Изнанка (СИ)

  
Изнанка
   
Глава первая - Сашка.
 
Я не имею ни малейшего понятия попадут ли когда-нибудь мои каракули в массы, вызовут ли отклик в сердцах неравнодушных, проявиться ли в полной мере та идея, по наитию которой я и пишу данные строки. Неизвестность – молчаливый спутник каждого из нас, и сам я никогда не был исключением в данной аксиоме.
Сидя за столом, и смакуя кружку крепко заваренного кофе, мне вдруг захотелось поведать всем о счастье и невзгодах что неизбежно сопровождали весь мой путь, поведать о собственной жизни…
Пожалуй будет правильно сначала представиться. Как можно догадаться из оглавления: звать меня Александром, кратко – Сашка. Что примечательно имя, как, собственно, и фамилию с отчеством – Смельчаков Юрьевич, мне дала уже почившая воспитательница Руденского детского дома: Щапова Мария Андреевна. По ее словам, меня точь надоевшую зверушку поздним вечером подложили на крыльце приюта, не удосужившись при этом оставить ничего кроме изорванного тряпья, в которое, собственно, я и был запеленован.
Не стану здесь расписывать о жизни, лишенной родительского тепла. На мой взгляд скучно, банально, и главное – в наше время людям и без того хватает своих проблем, чтобы всерьез вслушиваться в россказни окружающих. Добавлю лишь то, что все было не так трагично, как представляют некоторые из сердобольных матерей, частенько заглядывающих в детдом. Как и у любого ребенка у меня были игрушки, хоть и не свои. С поступлением в школу появились обязанности, вроде необходимости выполнения домашних заданий, посещения кружков, и конечно же хороши отметок в дневнике. Благо, мальчишкой я был смышлёным, и сейчас уже практически не припомню случаев, когда приходилось краснеть перед воспитателями.
По мере взросления, и все большей свободе, (когда воспитательница не ведет тебя, и с десяток другой детей за ручку от дверки до дверки) у меня появлялось все больше увлечений, в число которых входила игра на пианино, немного спорта, книг, и примерно в подростковом возрасте, я всерьез увлекся ролевым миром. До сих пор помню неоткуда взявшуюся девчонку, написавшую на мой старенький телефон не банальное “Привет”, а вполне себе небольшой рассказ, сократив который получится нечто вроде:
“Увидев симпатичного парня она остановилась перед ним, мило улыбнулась и спросила”
– Привет, поролим?
Расспросив у девицы под странным псевдонимом “Хмурая улыбка” о том, что значат все эти скобочки, и не перепутала ли она получателя сообщения, я попытался ответить ей примерно на тот же манер. По итогу увлекся, и с удивлением открыл для себя совершенно иной мир, в котором при помощи сообщений люди всех возрастов примеряли на себе маски излюбленных персонажей, путешествовали сквозь время и пространство, да что уж греха таить – трахались. Именно среди ролевиков я нашел себе “родителей”, когда взялся за роль строптивого подростка. Отыгрывая сюжет за сюжетом, я все дальше отдалялся от реальности… возможно в этом и заключалась причина того, что друзей я практически не имел. Таковым можно было назвать лишь Диаса – пухлого мальчугана, одноклассника что некогда заступился за меня, когда ребятишки из параллельного класса по надутой причине решили проучить “ублюдка” и отсыпать ему тумаков в одном из школьных туалетов. И если до этого дня меня всегда подбешивало то, что Диас постоянно отпрашивался в туалет, то сейчас его недержание спасло меня от новой порции гематом, за что я был ему искренне благодарен.
Время шло, я окончил школу, и достигнув шестнадцатилетнего возраста наконец покинул детдом. К счастью, государство в зависимости от обстоятельств оставляло пособия на банковские счета детей сирот, и давало к ним доступ с наступлением совершеннолетия. В моем случае денег было не особо много, но и этого хватило чтобы перебраться в другой город, снять квартиру, и спустя какое-то время – обзавестись работой. За последующие годы я успел много чего пережить, начиная от первой любви, и заканчивая предательством, казалось бы, близких людей. Пытался отыскать родителей – тщетно. Спустя несколько лет по воле судьбы в Лисаковск – именно сюда я перебрался из Рудного, приехал и Диас. Его отец – алкаш, выгнал сына из дома, когда тот решил заступиться за мать. История у него не многим веселее моей, но ее так же можно частично опустить. Главное, что с Диасом дела пошли в разы веселее, его смело можно было назвать “душой компании”, своими шутками и порой нелепой мимикой он мастерски разбавлял красками серый будни. Вместе мы снимали квартиру, искали работу, когда условия на предыдущей становились просто невыносимы, играли в игры по типу моблы, ему даже удалось подсадить меня на аниме, просмотренная мной “Тетрадь смерти” – оставила в душе неизгладимое впечатление. В суете дни сменялись месяцами, и как-то незаметно для нас самих прошло семь долгих лет. Собственно, двадцать четвертого сентября, спустя ровно неделю после моего двадцать третьего дня рождения и произошло событие, изменившее как мою жизнь, так и жизни миллиардов людей по всей планете.
  
***
“… И оседлав дракона, Герцог Арон Де’Клермон, уверенно потянув за уздечку, направил монстра прямиком на восставшую армию нежити. Огонь! Пробасил тот, и чудовище, подчиненное разуму человека, широко разинуло пасть накрывая все пространство под ними всепожирающим пламенем”
Нажав на кнопку клавиатуры я отправил сообщение сегодняшнему своему ролевику, и широко зевнув откинулся на спинку кресла. Сквозь полуприкрытые глаза взглянул на время, отображавшееся в нижнем правом углу экрана – пол четвертого.
– Опять засиделся. А завтра еще и работы непочатый край…
Тем завиднее было наблюдать за разлегшимся на кровати Диасом. Тот еще к полудню во всю пускал пузыри, а ведь он предупреждал – бросай свои рассказы, да спать ложись. Но нет же, не желая подводить соролевиков я вновь засиделся до поздней ночи. Надо обязательно взять перерыв.
– Завтра лягу по раньше… - клялся себе, перебирая ногами, и уходя в смежную комнату. – Точно по раньше… - бормотал, уже засыпая на кровати.
Как это обычно бывает утро началось не с кофе, а противного визга будильника. Кое-как нащупав телефон, я не глядя тыкнул в экран, и вроде бы даже попал – комната вновь погрузилась в желанную тишину. Правда и она вскоре была нарушена раздражающе бодрым голосом приятеля.
– Э нах! – послышалось чуть ли не у самого уха – Вставай давай котак! Нам седня стяжку заливать, а ты дрыхнешь!
Если от будильника можно было отмахнуться, то от разошедшегося Диаса – нет.
– Да встаю я… встаю… - зевнув и хорошенько потянувшись, я скинул одеяло, встал. Подняв взгляд на любящегося друга, я фыркнул. И без того узкие глаза пухляша сейчас напоминали собой две узкие щелочки, сквозь которые на мир взирают два карих омута. – И сам ты котак, понял?
Наш детский спор мог продолжаться еще очень долго, если бы не одно обстоятельство – через тридцать минут нужно быть на рабочем месте. Так что еще немного по пререкавшись для вида, мы закинул в рот по парочке бутербродов, да рванули в путь.
Если чем мне и нравиться Лисаковск так это своими размерами. Город насчитывал около сорока тысяч человек, привлекал аккуратными улочками и поразительной чистотой. Мне кажется, поговорка о маленьком да удаленьком была создана как раз для того, чтобы описать его. О пробках здесь даже не слышали, так что, дав старенькой ниве немного прогреться мы с противным грохотом явно расслабленного ремня ГРМ направились в сторону дачного корпоратива. На самом его краю располагалась внушительных размеров фермерская база, вмещающая под крышей не менее сотни голов крупного скота, и больше полутысячи вечно блеющих барашков. Уход за скотиной обеспечивал целый ряд рабочих. Раньше всех, примерно к шести утра приходили красавицы доярки, затем пастух, пара чернорабочих в обязанности которых входила уборка навоза, да, собственно, и я с Диасом. Мой друг имел свою конкретную задачу – он являлся главным забойщиком, и мог вполне себе профессионально содрать шкуру с нелюбимой ему животины… возможно именно по этой причине животные его не любят? Я же как тут говориться был на подхвате. Сломался доильный аппарат? Зовите Сашку. Провода замкнуло? Сашку. Протянуть стяжку, и приварить жилы на забор? Сашка-а!