Ловцы снов (СИ)

На следующей странице обнаружилась странная схема с обведенными в кружочки именами жертв, связанных с ними стриксов и ведущими к ним линиями связей. В центре красовалось имя Алисы. К ней вело всего три линии: от имени Виктора, моего и квадрата с аббревиатурой «КОС». Клуб Морозко, видимо, Алиса там чуть ли не соучредителем была. В свете последних событий место «КОС» в этой истории значительно укрепилось, и вообще вся эта связь со снами выглядела зловеще. Нужно будет наведаться туда еще раз, и на этот раз быть внимательней. Держаться подальше от Ольги, поближе к Андрею, пусть поведает мне, чего действительно хотел от него Виктор.
Итак, если подытожить, версия Егора не такая уж и безумная. В городе живет стрикс, которому плевать на законы сохранности человеческой жизни, достаточно смелый для того, чтобы войти в контакт с донором во сне. И достаточно умный, чтобы замести следы, потому как остаточные явления просачиваются из снов в реальность, оставляя на коже следы в виде запаха серы. К слову, после вмешательства во сне запах исчезает быстро – в течение получаса.
Вечером после похорон Егор сказал, что погибших около двадцати, но в досье были только эти трое. Получается, Юля, Олег и Света – не единственные пострадавшие от рук маньяка. Нужно будет расспросить Егора об остальных.
Я допила последние капли остывшего кофе и откинулась на спинку стула. Часы показывали полвторого, а значит, скоро явится Мышь. Начнет трещать без остановки, щуриться, периодически выпадать из реальности в виртуал.
Зачем я только позвала ее с собой?
Лучше было бы сослаться на болезнь и избавиться от ненужного сопровождения, однако… Сон. И страх быть застигнутой врасплох в одиночестве. Отсутствие дара, а, как следствие – полная слепота в плане чуткости на чужие эмоции. Размытая память. И чертова головоломка, которую нужно как можно скорее сложить, а я думаю о совершенно лишних вещах.
Вспоминаю ненужное. Виктор тогда сказал: даже к лучшему, что Света умерла. Сильные привязанности делают нас слабее. Странно, но в тот день я даже не обиделась. Более того, внутри все настолько занемело, что я даже не почувствовала толком ничего. Его слова ухнули в темную бездну и канули на дне.
И вот сегодня ожило, забурлило, вспенилось. Черт бы побрал неустойчивый эмоциональный фон доноров!
Дверной звонок истерически тренькнул и затих – явилась Мышь. Она буквально ввалилась в квартиру, разбрызгивая по коридору любопытство вперемешку с раздражением. Удивительная способность выражать эмоции мимикой, очень живое и подвижное лицо. Нужно порекомендовать ее Арнольду, знакомому фотографу. Он в вечном поиске интересных типажей.
– Ну, – нетерпеливо ворвалась в мои размышления Леся, постукивая ногтем по и без того треснутому бордовому абажуру жуткой лампы. Ее тоже нужно выбросить и поскорее. – Что за расследование? Из-за него я, между прочим, даже кофе не успела выпить!
– Кофе выпьем на месте, – обещала я. – Поехали.
В такси Мышь всю дорогу возмущалась по поводу моей расточительности. Потому как на маршрутке не менее быстро и дешевле в сто раз, а в середине дня там вообще редко случаются толкучки. Я молчала, отвернувшись к окну, слушала ее болтовню в пол-уха и размышляла о том, как именно выясню то, что собиралась.
Вряд ли я делилась с девочками своими планами в тот вечер, а даже если они и знают что-то, точно не станут трепаться при посторонних. К выбору персонала я всегда относилась скрупулезно, а сплетниц терпеть не могла с детства. Импровизация – навык хороший, но неплохо было бы и план иметь.
– Ты меня вообще слушаешь? – Мышь больно толкнула меня в бок. Похоже, она закончила возмущаться по поводу моего транжирства и сменила тему. – Диггер обещал к вечеру выслать доступы, так что помогу тебе найти компромат на Алмазова. Можно устроить бессонную ночь с посиделками на кухне, с тебя – еда, с меня – пиво.
– Я не пью пиво, – поморщилась я.
– С каких это пор? – искренне удивилась Мышь, будто Алиса была троекратным чемпионом города по поглощению этого напитка.
 
– От него неприятный запах изо рта. К тому же, на сегодняшний вечер у меня планы. – Я поймала ее возмущенный взгляд и пояснила: – С Егором. Будь другом, сохрани всю почту Виктора куда-нибудь. Так ведь можно сделать? Вернусь – просмотрю. Или завтра устроим посиделки, только без пива. Я ужин приготовлю. Идет?
– Ты в курсе, что нельзя бросать подруг ради парней? – насупилась Леся.
– Я и не бросаю. У меня… проблемы. В эмоциональном плане. – Я покосилась на нее, чтобы убедиться, что она правильно поняла. – Мне нужен Егор.
– О…
– Приехали, – сообщил таксист, и я взглянула на вывеску салона.
Я открыла его два года назад. Руслан почти сразу же согласился выделить мне часть семейной прибыли на собственный бизнес. Он всегда считал, что в таком случае у меня не останется времени на мысли о других мужчинах, ведь все глупости в головах женщин рождаются исключительно из праздности. Я не разубеждала его, мне нужно было свое дело. Место, в которое я вложу душу. Ну или что там у меня есть… Признаться, в наличии у меня души сомневались многие, и я поддерживала собственную репутацию бессердечной стервы в идеальном состоянии. Стерв опасаются, сторонятся и практически никогда не пытаются уязвить. А если пытаются – огребают.
Однако в салон я все же вложила часть души. Меня с юности интересовала бьюти-индустрия, но если в работе модели, о которой мечтала в тринадцать, я разочаровалась быстро, то превращать диких утят в лебедей мне внезапно понравилось. И я втянулась. Закончила пачку курсов, обзавелась дипломами, приняла участие в десятке городских конкурсов, получила возможность коучить других. На деньги Руслана сняла помещение – не в центре, но в довольно приличном районе, закупила оборудование, наняла людей, и с гордостью могу сказать, что у меня работали лучшие из лучших. Через год вложения окупились, и салон начал приносить неплохой доход. Во всяком случае, мне хватало. И на шмотки, и на побрякушки, и на то, чтобы откладывать ежемесячно приличную сумму на безбедную старость.
И теперь все коту под хвост. Обидно…
Вывеска равнодушно пялилась на меня руническим шрифтом. «Фрейя». Мое детище… И что с тобой станет теперь?
– Пафосно, – равнодушно заключила скучающая Мышь и размотала длиннющий шарф. – И вероятно дорого. Нам это не по карману, Лиса.
– Мы здесь по делу.
Голос дрогнул. Сорвался на хрип, и Леся посмотрела на меня с любопытством.
– Ты уже была здесь?
Я кивнула.
– Давно. В прошлой жизни…
Внутри было светло. Уютно. Звякнул входной колокольчик, оповещая персонал о приходе клиентов. Нас встретила улыбчивая Верочка, проводила в основной зал и перепоручила мастеру.
Если честно, Таня была у меня на испытательном строке последние пару месяцев. Талантливая, но, к сожалению, ленивая. Однако, одна из самых разговорчивых сотрудниц, так что я не возражала. Работу над собственным образом я ей, конечно же, не доверю, но консультацию – почему бы и нет.
Она проводила нас в небольшой кабинет, отделенный от основного зала стеклянной перегородкой. Удобный диванчик мятного цвета, два кресла и журнальный столик, куда заботливая Вера довольно быстро подала кофе, чем окончательно сбила с толку Лесю. Видимо, не привыкла она к хорошему сервису. Впрочем, Мышь быстро пришла в себя и настороженно пялилась на Танины кудри – наверное, предубеждение к блондинкам у Леси в крови.
– Мы хотели бы изменить себя, – улыбнулась я, перенося внимание Тани на себя. – Вернее, я. Подруга пока думает.
«Подруга» презрительно фыркнула и отвернулась к стене, увешанной дипломами.
 
– Мы очень рады, что вы выбрали именно наш салон! – с энтузиазмом воскликнула Таня. – И с удовольствием учтем ваши пожелания.
– Мы не случайно пришли сюда. Яна Валевская была моей подругой.
Мгновенное замешательство на лице Тани сменилось растерянностью. Она оглянулась на стекло, будто кто-то из зала мог прийти ей на помощь. О мертвых говорить не привыкла?