Ловцы снов (СИ)
– Спонсоров? – заинтересовался Егор. – В ваш клуб?
– Ага. Дались они ему! Нормально ведь все было, но нет, нужно, чтобы о нас узнали в мире. Развитие, плюшки всякие в виде конференций. Амбиции какие-то… Фу быть таким меркантильным!
– Согласен, – кивнул Егор и лукаво на меня посмотрел. – Деньги портят людей.
Я невозмутимо молчала и пялилась на столешницу. Если разговор и имел ко мне какое-то отношение, смысла я пока не уловила. Мышь углубилась в пучины виртуала, сосредоточенно тыкала пальцами в неприлично громкие кнопки клавиатуры и, казалось, совершенно потеряла к нам интерес. Я испытывающе посмотрела на Егора: чего, мол, мы делаем в этой дыре. Егор невозмутимо принял меню у хмурой официантки и повелительно заказал два крепких кофе. Без сахара. Ну уж нет, раз вызвался содержать, пусть и с желаниями моими мирится.
– Мне фиалковый раф, пожалуйста, – поправила я Егора, – на что он лишь усмехнулся и ближе подвинулся к Мышке-норушке, бесцеремонно заглядывая в экран ее ноутбука. Я-то думала, это со мной такой грубиян, а ему просто изначально такта не отсыпали.
Мышь поперхнулась и уставилась на меня как на чудо природы.
– У нас не готовят, – почти зарычала официантка и шмыгнула носом.
– А какой у вас готовят?
– У нас только растворимое кофе. Но могу попросить, чтобы в него молока налили.
Прокисшего, небось.
– Обойдусь, – поморщилась я и отвернулась, потеряв к ней всякий интерес. Мышь смотрела на меня, прищурившись, Егор – зло, и я поняла, что в чем-то прокололась. Что, ничтожества вроде этой рыжей никогда не слышали о нормальном кофе?
– Чего это тебя на экзотику потянуло, Лиса?
Потрясающе! У меня теперь и прозвище есть. Еще пару пошлых татуировок, две рюмки водки и вольюсь в банду идиотов.
– Так кофе одно или два? – нарочито громко переспросила невоспитанная девица.
– Один, – поправила я, не прерывая зрительного контакта с Мышью. Раз прокололась, нужно как-то исправлять, а то пустит меня Егор на ментальные котлеты, а я жить хочу. Это желание вообще как-то ощутимее, когда наблюдаешь себя в гробу.
Официантка фыркнула и удалилась.
– Хватит доставать Маринку, – бесстрастно сказала Мышь, снова утыкаясь взглядом в ноутбук. Подозрительности на ее лице больше не было. – Ты сама Олежку бросила, а она за ним с пятого класса бегала, вот и бесится. Не уподобляйся. И вообще, у тебя теперь Егор есть.
О, да тут страстные разборки местного разлива. Олежка – это, по-видимому, бармен. Только этого мне не хватало до полного счастья – вычисления углов любовного треугольника. Со школы тригонометрию не люблю.
А Алиса, оказывается, та еще соблазнительница. Действительно в тухлом… ой, в тихом омуте черти водятся.
Что ж, в любовь я играть умею.
– Егорушка – клад! – немедленно согласилась я и накрыла ладонью его руку. Дикого аж передернуло. Похоже, у него на меня аллергия. – Не нарадуюсь. Даже не знаю, за что мне такое счастье-то привалило.
Сарказма сдержать не смогла, и он выдал меня… нас с потрохами. Но какое мне дело до каких-то синеволосых девиц и прочих знакомых Алисы? Постепенно – сразу будет слишком подозрительно – я все равно разорву эти тягостные и ненужные отношения. И «жениха» пошлю… куда подальше. Вот только разберусь, что со мной произошло.
Егор сжал мою руку чуть ли не до хруста костей и наградил пронзительным взглядом. Мышь даже не заметила нашей замаскированной перепалки и продолжала сосредоточенно стучать по клавишам. Я все меньше понимала смысл этой странной встречи, но предпочла молчать. Наверняка у Егора есть некий план, вмешиваться в который я не сочла нужным. Сыграю кроткую девочку, которой скорее всего и являлась Алиса.
– Сегодня вы снова идете к Андрею? – наконец, поинтересовался Егор, глядя при этом почему-то на меня, а не на Мышь. Ах да, это же я его девушка, не стоит забывать. Я пожала плечами, помня о предостережении молчать.
– Вот! – Мышь развернула к нам монитор ноутбука. – Событие года.
На странице красовался рекламный баннер в бирюзовых тонах с манящим лозунгом «Познай себя изнутри». Ниже расположилась картинка с сидящим в позе лотоса человеком, на котором кругами были обозначены чакры. Баннер приглашал на открытую встречу с обществом, практикующим осознанные сновидения, и обещал массу новых ощущений, избавления от болезней и познание себя настоящего.
Интересно…
Егор внезапно выпустил мою руку и поднялся.
– Нужно позвонить, – бросил небрежно и тут же удалился на улицу.
Если это такая проверка, то я ее не поняла. Сам же велел молчать, а тут… Мышь хмурилась и на меня не смотрела.
– Мы идем на это мероприятие? – решила я разбавить неловкое молчание невинным вопросом.
– Придется, – поморщилась Мышь. – Но я не одобряю. Раньше все было как-то камерно, все друг друга знали, зона комфорта на месте. А теперь набежит толпа, и прощай уют. Реклама, чтоб ее. Инвесторов ищут, а нафига они? Только свои носы сунут и начнут все менять. Вот увидишь, все центровые сбегут.
– Денег захотелось, понятно…
– Я могу понять Андрея, это его детище, а денег на аренду нет. Раньше вообще собирались у него, а потом жена выгнала. Кто согласится принимать у себя в доме сборище стремных придурков? А еще чаи всякие, сладкое, чтобы в норму прийти. Вот и приходится выкручиваться.
– Скинуться – не вариант?
– Ты чо, Лиса? – Она взглянула на меня недоумевающе. Разве что пальцем у виска не покрутила. – Уже сто раз обсуждали! Не всем финансы позволяют и квартиры снимать, и тратиться на благотворительность.
Ого, вот оно как, значит… А по апартаментам Алисы и не скажешь, что она такая богачка. Дыра самая настоящая, о гардеробе я вообще молчу.
– Извини, – виновато потупилась Мышь. – Слишком резко вышло.
Ничего, ничего. Продолжай. Чем быстрее узнаю о прошлой обладательнице этого тела, тем скорее избавлюсь от дикого.
– Ты же знаешь, у нас мало кто помочь может, а у тебя не так много денег, чтобы поднять весь клуб. А на одних амбициях Андрея не выедешь, всем комфорта подавай. Кофе, чай, печеньки. Аренда, в конце концов.
– Да уж… Возможно, идея с инвесторами не так и плоха.
– Да там тех инвесторов… В бессмертие души верится сложнее, чем в счет в банке. Всем прибыль нужна, сама понимаешь, – выпалила Мышь. – Уверена, Алмазову тоже. Не нравится он мне. Какой-то скользкий.
– Алмазов? – У меня даже голос дрогнул. Быть не может! Таких совпадений не бывает, и, чтобы окончательно убедиться, что не ослышалась, я спросила: – Виктор?
– Вот чего он тогда к тебе прицепился, а? Нужно было сказать Егору, он быстро научил бы некоторых не цепляться к чужим девушкам. Все твоя неконфликтность… Я бы сама промеж рогов дала, чтобы не повадно было за руки хватать!
– Уверена, он не хотел меня обидеть.
Это я сказала скорее для себя, чтобы поверить. Убедительности в голосе не было ни капли. Если Виктор и правда замешан, если…
Нет. Поверю в это, придется признать: я обречена. Мне не поможет никто, а отчаяние – не лучший советчик. К тому же, мало ли причин для интереса Виктора к клубу. Возможно, он и правда искал там донора. Возможно, предлагал Алисе свое покровительство. Я могу даже допустить, что на молоденьких девочек его тянуло – все-таки он мужчина. Человек, в конце концов. Люди имеют слабости. Это не повод считать его убийцей.
– Хотел или не хотел, а рукоприкладство его не красит. Хотя, вангую, деньги его нам не светят. Особенно, если продолжат приходить такие, как он. – Она ткнула пальцем в сторону выхода.
Я обернулась и обомлела. Гоша! А он какого черта тут делает? Сначала новость о Викторе, теперь этот объявляется именно там, где нахожусь я. Была бы параноиком, впала бы в истерию. К счастью, прагматизма во мне достаточно, чтобы не искать врагов там, где их нет. Да и не тянет Гоша на того, кого следует опасаться. Божий одуванчик, тихоня и стесняшка. Сколько себя помню, он и смотреть-то на меня боялся, всякий раз отводил взгляд. И заикаться начинал так забавно. Все время хотелось потрепать его по волосам и отправить к мамочке.