Универсал (СИ)
Рядом с портальным столбом стояла человеческая фигура. Лицо незнакомца скрывала тень, но внутри у меня почему-то всё на миг замерло, а затем сердце заколотилось в бешеном ритме.
— У тебя глаза матери. — голос, прозвучавший из под капюшона был наполнен грустью. — Здравствуй, сын…
Глава 11 Вальдемар Фаерус
— У меня нет отца. — было трудно произнести эти слова спокойным голосом. — И матери тоже нет. Они умерли для меня восемь лет назад.
— Двести семнадцать лет назад умерла твоя мать. — с печалью в голосе ответил человек, скрывающий своё лицо. — Прости, но мы не могли забрать вас из Воулда. Вмешательство древних магов разделило нас не только расстоянием, но временем. Чтобы сейчас разговаривать с тобой, я заплатил высокую цену.
Капюшон скользнул с головы говорившего, и я, вместо родного лица увидел мертвенно-бледную кожу, всю покрытую светящимися алым татуировками. Глаза, наполненные багровым пламенем, и полное отсутствие волос на голове. Ни ресниц, ни бровей. Неужели такая же нежить, что и вечный император?
— Почти угадал. — прочёл мои мысли человек, внешне совершенно не похожий на отца. Лишь голос, от его звуков в моей душе что-то шевелилось. — Мой внешний вид и долгая жизнь, это влияние артефакта класса абсолют. Не переживай, с тобой такого не произойдёт. Ты смог подчинить изделие древних магов своей воле, и со временем поймёшь, как им пользоваться. Я смог заключить с артефактом соглашение, симбиоз, пока мы нужны друг другу, я буду существовать.
— Джон Фаерус. — прервал повисшую паузу Вечный император. — Твой отец, как и я, не может пересечь границу пустоши, его тело просто не выдержит и распадётся.
— То-есть, вы оба довольно скоро погибнете? — спросил я.
— Он погибнет, не я. — ответило существо, назвавшееся моим отцом. — Когда пустошь подберётся к плачущей стене, я покину Гантею.
— Что тебя держит здесь? — я никак не мог понять, зачем эта встреча, и что до меня хотят донести.
— Ты и Марика. — ответил бледнокожий. — С того момента, как до меня дошла информация о возрождении рода Фаерус, я отслеживал происходящее в пустоши. Или ты думаешь, что первый свиток, попавший в твои руки, случайно оказался у того воздушника?
— А легион каменнолобых? Это тоже ты позаботился?
— Ты должен быть сильным. — ответил изменённый. — В том бою могли погибнуть сотни мроу, и ты научился бы терять своих воинов. Но, всё пошло не так, как я рассчитывал. В который раз. Знаешь, Джон, вокруг тебя постоянно происходит странное. С самого появления в Гантее.
— Кто создал пустошь? — задал я вопрос, терзавший меня долгое время. — Ведь это случилось не по вине одарённых во время войны с чернью?
— История не врёт, Джон Фаерус. — вновь заговорил архимаг. — Пустошь возникла, когда два магистра, находясь по разные линии фронта, одновременно активировали древние амулеты. Оба не знали истинной силы своих артефактов, и когда высвободившаяся мощь вышла из под контроля одарённых, они не придумали ничего лучше, чем пожертвовать своей кровью, и кровью своих товарищей, чтобы остановить стремительно расползающуюся смерть.
— Им удалось остановить неведомую стихию, убивающую всё на своём пути, — подхватил рассказ лысый, назвавшийся моим отцом. — Но, что-то случилось в тот момент, когда произошло массовое жертвоприношение. С тех пор ни я, на тот момент уже носивший в себе артефакт, ни наш общий предок не можем пересечь границу пустоши. Твоя мать и многие другие одарённые пытались проникнуть в Воулд, но увы — место силы было уничтожено, и порталы в другой мир больше не открывались.
— Красивая сказка. — я улыбнулся. — Тогда откуда в нашем мире появилась Скверна? Спустя много лет после произошедшей здесь, на Гантеи, трагедии. И главный вопрос — зачем вы, одарённые, перебрались на Воулд, и бросили там своих детей?
— Мы не бросили! — внезапно лысый повысил голос. — Нас призвал действующий на тот момент император! Шла война, и империи потребовались все силы! Вас не бросили! В каждой семье остался один одарённый! За тобой и Марикой должен был приглядывать мой племянник, на тот момент являющийся старшим учеником. За всеми вами! Что произошло в Воулде, почему вы все стали сиротами, когда у каждого имелись родственники, я не знаю! Возможно со всеми одарёнными что-то случилось. Может они обнаружили признаки Скверны, и таким образом решили защитить вас. Меня не было рядом, но, своему племяннику я доверял не меньше, чем самому себе!
— Вы нас бросили. — повторил я. — Вместо того, чтобы взять с собой, оставили одних в чужом мире.
— Там было безопасно! — выкрикнул лысый. — Гораздо безопасней, чем на Гантее! Мы хотели защитить вас!
— А вы знали, что в тот день, когда гантейцы вторглись на Воулд, он разделился на два параллельных мира? В одном родился и вырос я, а другой превратился в ледяную пустыню. Полностью.
— Второй мир всегда существовал. — отмахнулся одарённый, представившийся моим отцом. — У Гантеи тоже есть изнанка, только в неё невозможно проникнуть — запечатана древними магами. Это их мир, в который не пускают чужаков.
— Такой же, как за плачущей стеной?
— Нет. — лицо лысого исказила гримасса отвращения. — Надеюсь, что нет. За кровавой стеной опасные земли, в которых нет места ни простакам, ни одарённым. Даже мастера не смогут выжить там. Разве что огня.
— Ты жил там, за стеной? — мне стало любопытно узнать, что скрывается за преградой.
— Не жил, а выжил. Всё время, пока я находился по ту сторону, не проходило и дня, чтобы меня не пытались убить.
— Зачем ты направился туда? — спросил я, пытаясь понять, что ему от меня надо. — И зачем вы переселялись на Воулд?
— За стену я проник, в надежде найти вас с сестрой. — с грустью происнёс одарённый, ранг которого я так и не смог определить — его сосредоточия были скрыты. — А Воулд, что ж, ты должен это услышать от меня. Мы хотели вырастить детей, которые станут великими одарёнными. Да, именно великими, обладающими возможностями архимагов, и даже больше — сравнимых с древними магами!
— Значит мы — неудавшиеся опытные образцы? — меня захлестнуло волной праведного гнева. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы подчинить разбушевавшуюся в груди стихию огня. — И бросили нас потому, что дети не оправдали ожиданий? Кому нужны слабые одаренные, верно?
— Нет, всё было не так. — Вальдемар Фаерус резко успокоился. — Впрочем, ты вправе думать что угодно, как обо мне, так и о матери.
— Зачем ты пожелал встретиться со мной? — на меня навалилась усталость. — Зачем сейчас лезешь в нашу с Марикой жизнь?
— Затем, что вы оба находитесь в опасн…
— Ложь! — оборвал я Фаеруса. — Вероятность того, что меня сегодня могли убить, была гораздо выше, чем какая-то далёкая опасность. Кто? Алекс Четвёртый? Или Некрос?
— Некрос скоро сдохнет, как и все его слуги! — повысил голос Вальдемар. — Император Востока, весь род Арес — Вечный император в любой момент может раздавить их. Я уйду из твоей жизни, но у меня есть одна просьба. Не открывай портал в ледяной мир, и держись подальше от стихийных порталов. А лучше переберись в пустошь. Поверь, если до вас с Марикой доберётся древний, плохо будет всем. Тебя он поглотит, так как ты являешься носителем абсолюта, а сестру превратит в оракула. И тогда даже пустошь не спасёт оба мира от смерти.
— Что за древний? — ничего не понимая, я повернулся к архимагу.
— Маркус. Тот чужак, что во время толчка начал обращение. Не знаю, где вы подцепили дух древнего мага, и почему он выбрал именно чужака, но, я хорошо просканировал воспоминания очевидцев. Все признаки указывают на то, что в Маркуса вселился древний.
— У меня были видения, ещё до того, как абсолют подселился в моё тело. — я постучал ладонью по предплечью. — И у меня сложилось впечатление, что артефактом раньше владел бог.
— Расскажи, в подробностях! — потребовал бессмертный. И я, воспользовавшись малой руной разума, в подробностях пересказал всё, что смог вспомнить. Лишь когда закончил рассказ, понял, что желание поделиться своими воспоминаниями наведённое, не моё.