Не разбивай мое сердце, босс! (СИ)

— На аборт идти ей запрещаешь, а выходить за меня замуж — нет? Классный ты мужик, Калужский. Аплодирую стоя, — рычу от злости, которая бьет по затылку, растекаясь по всему телу.
— Вот давай только не будем учить друг друга уму-разуму, Стас. Мне сейчас не до этого. У каждого есть косяки, в том числе и у тебя. Ты-то разумный мужик, какого хера согласился жениться?
— Я не собираюсь вдаваться в детали.
— Да и не нужно. Я к тому, что ты не святой. У Марины был план развестись с тобой в течение месяца...
— Ага, и получить от меня бабки...
— Да. Она меня даже не послушала. Шла по головам до последнего. Даже с какими-то шакалами втайне от меня договорилась. Я узнал все в последний момент. Буквально час назад, — переходит на шепот, будто говорит тайком от кого-то. Боится, что услышат. — И эти шакалы не похожи на нормальных людей. Единственное, что мне нужно, так это взять Марину и свалить как можно дальше. И это не проблема, поверь. Да только твою тут оставить не могу.
— Адрес мне дай, — бросаю, останавливаясь у тридцатиэтажного здания. — Калужский, ты же понимаешь, что проблем Марине не избежать. Даже если я ничего с ней не сделаю... А я, поверь, сейчас придушить ее готов. Но ее отец уж точно собственными руками придушит.
— Поэтому я и позвонил тебе. Мне ничего не нужно. Деньги у меня есть, пусть для Марины это копейки. Однако выехать из города хватит. Дальше как-нибудь справлюсь. Единственное...
— Ты не в том состоянии, чтобы предъявлять мне условия!
— А ты не в том состоянии, чтобы отказывать мне. Жизнь твоей бабы под угрозой. Эти шакалы... Блядь! Да они...
Он не договаривает, а у меня кровь в венах застывает. Меня трясет.
— Чего ты хочешь?
Снова тишина на той стороне провода.
— Делай что хочешь. Звони ментам, если есть такие, кому ты доверяешь. Я тебе адрес вышлю, но ты дай слово. Пообещай, что мы просто свалим из этого долбанного города. Я же в свою очередь обещаю, что ни ты, ни твоя баба нас с Мариной больше в жизни не увидите.
Долго думать времени нет. Поэтому я быстро соглашаюсь.
— Я жду от тебя сообщение с местонахождением Ирины, Калужский. Немедленно!
Попрощавшись с мужиком, вырубаю звонок и набираю номер брата Гордея. Тот работает в ментовке больше десяти лет. Поможет однозначно.
Коротко говорю ему, что да как. Сам же еду по тому адресу, что прислал Калужский. Пусть и Матвей, брат Гордея, категорически запрещает лезть в это дело. Да, он обещает, что будет на месте буквально через сорок минут, однако ждать у меня терпения больше нет.
— Это твоя машина? — слышу в трубке голос Калужского, едва торможу в метрах ста от заброшенного дома посреди леса, где держат Иру.
— Да. Где Ирина?
— Шакалы жрать ушли. Маринка уехала. Точнее, я ее отправил под предлогом, что ее мать в больницу попала. Менты когда прибудут?
— С минуты на минуту.
— Пешком приходи. Забери свою отсюда. Эти придурки ржут так противно. И словами громкими бросаются. Наверняка твою напугали сильно.
Выругавшись, я иду вперед. Поставив мобильный на беззвучный режим, прячу его в карман.
Действительно, никого тут. Только Ира лежит на холодном полу, как тряпичная кукла. Развязываю ее руки и ноги. Она не в себе. Но дышит.
— Слушай, что это за звуки? — вдруг раздается за спиной. — Кажется, нас сдали. Сука! Баба неугомонная. Не нужно было ее отпускать. Наверняка она пожалела и решила нас подставить. Вот же сучка! Где ее ебарь?
Они наверняка про Марину. И про Калужского. Но мне сейчас совершенно похер. Беру свою девушку на руки, но даже шага сделать не могу. Один из шакалов бросается на меня с ножом. Оборачиваюсь спиной, чтобы Иру не задело, чувствую острую боль в области плеча.
И что-то теплое растекается по телу. Вроде бы жили себе спокойно... Но в какой-то миг все изменилось.
Падаю на колени, но Иру не отпускаю. Чувствую, как она приходит в себя, обвивает мою шею руками, шокированно распахивая глаза.
— Стас? — горькая усмешка трогает ее губы. — Это ты? Стас... Господи.
  
Глава 24
  
Ира
Все происходящее — настоящий ужас. Прихожу в себя и вижу перед собой Стаса. Это так неожиданно... Шокированно хлопаю ресницами, все еще не веря, что он действительно тут. Рядом, обнимает меня, держит крепко. Но что-то не так. Он смотрит на меня ледяными глазами. Тут пусть и сыро, но светло. Горят три лампочки, и я отчетливо вижу, как зрачки Аверина поблескивают. Он просто молчит и словно вообще не дышит.
— Стас?
Дальше раздается тот голос, который я слышала ранее. Тот самый мужчина, с кем разговаривала Марина. Он накидывается на одного из придурков, а второй амбал бежит на выход. Не понимаю, что происходит. Я словно в тумане. Крики, выстрелы... Не соображаю, как снова проваливаюсь в темноту. До меня с трудом доходит, что со мной происходит. А точнее, ни черта не доходит.
Открываю глаза и первым замечаю белый потолок. Сглатываю ком в горле, стараясь понять, где я и как тут оказалась. Последние воспоминания обрушиваются на меня так, словно ледяной водой окатывают.
— Стас... — шепчу. — Стас...
Я же помню! Он был там. Пришел за мной. Тот его взгляд... Взгляд стеклянных глаз. Господи, с ним явно что-то случилось. Я же чувствую.
— Спокойно, родная. Все хорошо. Все замечательно, — раздается совсем рядом. А потом я вижу Наташку. А чуть подальше и Таню. Лица у них такие взволнованные, напуганные.
— Это... Это больница? Где Стас? Ната! Что с ним?
— Все хорошо, — повторяет Ната. — Сейчас придет к тебе. Не бойся ты так. Нормально он.
Да только я не верю им. Ни единому слову.
— Воды хочешь? — протягивает стакан Таня. — Выпей. Наверняка в горле пересохло.
Я жадно допиваю аж до дна. Да, жажда убивает. Но почему-то я сразу запаниковала, вспомнив состояние Стаса. А не должна ведь так из-за него волноваться. Во всем, что со мной стряслось, виноват именно он. Однако мое сердце так мечтает его увидеть...
— Где Стас? — задаю я один и тот же вопрос.
Будто сломанное радио, честное слово. Наташа помогает сесть. Прижимаюсь спиной к спинке кровати, оглядываюсь. Ненавижу больничные палаты.
— Буквально через десять минут будет тут.
— А со мной что случилось? Слушайте... Ночь была, когда Стас за мной приехал. А сейчас уже светло на улице, — кошусь на окно. — Я ни черта не помню.
— Ирин, Аверина ранили. Тебя специально отключили. Дали успокоительное. Потому что ты кровь увидела и...
Крепко зажмуриваюсь. Ненавижу кровь. Со мной всегда что-то происходит, когда я ее вижу. Бьюсь в истерике, будто мне палец оторвали.
— Как он?
— Да хорошо все! — повышает голос Наташа, затем начинает смеяться. — Вот зайдет он сейчас сюда, и ты начнешь на него орать, чтобы вышел. А не надо так! Все обошлось! Все осталось позади, дорогая. Он понял свою ошибку, не стал жениться. И у вас есть шанс плюнуть на все и начать с нуля. Но ты этого не сделаешь, ведь верно?
Отвечать я не хочу. Потому что сама не знаю. Простить Стаса выше моих сил. По крайней мере, сейчас. Я на это совершенно не готова. Но очень хочу его увидеть.
Стук в дверь заставляет напрячься. Аверин заходит в палату. Он в черной рубашке, застегнута всего одна пуговица посередине. Рука в бинтах. Плечо, кажется, тоже. Волосы растрепаны. Да и выглядит он неважно. Такой бледный...
— Можно? — смотрит он в упор прямо на меня. Я автоматически киваю. Таня выходит, а следом за ней и Наташка. — Как ты, Ир?
Аверин не спеша подходит ко мне и садится на стул рядом с кроватью, где только что сидела подруга. Он берет меня за руку и крепко ее сжимает. В глазах столько боли...
— Хорошо. Ты?
— Главное, что ты в порядке. Иначе я себя никогда не простил бы.
— Это все она... Твоя Марина.
Аверин горько усмехается, качает головой.
— Не моя она. Господи упаси, — целует мою ладонь. — Ир, прости меня, козла. Не хотел я, честно, чтобы ты пострадала из-за меня. Даже не понял, как все вышло из-под контроля.