У яда сладкий вкус (СИ)

- Тогда почему ты просто не отпустишь меня? – развожу руки в стороны, пока Адам хмурится, отводя взгляд на дом.
- Отпущу, когда во всем разберусь, а сейчас иди за мной и не открывай рот, если не хочешь оказаться оттраханной раньше времени, - произносит с серьезным выражением лица, когда мой рот уже открывается для очередного выплеска слов.
Я сжимаю кулаки и смыкаю зубы. Что-то подсказывает мне, нарываться на Адама не стоит. По крайней мере, когда он бросается такими словами.
  
Глава 26. Это далеко не сон!
 
Мадина 
Сижу в огромной гостиной и смотрю в панорамное окно, за которым пустой двор и сгущающиеся сумерки доводят меня до состояния тихой истерики. Адам разговаривает по телефону в соседней комнате, откуда периодически слышны отборные маты, а я злюсь. Правда, сама не могу понять, на что именно. На подругу, которая подставила меня? На обстоятельства, сложившиеся слишком удачно, но не для меня? Или на себя за слабость и отсутствие выбора?
Эмоции вязкой субстанцией застряли внутри и причиняли максимум дискомфорта, стоило лишь погрязнуть в них. Я переживала за Рустама и не представляла, что могу сделать в данной ситуации. Как выкрутиться? Что сказать? Что сделать? И как сбежать от дьявола, который собрался запереть меня в двухэтажном особняке?
Все бы ничего, но меня пугало поведение Абрамова, как и то, насколько сильное влияние он на меня оказывал. Этот парень проникал под кожу одним лишь взглядом, в котором тьма смешивалась с обаянием. Чертов коктейль, от которого могло снести крышу, и я в красках помнила, как искусный соблазнитель способен вскружить голову, доставить порочное удовольствие и спустить на землю одним насмешливым словом. Такие экземпляры лучше обходить стороной. Наглый, богатый, красивый, с отсутствием совести. Веские причины сохранять дистанцию, особенно в связи с последними событиями.
- Удивила, ведьма, - от голоса Адама я чуть ли не подскакиваю, вылетая из тяжелых мыслей в не менее легкую реальность.
- Чем интересно? – бурчу себе под нос, пока Абрамов садится напротив меня в кресло и внимательно изучает мое лицо.
- Неужели не любопытно, куда я тебя привез? – его правая бровь взлетает вверх, пока он крутит в пальцах айфон. – Не осмотрелась?
- А оно мне нужно? – складываю руки на груди и снова фокусирую взгляд на окне.
Каждая клетка в организме сжимается в немой обороне. Хотя вряд ли это поможет. Адам сильнее. Мы находимся на его территории, и я, к сожалению, полностью от него завишу.
- Могла бы быть немного приветливее с человеком, который старается тебе помочь, - усмехается гаденыш, вынуждая меня крепче стиснуть зубы и взглянуть в его темные глаза, - голодна, ведьма?
- Зверски, - кривлюсь, прижимая руки к животу и скрывая то, как внутренности скручиваются, требуя еды.
- Уже прогресс, - улыбается Адам, - заказал еды.
- Я слышала, - хмыкаю, но расслабиться от его добродушия не могу, - материть несчастных не стоило.
- Лучше на тебя сорваться? – все тем же тоном произносит Адам, а я открываю и закрываю рот, подавляя в себе желание вступить с ним в очередную нервную дискуссию.
Абрам продолжает изучающе смотреть на меня, и, если уж совсем честно, мне припекает все возможные места от его внимания, начиная со щек и заканчивая задницей. Не сдержавшись, принимаюсь ерзать по дивану. Я бы могла колко ответить ему или спровоцировать на заточение, вот только… Куда еще хуже?!
- Я отъеду за едой, - Адам поднимается и сводит брови вместе, словно его вдруг придушила какая-то нехорошая мысль, - на втором этаже несколько гостевых спален. Выбери ту, которая понравится.
- Не боишься, что я сбегу? – складываю руки на груди и смотрю на персонального дьявола с вызовом.
- Куда? К Валерке? – Абрамов нагло усмехается. – Вперед. Заодно подготовь все места. Наказывать он умеет.
Черт! Скриплю зубами, а Адам скрывается из вида. Через пару секунд я слышу звук закрывающейся входной двери и медленно выдыхаю. Одновременно с тихим выдохом расслабляются мышцы, и я откидываюсь на спинку дивана, разглядывая высокие потолки в полутьме. Что, красавица? Заперло все-таки чудовище тебя в своей темной башне…
 
Некоторое время сижу и кусаю губы, пытаясь думать осознанно и без эмоций. Решаю осмотреться, потому что мозг превращается в действующий вулкан. Мозги закипают от мыслей, и я переключаюсь на изучение особняка. Все, как в сказках, дорого и богато. Жаль, что из-за нервов я не могу насладиться визуальным кайфом и попросту волочу свою тушку по второму этажу, не включая свет. Наугад выбираю последнюю дверь в коридоре около окна во двор и вваливаюсь в комнату.
Протягиваю руку в выключателю, но одергиваю себя. Иду к кровати, освещаемой скромным светом из окна, и ложусь на нее. На меня внезапно наваливается жуткая усталость, парализующая все процессы в организме. Я прикрываю веки и молю бога, чтобы ужасная полоса в моей жизни закончилась.
Наверное, сказывается эмоциональный перегруз, ведь засыпаю я мгновенно. Мне снится Адам. Его губы и руки, ласкающие мое тело. Полыхаю изнутри, не в состоянии сопротивляться его натиску. Слышу его будоражащий голос и выгибаюсь навстречу горячим губам. Они покрывают поцелуями мою шею и переходят к груди. Из меня вырывается глухой стон.
- Ведьма… Черт… какая же ты ведьма, Мадина…
Голос Абрамова звучит так реалистично, что я хочу открыть глаза и прогнать прочь сон. Вот только телу так хорошо, что я лишь кусаю губы.
- Продолжишь в том же духе, и я тебя распечатаю, - слова Адама врываются в мозг громким сигналом, и я резко распахиваю глаза.
Абрам нависает надо мной и прожигает голодным взглядом, от которого у меня сжимает голосовые связки. Я не могу говорить. Я полуголая лежу под прокачанным телом дьявола и краснею. Это не сон… Вот дерьмо! Это далеко не сон!
  
Глава 27. Я представлю тебя своей девушкой
 
Адам 
Сука, я улетаю от вида её сисек. Небольшие бугорки с затвердевшими сосками на вкус, как сладкий яд, от которого невозможно оторваться. Готов часами проводить по ним языком и чувствовать ответную реакцию, а она такая сильная, что мозги превращаются в кашу. Мадина глухо стонет и запускает пальцы в мои волосы, выгибаясь навстречу ласкам. Меня моментально кроет от этого телодвижения, и я кусаю её шею, проводя руками вдоль тела к талии. Хочу найти глаза, но веки ведьмы прикрыты. Мадина прикусывает нижнюю губу и шепчет моё имя. В полумраке выглядит не просто возбуждающе, а охренеть как сексуально. Никогда не ощущал подобного зверского желания сорвать упаковку с подарка, но в данный момент только этим заняты мысли. Останавливает одно – Алиева не в том состоянии.
- Продолжишь в том же духе, и я тебя распечатаю, - выдавливаю из себя каждое слово, понимая, что на этом поедание десерта закончится.
Мадина резко распахивает глаза, а я ловлю в них страх, удивление и стыд. Последнее почему-то вызывает волну злости. Стыдится близости со мной? Какого хрена вообще?
- Ты сама сняла, - говорю, когда ведьма с ужасом рассматривает свою обнаженную грудь и шумно втягивает кислород через нос, - продолжим?
Ответ, конечно, знаю, но предпринимаю попытку снять напряжение, которое скопилось в члене. Он упирается четко в промежность Алиевой, и та замирает, словно не живая. Сука! Лучше бы слышал стоны и ощущал, как небольшие ноготки царапают кожу.
- Слезь с меня, - произносит, прикрывая грудь руками.
В глазах такой спектр эмоций, что я чертыхаюсь и матерюсь, слезая с неё. Трахаться хочется, как животному в брачный сезон, но не с кем-то, а именно с ней. От понимания данного факта нервную систему знатно корежит, и я подрываюсь с собственной постели с такой скоростью, словно там минное поле. Впервые слова Лирника въедаются в серое вещество, включая аварийку. Меня начинает колошматить изнутри, пока натягиваю на себя футболку и стараюсь не смотреть на источник этой дрожи. Ищу хоть какое-то определение чувствам, которые разрастаются за грудиной, как лавина, и не могу. В моем арсенале разные имеются, только это слишком острое и неосознанное, чтобы выбрать слово, которое бы полностью его описывало. От этого раздражаюсь еще сильнее.