство, будут находится войска организации. Пусть это будет две сотни воинов из Воеводино, которые станут противовесом бродникам в этом месте. Ну а сами бывшие разбойники стали бы стажироваться на главной базе Братства. После, через год-другой, следовало бы смениться, или заступить бродникам на дежурство в черемисских землях, которые сейчас должны гореть в огне, осваиваться отцом.
Второе условие — это выход. Все фортпосты, если они не вынужденные и не требуют дотаций, обязаны платить двадцатую часть от прибыли в общую казну. Бродникам есть с чего жить. Нужно развивать сельское хозяйство. Леса тут мало, но при налаженном сплаве по Днепру, именно тут, ниже порогов, можно строить корабли класса «река-море». Ну и броды, волоки, ремонт и обслуживание проплывающих кораблей.
Третье, это быть готовыми к тому, что город или целая область, будут переданы в управление центральной великокняжеской власти. Как только буду видеть целесообразность этого поступка, который не должен сильно ударять по благосостоянию Братства, буду передавать освоенные регионы киевскому князю. У меня нет цели, чтобы Орден Андрея Первозванного заменил собой государство, сам стал бы таковым. Сильная Русь — вот цель! Ну и попутно, я же знаю про 1313 год и чем закончилась история тамплиеров. Гореть на костре, как великий магистр Ордена в названном году, не хочу, я лучше у печки погреюсь.
Ну и четвертое, это принятие всех норм и правил ведения сельского хозяйства и обязательное развитие ремесла, по согласованию со мной.
Что взамен? Защита со стороны Братства по всем направлениям, вплоть до объявления войны половцам, или же дипломатическая помощь. Так же, при необходимости, помощь продовольствием, снаряжением, оружием. Женщины…
Последний пункт очень важен для бродников. Такое общество, как казаки на заре своего становления, или берладники с бродниками, страдали от недостатка женщин. Тут же речь не только о том, что каждому нормальному мужчине требуется секс с женщиной, но и о быте. Стирка, приготовление пищи, деторождение и уход за детьми. Только так из дикарей можно воспитать нормальных мужчин с понятиями чести, долга. А женщин никто ниволить не станет. В этом времени хватает вдов, да и девушек, которые согласны и с превеликим удовольствием пойдут замуж, лишь бы муж сильно не бил, на вдоволь кормил.
  
А второй путь — брать женщин у половцев. Сейчас многие орды настолько ослабли, что я даже думаю, после разрешения вопроса с черемисами, повоевать некоторых кочевников, чтобы обеспечить, с одной стороны спокойствие на торговом пути, ну или его части, с другой стороны забрать имущество и женщин, которые и пошли бы в жены к бродникам.
— Гляди-ка, пристани построили! — удивился я, когда увидел, можно сказать, что и порт.
По рассказам Люта, здесь было поселение внутри острова, с глаз долой чтобы. Никаких причалов, портов, да ходить бы и нормальных домов, не было. А тут отстраиваются. Почувствовали, что могут выстоять и не прячась? Или это строится на вере в то, что Братство придет и порядок наведет? Фон в этих местах что ли такой, надеяться на защиту от других, но глупости делать самостоятельно?..
— Правим туда? Пристаем? — спросил Вторуша, выкручивая рулевой рычаг.
— Наша ладья, точно должна пристать! И лучше, чтобы первыми, — отвечал я.
Всех пристаней хватило бы, может только на шесть кораблей, но пока никто не спешил приставать к берегу. Вся среда вокруг условно враждебная, так что опасения у воеводы Дмитра, как и у Арсака Мамиконяна имеют место быть. Но я поспешил к берегу. Стяг Братства несколько снимал напряжение. Да и нужно же кому-то идти на контакт.
Андреевский стяг встречал меня, развиваясь на высоком обтесанном столбе. И где только раздобыли? Сами сшили? Ждали нас, вот и озаботились. Лют должен был знать, что собирается большое посольство и что я в нем буду. Подготовились, ну и разведка сработала. Отправляли же бродники гонцов с порогов.
На пристани нас встречал Лют. Он был одет в панцирь с нарисованным на нем Андреевским крестом, а так же держал в боевом облачении коня, так же с накинутой тканью с крестом поверх брони. Доспех бродник купил, когда еще находился во Владово. Ушлый малый, с таким умением договариваться и торговаться, ему бы в купцы. Хотя, и воин хороший, и, как видно, организатор незаурядный.
— Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу! — выкрикивал Лют, когда мы еще только причаливали.
— Вот же брат выискался, — словно с нотками ревности, сказал Ефрем.
Я только усмехнулся. Братстве этот девиз еще только стал расходиться, и неофиты его использовали чаще, чем те, кто стоял рядом со мной у истоков создания организации. А Лют решил сразу заявлять, на что он рассчитывает и чего хочет. В его поведении и облачении было больше от Братства, чем на мне, главы православного Ордена. Ну а что до девиза, так содрал я его у тамплиеров.
Нормальный, идеологически выверенный девиз. Хорошо ложиться на слух. Я понимаю, что сами тамплиеры уже существуют, но их универсальным девизом, на самом деле, пользовались многие, те же рыцари-меченосцы. А еще, это заявление, что Братство — это Орден, что он христианский и имеет много общего с иными похожими организациями. Так меня сразу должны всерьез воспринимать в Европе.
Вот чего брать от тамплиеров не буду, так это герб. Садомия, а не герб. Два мужика на одном коне обнимаются! Да как ты не объясняй, что именно означаетрисунок, пятно на мужской репутации останется, если ты, конечно, последователь такого символа. Хотя ходили слухи…
Это они, католики, своим целибатом добиваются разврата. А я считаю, что как не затыкай в себе похоть, есть природное стремление к размножению, не уйти от этого, если только не в извращение. Нормальная семья — основа основ.
— Приветствую тебя, а братом назову, когда клятву дашь, будущий витязь Братства, — сказал я, сходя на дощатый настил пристани.