Стеклянный трон

— Скорее я не соответствую их вкусам.
Это было подано как шутка, однако Селена уловила глубоко скрытую грусть.
— Да ты что, Шаол? Разве тебя можно сравнить с этими придворными недоразумениями? И потом, ты такой обаятельный, — сказала Селена, касаясь его руки.
Она не лукавила. Конечно, в Шаоле не было того сладенького мужского обаяния, которое она так ненавидела в здешних придворных. Его красота была грубоватой, зато настоящей, как и его сила, честь и верность.
Шаол смотрел на нее, забыв про бал.
«Что ж ты раньше на меня так не смотрел?» — подумала Селена.
— Ты это серьезно? — тихо спросил он, косясь на их переплетенные пальцы.
Селена еще сильнее сжала его руку.
— А с какой стати мне…
— Почему это вы оба не танцуете? — послышалось слева от них.
Селена опустила руку. Как ей сейчас не хотелось поворачиваться и вступать в разговор с принцем!
— И с кем же мне танцевать, ваше высочество?
В своем камзоле свинцового цвета Дорин был чертовски привлекателен. Его наряд великолепно сочетался с ее платьем.
— Смотрю, ты просто сияешь от радости, — сказал он Селене. — Да и ты, Шаол, от нее не отстаешь, — добавил принц, подмигнув другу.
Селена все же заставила себя взглянуть на Дорина, и у нее почему-то застучало в висках.
— Что желаешь, красавица? Прочесть тебе нотацию о недопустимости появления в тех местах, куда тебя не приглашали? Или вместо этого пойдешь танцевать со мной?
— Сомневаюсь, что одно заменяет другое, — сказал Шаол.
— Почему? — хором спросили Селена и Дорин.
Дорин подошел к ней еще ближе. Селене опять стало стыдно за то, что пусть и в мыслях, но позволила себе возвести напраслину на Нехемию. Принцесса удалилась к себе, Шаол и Дорин стоят рядом, и никто на них не нападает. Глупо как-то все получается.
— Почему? — переспросил Шаол. — Потому что ваш танец привлечет к себе излишнее внимание.
Селена надула губы, и Шаол, словно забыв о недавнем разговоре, с прежней суровостью посмотрел на нее.
— Напомнить тебе, кто ты?
— Нет, ты и так ежедневно напоминаешь мне об этом.
Карие глаза Шаола потемнели. Селена могла поклясться, что их недавний разговор ей просто почудился. Тот Шаол был из сна. А рядом стоял настоящий Шаол, готовый бить по больным местам.
Дорин положил ей руку на плечо и благодушно улыбнулся другу.
— Успокойся, Шаол.
Его рука скользнула по ее спине. Сквозь тонкую материю его пальцы ласкали ей кожу.
— Считай, что у тебя сегодня увольнение, — продолжил Дорин, уводя Селену от капитана. — Отдохни, насладись жизнью, — добавил он через плечо, но уже не столь веселым тоном.
— Пойду промочу горло, — пробормотал Шаол и направился в другую сторону.
Селена проводила его взглядом. Если бы капитан начал относиться к ней как к другу, это было бы чудом. Ну почему он до сих пор подозревает ее в каких-то тайных замыслах?
Дорин продолжал гладить ей спину. Селена повернулась к нему, и сердце у нее понеслось галопом. Все мысли о Шаоле растаяли, как роса под утренним солнцем. Может, нельзя было так нарочито отделываться от него, но… но… Она хотела Дорина и была не в силах это отрицать. Она хотела его.
— Какая же ты красивая, — сказал Дорин, и от его чересчур пристального взгляда у нее запылали уши. — Я как увидел тебя в зале, так глаз не мог оторвать.
— Неужели? А я думала, вы меня даже не заметили.
— Шаол меня опередил. И потом, мне нужно было набраться храбрости, чтобы к тебе подойти. В тебе есть что-то пугающее. Особенно в этой маске, — с улыбкой признался принц.
«Значит, с грудастой брюнеткой ты храбрости набирался!» — засмеялся ехидный внутренний голос.
— И вам пришлось танцевать с несколькими дамами, чтобы преодолеть испуг?
— Но я все-таки осмелел, и теперь я здесь.
Ее сердце перестало колотиться и сжалось. Селена вдруг поняла, что ждала от Дорина совсем другого ответа. Какого? Чего вообще она хочет от наследного принца?
Дорин наклонил голову и протянул ей руку:
— Потанцуешь со мной?
Какой танец играл оркестр? Селена позабыла о музыке. Весь окружающий мир растворился в золотистом пламени свечей. Но оставались ее ноги, ее руки, ее рот. Селена улыбнулась и приняла его руку, одновременно продолжая наблюдать за залом.
    
ГЛАВА 39
 
Он затерялся — затерялся в мире, о котором всегда мечтал. Его пальцы касались ее тела, а оно было таким нежным. Ее мягкие пальцы сплелись с его пальцами. Он кружил ее по мраморному полу, стараясь двигаться как можно плавнее. Она не сбилась ни в одном па и совершенно не замечала сердитых женских лиц. Слыханное ли дело — ангажировать его высочество, не позволяя другим дамам танцевать с ним?
Дорин понимал: да, это неучтиво, особенно для наследного принца, обязанного быть образцом учтивости. Но после Селены он просто не мог танцевать с кем-то еще.
— Вы необычайно выносливый танцор, — сказала ему Селена.
Когда они беседовали в последний раз? Может, десять минут назад или даже час назад. Все лица в масках слились для нее в одно громадное разноцветное пятно.
— Вы так любите танцевать?
— Все гораздо проще. Вместо порки родители наказывали меня уроками танцев.
— Тогда, должно быть, эти уроки следовали почти беспрерывно.
Вспомнив, зачем она здесь, Селена оглядела зал. Со стороны могло показаться, что она кого-то высматривает.
— Тебе сегодня наговорили столько комплиментов, — сказал принц, продолжая кружить ее в танце. — Едва только ты появилась на лестнице. Собственными ушами слышал.
От каждого движения ее платье переливалось мириадами крошечных огоньков.
— Это же Ильмас, — ответила Селена. — А в день Ильмаса все добры.
В ее глазах промелькнула боль, но уже в следующее мгновение они вновь улыбались, и Дорин не знал, действительно ли он успел заметить эту боль или ему просто почудилось.
— Как поживает твой подарок? — спросил он, обнимая Селену за талию.
— Сначала прятался у меня под кроватью, потом освоил столовую. Там я его и оставила.
— Ты заперла щенка в столовой?
— А где же еще? В спальне нельзя — начнет, чего доброго, грызть ковер или намочит его. И в комнате для игр оставлять опасно. Бильярдные шары щенку не по зубам, а вот шахматными фигурами может и угоститься. Представляете, если кусок дерева застрянет у собаки в горле?
— Нужно было отослать ее на псарню.
— В такой день? Я бы не посмела отправить малышку в это жуткое место!
Дорину вдруг невыразимо захотелось поцеловать Селену. Страстно, прямо в губы. Но это было невозможно. Вокруг полно людей, а когда бал закончится, закончится и эта сказка. Селена вновь станет ассасином, состязающимся за свою свободу; он — наследным принцем, которого родная мать упорно пытается женить. Но ведь с концом бала Ильмас еще не кончится…
Дорин крепче прижал ее к себе. Окружающий мир со всеми обитателями превратился в игру теней на стене.
Шаол хмуро следил, как принц кружит Селену по залу. Надо было этого не допустить, но теперь уже поздно. Хорошо, что он сам не согласился танцевать с нею. Капитан видел, какой цвет приобрела физиономия герцога Перангона, когда тот понял, с кем это танцует наследный принц.
К Шаолу подошел придворный по имени Отон.
— А я думал, она будет танцевать с вами.
— Кто? Госпожа Лилиана?
— Так вот как ее зовут! Я ее прежде не видел. Должно быть, она недавно появилась при дворе?
— Да, — коротко ответил Шаол.
Завтра он устроит хорошую взбучку этим дурням-караульным. У них же был четкий приказ: в этот вечер ни в коем случае никуда ее не выпускать и не сопровождать. Капитан надеялся, что к завтрашнему утру он несколько остынет. Сейчас он был готов лупить по их пустым головам чем угодно.
— Как поживаете, капитан Эстфол? — спросил Отон, довольно бесцеремонно похлопывая его по спине.
От придворного разило смесью вин.