Взрослые люди (СИ)

На Асю накатила волна возбуждения, от которой она начала двигать бёдрами, как бы призывая меня двигаться в ней, а не просто быть.
Но я вышел из неё полностью, чтобы поддразнить немного и тут же дать то, что она хотела. Ася застонала.
Я вошёл в неё снова. Было всё ещё туго, но уже легче, и я стал двигаться резче и резче, не ослабляя контроль ни на мгновение, при этом целуя её в губы, шею и мочки ушей, оказавшиеся удивительно эрогенными.
И тогда Ася улетела. А если точнее, попала в «зону турбулентности» — затряслась и закричала, но не от страха, как бывает у аэрофобов, а от хорошего оргазма, как бывает у женщин, которым повезло оказаться со мной.
Ладно-ладно, шучу. Но чего не отнять, того не отнять. Умею я доставлять женщинам радость. И именно ту, которая им нужна в данный момент, и ровно столько, сколько нужно, и чуть-чуть сверху.
Я ослабил хватку и посмотрел, как тело Аси реагирует на прикосновения после оргазма. Без отторжения, как у некоторых, значит, можно продолжать ласки.
Что хочется человеку, привыкшему всё контролировать, но временно утратившему эту возможность? Правильно, вернуть всё обратно.
Я перекатился на спину, увлекая за собой Асю, приглашая быть сверху.
Теперь она стала более раскрепощённой, чем полчаса — час, два? — назад. Я понятия не имел, сколько времени прошло.
Неожиданно в дверь заскреблись. Ася засмеялась и пояснила, что это из-за крика хозяйки животные волнуются.
— Всё хорошо! — крикнула она, но, разумеется, царапанье не прекратилось. — Извини, так на чём мы остановились… — прошептала Ася и потрогала член, видимо, чтобы не на словах, а на практике узнать, кончил я тоже или нет, и, убедившись, что я ещё заряжен, так раззадорилась, что сразу же начала сама меня дразнить, двигая бедрами верхом на мне, но не вставляя член обратно, а только прижимаясь к нему. Влажные звуки, раздающиеся при этом, сводили с ума. Я застонал. Так хотелось снова войти в Асю…
И тогда, чуть позже, когда она пустила меня в себя снова и плавно двигалась на мне, как на волнах, а я, приподнявшись на кровати, ласкал её грудь и спину, произошла та магия, которая случается иногда во время интимной близости, — мы потеряли и чувство времени, и чувство самих себя, мы двигались как нечто единое, а не разделённое надвое.
Когда я кончил, Ася ещё долго не выпускала меня из себя. Лежала на мне, обмякшая, горячая, вспотевшая, и тяжело дышала, как после фитнеса.
И тогда, поглаживая Асины волосы, ощущая тепло её тела, чувствуя её запах, я получил очередное подтверждение своей влюблённости.
Обычно я хочу быть как можно ближе к женщине до своего оргазма, а потом — как можно дальше от неё. Если вдруг кончил первым, конечно, в обиде не оставлю и помогу партнёрше всеми способами достичь желаемого, но сам от этого физической радости испытывать не буду. Только моральное удовлетворение.
Но сейчас всё было иначе. После оргазма я хотел не удалиться, а, наоборот, быть ещё ближе к Асе. Хотя, казалось бы, куда ближе…
Ближе сойтись могут только наши души.
 69 
Виктор
Не знаю, сколько времени прошло прежде, чем Ася неожиданно сказала, приподнимая голову с моей груди, и её голос звучал тревожно:
— Пора собираться. А то дети скоро придут, надо подготовиться.
— Давай помогу, скажи, что надо делать, — предложил я.
Ася на мгновение замялась и как-то сухо бросила в ответ:
— Нет, я сама. Тебе ведь, наверное, пора идти.
— Не пора! — запротестовал я. — Вообще никуда не пора. И я с ребятами хотел бы увидеться. Да и ты мне печенье обещала, которые вы с Ликой испекли.
— Витя, давай не сегодня, — отрезала Ася.
Она это сказала спокойно, но я точно понял, что в этот раз спорить бессмысленно. Ася явно решила выгнать меня.
— Иди первый в душ и не задерживайся, — скомандовала она.
— Не-е. Я только перед следующим свиданием помоюсь.
— Эм… — Ася нахмурилась.
— Чтобы не смывать твой запах с себя.
  
Ася натянуто улыбнулась, то ли не оценив качество моей шутки-комплимента (я и сам был не в восторге), то ли из-за отсутствия следующего свидания в её планах на жизнь.
— Ладно, но тебе надо ускориться.
В сумраке комнаты я стал собирать одежду с пола. Совсем забыл, что на улице день-деньской, вспомнил об этом, только когда Ася резко отдёрнула штору и в глаза мне ударил ослепительно яркий свет.
Она быстро натянула длинную серую футболку, скрывающую интимные места, но не прекрасные обнажённые ножки. А я, собрав вроде бы всю одежду, недовольный, поплёлся в ванную. Но не успел выйти из спальни, как Ася догнала меня и вручила полотенце со словами: «Если всё же надумаешь помыться», а затем игриво шлёпнула меня по заднице.
Вышел я минут через десять и сразу увидел в коридоре Асю, уже полностью одетую, а не только в футболку, и недвусмысленно показывающую мне на настенные часы.
Она явно нервничала.
А я так и не мог понять почему, что такого случится, если дети нас увидят? Не во время близости, конечно, таких сюрпризов я бы и сам не хотел. Даже я от стыда провалился бы сквозь землю.
Но сейчас-то что такого? Ещё раз взглянув на Асю, решил не спрашивать. Она явно способна была думать только о том, как бы побыстрее меня выгнать.
По тем же или по иным причинам меня провожал и весь зверинец. Животины смотрели на меня очень подозрительно, словно родители, сомневающиеся, что друг их дочки приходит к ней только делать вместе уроки.
— Спасибо, — сказала Ася и нежно поцеловала меня в губы, одновременно подталкивая в грудь, как бы говоря тем самым, что поцелуй будет очень кратким и не стоит даже думать снова устраивать страсти-мордасти.
Покинув квартиру Аси, я ощутил себя в абсолютной прострации. Проехал на красный, чуть не врезался на зелёном, пропустил нужный поворот. Концентрация внимания была не в лучшей форме. От греха подальше остановился у первого попавшегося ресторана, заказал еды, глядя на снующих за окном прохожих, попытался собраться с мыслями.
Пришло оповещение от криптобиржи. В нём сообщалось о резком росте стоимости монеты, которую давно хотел продать. Но состояние было такое, что я проигнорил возможность. Нельзя финансовыми вопросами заниматься, когда головой, сердцем и душой находишься совсем в другом месте.
Чтобы собраться с мыслями, мне понадобилось около часа времени, стейк средней прожарки, грибной крем-суп, хлебная корзинка и двойной эспрессо с какой-то сладкой хренью на тарелочке.
И помогло, чёрт побери!
В голове всё сложилось, и картина стала ясной, как небо в день потери девственности (говорю только за мужчин, если что).
Ася всё сделала, чтобы я не прошёл проверку на прочность. Дала мне то, чего я давно желал, думая, что получив порцию горяченького, Витя свалит быстро, далеко и надолго. Вдобавок к этому сюрпризу, рассказала о своём непростом прошлом, преподнося себя как поломанную, ненужную мне нефертильную женщину. Оделась максимально невзрачно, вела себя по-простецки, язвила, дурачилась, рассчитывая, что это меня тоже оттолкнёт, что пелена с моих глаз спадёт и я увижу в ней обычную простушку, галочку в списке женщин, в которых я «побывал». А потом ещё и выгнала, хоть и нежно, но бесцеремонно, не дав дождаться детей. Не хочет, чтобы они ко мне привыкали, потому что дядя Витя в их жизни проездом.
Но фиг тебе, моя любимая Ася. Не проездом, а на ПМЖ. И никуда я от тебя не денусь.
Ты душой и телом раскрылась, чтобы оттолкнуть меня, а в итоге пустила туда, откуда я не захочу уходить никогда, — в свою жизнь, со всеми её сложностями и радостями.
 70 
Ася
Есть у меня такая книга… Студенческий роман о том, как крутому, как варёное яйцо, мажору понравилась обычная девушка. Он ни с кем не спорил на неё, кроме себя самого. Просто решил — надо завоевать, а то уж больно я на неё заглядываюсь. А вот как станет она моей — так я и остыну. Как с новой вещью — пока её у тебя нет, ты о ней думаешь и хочешь её, а стоит только этой вещи у тебя появиться, и она стремительно теряет ценность.