У яда сладкий вкус (СИ)
- Все вы из одного теста, - усмехается Кир, а Ритка втыкает ему локоть под дых, - ё-о-о… Сучка…
Выдыхает, но не трогает ее. Злится друг. Я же спокоен. Раз переживает за ведьму, значит, в этот момент активно пишется и цену себе набивает. Отступаю к двери и открываю ее.
- Я в аптеку, - повторяю для тех, кто не догнал, вызывая сопение, - у нас вроде есть жаропонижающее. Вкиньте ей. Скоро вернусь, - хочу уйти, но задерживаю на них взгляд, - не поубивайте друг друга, - указываю Киру, - головой за нее отвечаешь.
- Понял, - сухо бросает и пыхтит.
Вечно на розовую такая реакция. Как у быка на красную тряпку. Выхожу из комнаты с четким намерением купить все необходимое для простывшей от ледяного душа ведьме. Абстрагируюсь от внешних факторов. Сейчас важно найти суку, которая решила нажиться за чужой счет. Правда, я так и не понял, какого черта Орлова навела пацанов именно на Алиеву. В чем фишка? Не мог прорубить, но видел, что Вероника привела в универ Мадину, показала ей все, а потом в коридоре указала на нужную дверь. Кир даже ничего не понял. Все вроде шло, как обычно. Отлов грязи.
Я даже постановку с розовой устроил, чтобы вывести ведьму на чистую воду, но не тут-то было. Реальность планомерно покачнулась.
НЕ ТАКАЯ, Адам. Она НЕ ТАКАЯ.
Слова Ритки снова и снова таранили мой мозг. Пусть Алиева не знала, куда суется, но это не делает ее особенной. Она – просто девка. Все способны на измены. Слишком яркие примеры проскальзывали перед глазами. Тот же Лирник с его девственным ангелом. Байлабарова, которая не смотря на отцовские нравы, досталась мне отнюдь не девочкой, а повидавшей члены, кошкой. Поверти им родным перед носом, и она тут же садилась верхом или падала на колени, чтобы выполнить свои функции. Дело времени. На каждую святую землю найдется грешник.
Я должен был вылечить Мадину и оставить в общежитии, хотя бы для успокоения совести. Все-таки пережестил с ледяным душем, а она с упрямством.
- Лёх, - прикладываю телефон к уху и завожу мотор детки, - мне твоя помощь нужна?
- Так, - Лирник тяжело вздыхает, на заднем фоне слышится музыка и смех, - что-то подсказывает мне, что ты мне оргию решил обломать.
Смеюсь. Лёха в своем репертуаре. Вечеринка еще не началась, а друг уже бороздит просторы разврата.
- Накопай мне все на Веронику Орлову. Желательно прямо сейчас. Куда делась тварь, тоже по каналам пробей.
- Что-то знакомое имечко, - протягивает Лирник задумчиво, - а что она сделала?
- Нарвалась грязь на неприятности, - выезжаю за пределы университета и вжимаю педаль газа, сжимая одной рукой оплетку, - будем наказывать.
Глава 15. Молчать, как Манткава.
Мадина
В детстве я не часто болела, но, если такое случалось, то мама и бабушка впадали в ступор. Они не знали, что делать, и какую чудодейственную пилюлю мне дать, чтобы сократить или срубить на корню адские мучения. Одна вечно пихала в меня мед и чай с малиновым вареньем, а вторая покупала витаминки и активно следила за тем, чтобы я пропила курс и не пропустила и дня. Вот такая мега опека и сверхзабота от близких. Приятная и удушающая одновременно.
Я пребывала в бреду. Тело горело, а в мозг поступали обрывки фраз. Я не понимала сути и вертелась из стороны в сторону, скидывая с себя тяжелое одеяло. Перед глазами мелькали образы родственников, и мне очень хотелось проснуться на своем небольшом, но удобном, раскладном кресле. Помню, как отстаивала право на выбор. Мама говорила, что лучше купить кровать, а мне захотелось кресло-трансформер. Так и места в комнате было больше, и мое желание исполнилось бы. С малых лет хотела себе мягкое и собственное креселко, в котором бы я читала книги по вечерам, а зимой куталась в плед и пила какао с большой кружки. Настоящая мечта, которая осуществилась в десятом классе.
Только вместо большущего кресла привезли небольшое. Вмещалась на нем полностью, но мягкости особо не ощущала. Зато свое. И оно было твердым. Прямо, как поверхность, на которой я сейчас находилась. Не до жути и боли, конечно, но твердо.
Глаза я открыла резко, будто кто-то пнул меня в бок. Первое, что увидела, лицо Риты. Даже выдохнула. Не без огорчения, но с облегчением. Вот только рано обрадовалась.
- Жар спал, но температура еще есть, - сказала она в сторону, не отрывая от меня взгляда, - пациентка пришла в себя. Я могу идти?
Пришлось повернуть голову, чтобы понять, с кем разговаривает соседка по комнате. Один прожигающий взгляд, и мне стало дурно. Напротив меня на стуле сидел Абрамов. Изучал мое лицо. Сердце заколотилось о ребра, вызывая стойкое ощущение опасности. Оно въедалось в каждую клетку тело, поражало ткани и обездвиживало.
- Адам, я не помню, когда в душе была последний раз, - Рита отвернулась от меня и сложила руки на груди, - серьезно, не выпустишь отсюда, и я каждый сантиметр здесь разнесу. В щепки.
- Иди, - Абрамов кивнул с раздражающим равнодушием и пафосом, словно он царь и бог в одном лице.
- Рит, - прохрипела я, боясь, что в таком состоянии я не смогу противостоять ублюдку.
Попыталась подняться, но тут же рухнула на подушку. Одеяло, которое лежало сверху, неприятно прилипало к телу. Кожа была липкой от пота. Противные ощущения на фоне слабости.
- Все в порядке, - Рита обернулась лишь на мгновение, - я ему все рассказала.
- Иди уже, - недовольно бросил Адам, поднимаясь со стула и загораживая своим мощным телом обзор на соседку по комнате, - нормально мы поговорим.
- Надеюсь, - последнее, что я услышала от Риты прежде, чем она покинула комнату.
Обратила внимание на окружающую меня обстановку, только оставшись наедине с Абрамовым. Я находилась в ЕГО комнате и в ЕГО постели. Во рту пересохло, и Адам подал мне бутылку с водой, будто мысли прочитал. С подозрением посмотрела на бутыль, а Абрамов усмехнулся.
- Вода, - он открутил крышку и подождал, пока я сяду, только после этого протянул мне бутылку, - хотел бы отравить, сделал бы открыто.
Молча сделала несколько глотков и уткнулась головой в стену, которая была моей опорой. Связно соображать уже могла, а вот физически утопала в немощности. Мышцы ныли, напоминая о том, что в данный момент я уязвима, как никогда раньше.
- Неловко вышло, - произнес Адам задумчиво, наблюдая за тем, как я пью воду, чем вводил в еще большее напряжение.
- Нужно понимать, что ледяной душ для человека, который никогда в жизни не закалялся, ни к чему хорошему не приведет, - едко высказалась, хватая воздух через раз.
Все-таки находиться в замкнутом пространстве с этим парнем было очень тяжело. Я не могла расслабиться и ждала, что он накинется на меня. Пригвоздит к полу сильным телом и…
- Ты сама виновата, - спокойно произнес и не сдвинулся с места.
При свете настольной лампы выглядел вполне нормальным человеком, но был в таком освещении существенный минус. Адам чертовски походил на дьявола, готового убить, а может и соблазнить свою жертву. Сердце продолжало работать на максимуме своих возможностей, и вода не помогала успокоиться. Я лишь крепче сжала пластик и впилась глазами в идеальное личико богатого ублюдка, который продолжал тиранить меня.
- И? – задрала нос и смерила его самым презрительным взглядом, на который была способна.
Плевать, что я наверняка выгляжу, как девочка с помойки. Пусть видит, какие эмоции я испытываю рядом с ним.
- Назад не отмотаешь, Мадина, - Адам назвал меня по имени, вызвав волну изумления и перекрытие трубок для подачи кислорода, - предлагаю забыть о том, что ты разбила мне нос…
- А ты хотел меня изнасиловать, - закончила за него, краснея при этом, как рак, благо, это можно было списать на температуру.
- Утрируешь, ведьма, - скрипнул зубами и шагнул к постели.
Хотела сжаться, но осталась в том же положении. Не буду бояться его. Буду сражаться даже при смерти.
- Не думаю, но разве тебя переубедишь, - хмыкнула и снова глотнула воды, прерывая зрительный контакт.