Ловцы снов (СИ)
– Я копался в ваших архивах – Белецкий пустил. И знаешь что? Виктор твой распрекрасный находился рядом с каждым погибшим накануне смерти. С каждым, Яна! Даже в Европе. За день, за неделю, за несколько недель, но он был в каждом чертовом городе! По делам, на отдыхе. Это значит, он мог установить с каждой из жертв связь, чтобы потом приходить и тянуть силы во сне.
– Или не он.
– Что?
– Это мог быть не он.
– Яна…
– Нет, послушай. Виктор всегда берет семью, когда ездит в командировки. Альбина домохозяйка, Гоша помогает отцу в бизнесе. Это мог быть Гоша, он тоже стрикс. Или… о боже! – выдохнула я и откинулась на спинку стула. – Это вполне могла быть Ольга! Она же с Гошей общается. Он мог сливать ей информацию о делах отца… Ольга ненавидит Виктора, все сходится.
– Себя послушай, – нахмурился Егор. – Оля жизнь тебе спасла. Я ее сто лет знаю, она не способна на такое.
– То есть твоя преданность не выглядит глупо? – усмехнулась я и отпила из чашки. Ответили мне взглядом – колючим и злым.
Некоторое время мы молчали. Я маленькими глотками пила кофе, Егор пялился в окно. Пошел дождь – забарабанил по карнизам, внося хоть какие-то звуки в наше молчаливое времяпровождение. Егор злился, а мне не хотелось ссориться. Я устала и единственное, о чем могла думать – это ванна и мягкая постель. Одно радует – маньяк не придет сегодня ко мне, слишком я опустошена.
– Не обижайся, – примирительно сказала я и накрыла ладонью руку Егора. Он вздрогнул и странно на меня посмотрел. Его рука была теплой в сравнении с моей – ледяной. – Я просто проговариваю варианты. И все еще не хочу умирать.
– Придется присматривать за тобой круглосуточно, – устало улыбнулся он.
– А как же работа?
– Порешал. И отвоевал себе два отгула. На редкость удачный день сегодня!
Да уж…
Впрочем, мой тоже начался неплохо.
– А я работу нашла, – похвасталась я.
– Ничего себе! – воодушевился Егор. – Постой-ка. А как же университет?
– Давай будем реалистами, желание стать экономистом ушло в небытие вместе с Алисой.
Выражение лица Егора тут же изменилось, и я поняла, что сказала глупость.
– Извини.
Чтобы сгладить неловкость, я собрала грязные чашки и сгрузила их в мойку.
– Что за работа? – будничным тоном поинтересовался Егор мне в спину.
– Администратор во «Фрейе». – Почувствовав его недоумение, я повернулась и добавила: – Мой салон недалеко от центра, тот, что упоминается в твоем досье. Хочу его выкупить, помнишь?
Я вымыла чашки и поставила их сушиться.
– Ты встречалась с мужем, – задумчиво констатировал Егор.
– В обед. Заломил мне цену за салон – мама не горюй! А потом сам предложил работу. Даже не подозревала, что Руслан такая акула. Дома-то примерным был, послушным даже.
– Да, он у тебя… жесткий.
– Теперь уже нет, – ответила я. – Не у меня.
– Точно…
Мы снова замолчали, и в этот раз молчание угнетало еще больше, потому я направилась к холодильнику, намереваясь соорудить какое-то подобие ужина. На полноценный у меня вряд ли сегодня хватит сил.
– Давай я, – внезапно предложил Егор, настойчиво отодвигая меня в сторону. – А ты лучше душ прими и переоденься. Рваные джинсы, конечно, модно, но они у тебя еще и в грязи.
Я посмотрела на левую ногу. Действительно, порвала на коленке. И измазалась знатно. Наверное, когда упала у здания клуба.
– В ванной есть полотенца и халат. – Егор подтолкнул меня к коридору. – Иди, я займусь ужином.
Все-таки золотой он мужик. Даже немного жаль, что женат.
Глава 17
Говорят /но еще не точно/, что никто не уйдет живым.
Все заканчивается точкой, как отверстием пулевым
Я все же задремала в ванной.
Упоительная ароматная вода, несколько сантиметров пены, возможность улечься, пристроив голову на удобный подголовник расслабили. Позволили забыть о случившемся. Можно ведь забыть, верно? Ненадолго. Всего на эту ночь. Виктор позаботился, чтобы никакие маньяки меня сегодня не достали.
Забывать было нельзя. Оттого, вынырнув из приятной полудремы, я заставила себя собраться. Думать.
Нападение это странное, а главное, почему сейчас? Виктор знал, где я живу, мы встречались совсем недавно, и, пожелай он, мог убить меня тихо, без свидетелей. Но он полез в людном месте, практически на глазах у представителей совета. Зачем? Напрашивался лишь один вывод: мешать я стала именно там. И именно тогда. Чем?
Виктор настоятельно советовал ехать домой. Угрожал? Предупреждал? Заботился? А вдруг сегодня в клубе мне грозила большая опасность, чем вмешательство Виктора? Или Егор прав, и я до сих пор его идеализирую?
Я выбралась из ванны, когда вода совсем остыла, а кожа покрылась противными мурашками и съежилась на кончиках пальцев. Замотавшись в пушистый темно-серый халат, который доходил мне до самых пяток, я смотрела, как уходят в слив остатки моего страха. И правильно, страх не поможет. Нужно включать логику.
Сегодня в клубе бурно обсуждалось лишь одно событие: смерть Игоря Глинского. И именно это, скорее всего, как-то повлияло на Виктора. Именно поэтому он слетел с катушек и напал на людях. Получается, смерть Игоря действительно связана с клубом. Со мной…
А что, если Игоря, как и меня, забросили в какое-то иное тело? И, если так, переселение – вовсе не случайность, а следовательно… Нет, глупость же. Зачем кому-то "пересаживать" души, будто рассаду? Хочешь себе другое тело, пожалуйста, селись сам. Другие-то на что? Разве что… Тренировка. Прежде, чем прыгать в неизвестность самому, проще сперва столкнуть туда кого-то другого. И наблюдать.
Неплохая страховка.
Чтобы убедиться в этом, нужно найти Глинского. И, похоже, я знаю, с чего начать поиски.
Из кухни одуряюще пахло едой. Желудок тут же очнутся и неприлично громко заурчал, требуя ужина и вытесняя из головы мысли о расследовании. К моему возвращению Егор уже успел сервировать стол. Большие белые тарелки, блеск столовых приборов, салфетки под цвет плитки на кухонном фартуке. Интересно, салфетки жена выбирала или?..
– Получше? – поинтересовался Егор, ставя на стол горшочек с мясным рагу. Я кивнула, не в силах отвести от него взгляда. Если оно хотя бы наполовину столь же вкусное, как ароматное, боюсь, мне не захочется делиться… – Выглядишь как голодный стрикс.
– Я и есть голодный стрикс, – облизнулась я. – В душе.
– Тогда давай тебя кормить!
Некоторое время мы молча ели. Я наслаждалась упоительным теплом, разливающимся по телу и убивающим тревогу. Егор странно поглядывал на меня из-под полуопущенных век. Тоже устал. Эта неделя выдалась изнурительной для нас обоих.
– Знаешь, – сказала я, когда чувство сытости, наконец восторжествовало над желанием впихнуть в себя побольше еды, – думается мне, смерть Игоря Глинского имеет отношение к нашему делу.
– Глинский – это тот погибший стрикс из совета?
– Он, – кивнула я. – Все эти переселения случайных людей выглядят как тренировка. Сначала я, потом Игорь… Словно кто-то не уверен в успешности эксперимента.
– Выглядит как версия, – похвалил Егор.
– И вот еще. С чего мы вообще взяли, что маньяк охотится лишь за донорами?
– Потому что в плане энергии со стрикса взять нечего.
– А в плане переселения в другое тело – наоборот. Стриксы сильны, сильнее доноров и обычных людей. С помощью заемной энергии мы… вы можете многое. Например, быстрее излечиваться от простуды и гриппа. Продлить жизнь и молодость. Влиять на решения людей. Это, конечно, официально запрещено, но по факту закон этот давно никто не соблюдает…
– Я соблюдаю.
– Ты идейный, – отмахнулась я, и брови Егора возмущенно поползли вверх. – Я не о том. Если рассуждать логически, то переселение в стрикса выглядит более… перспективным. Так почему доноры?
– Думаю, этот вопрос стоит задать убийце. Возможно, он хочет именно в донора.