Тринадцать заколдованных котов. Сказки и легенды Британских островов
«Что за притча!» — удивлялся дворецкий. Он смотрел на бочку, смотрел на кувшинчик, смотрел на пол — уж не пролился ли эль? Нет, не пролился. Пол в погребе как был, так и остался белым, чистым и сухим.
«Чума его возьми, этот кувшинчик! Заколдованный он, что ли?» — подумал дворецкий, и его жесткие, как ежовые иглы, короткие волосы стали дыбом вокруг лысины. Ведь он больше всего на свете боялся колдунов, ведьм и вообще всякой нечистой силы.
— Ну, малыш, другой бочки я открывать не стану, — проворчал он и возвратил мальчику неполный кувшинчик. — Ступай-ка домой — хватит с тебя и этого. Эль у нашего лорда слишком хорош, чтобы тратить его на такого сопляка, как ты.
Но мальчик не хотел уходить.
— Лорд обещал, что мой кувшин наполнят доверху, — молвил он, — да так и велел сказать тебе. А ведь обещания надо выполнять. Так что я не уйду домой без полного кувшина.
Напрасно дворецкий с ним спорил и даже сердился — мальчик стоял на своем.
— Лорд обещал мне полный кувшин эля, — твердил он. — Не уйду, пока не получу.
Дворецкий не знал, что делать. Наконец он оставил мальчика в погребе, а сам пошел к лорду.
— Не иначе как этот кувшин заколдованный, — сказал дворецкий лорду. — Я в него чуть не целую бочку эля перелил, а он все неполный. Пожалуйте сами в погреб и выгоните вон мальчишку!
— Нет, не пойду, — сказал лорд. — Мальчик совершенно прав. Я обещал дать ему полный доверху кувшин эля для его больной матери. И он получит полный кувшин, даже если в него придется вылить весь эль из всех бочек в моем погребе. Поэтому ступай открой другую бочку.
Дворецкий не посмел ослушаться. Он нехотя побрел в погреб и всю дорогу покачивал головой в тревоге и думал, что господина его, должно быть, тоже околдовали. А что мальчишка с его кувшинчиком — заколдованный, в этом старик ничуть не сомневался.
В погребе мальчик терпеливо ждал его, стоя на прежнем месте. Не тратя лишних слов, дворецкий взял у него кувшинчик и открыл другую бочку.
Тут ему пришлось удивиться еще пуще. Едва из бочки вытекло несколько капель, кувшин мальчика наполнился до краев.
— Бери кувшин, мальчуган, — сказал дворецкий, — да не мешкай, беги домой поскорее!
Он был рад-радешенек наконец-то избавиться от этого диковинного кувшинчика.
Мальчик не заставил себя просить. Он вежливо поблагодарил дворецкого за труды, хоть тот и не очень ласково с ним обошелся, и убежал. Тут его и след простыл. Дворецкий потом не раз расспрашивал окрестных жителей, не слыхали ли они про такого-то и такого-то мальчика и его больную мать. Но никто про них ничего не знал.
Шли годы, и тяжкое горе выпало на долю рода О’Коу. Лорд уехал на войну во Фландрию, а там его взяли в плен и приговорили к смерти. Он был один в чужой стране, и некому было за него даже словечко замолвить. А о бегстве и думать не приходилось.
И вот в ночь накануне казни лорд О’Коу сидел один в темнице и со скорбью думал о своей жене и детях — он уже потерял надежду свидеться с ними. Вспоминал он и свой родной дом — огромный старинный замок на скале, — вспоминал и зеленую лужайку за воротами, всю в ромашках. Здесь он когда-то любил гулять на солнышке летними утрами. И тут он вдруг вспомнил маленького мальчика, что пришел просить у него эля для своей больной матери. Про этого мальчика он давно позабыл, а тут почему-то увидел его, да так ясно, что даже протер себе глаза.
В тот же миг дверь в его темницу бесшумно открылась и на пороге появился тот самый мальчик. Он ни капельки не вырос — остался точь-в-точь таким, каким был в то давнее летнее утро. Мальчик стоял, загадочно улыбаясь и приложив палец к губам. И вдруг шепнул:
Лорд О’Коу, вставай
И за мною ступай!
Потом сделал знак пленнику следовать за ним. Лорд О’Коу молча встал и пошел за мальчиком.
Мальчик шел по длинным коридорам подземелья, а лорд следовал за ним по пятам. И всякий раз, как они подходили к запертой двери, мальчику стоило только прикоснуться к ней, и она открывалась сама собой. Так они вскоре вышли на вольный воздух.
Лорд не помнил себя от радости. Он уже хотел было поблагодарить своего маленького спасителя, но тот взмахом руки остановил его.
— Садись ко мне на спину, — сказал он. — Пока ты в этой стране, тебе грозит смерть.
Лорд сел к нему на спину, и, как ни странно, мальчик словно и не почувствовал его тяжести. Он поднялся на воздух и полетел над морем и сушей. И вот, казалось, не прошло и мгновения, как они опустились на зеленую лужайку перед замком как раз в том месте, где впервые встретились столько лет назад.
Мальчик повернулся к лорду, положил свою крошечную ручонку на его широкую ладонь и сказал:
Кто сделал другому добро, тому воздадут добром.
Ты пожалел мою мать и вот вернулся в свой дом.
Сказал и сразу исчез.
И с того дня никто его больше не видел.
БЕЛАЯ ФОРЕЛЬ
Ирландская легенда
Давным-давно, в далекую-предалекую старину жила в замке над озером прекрасная девушка. Говорили, что она помолвлена с королевским сыном. Они должны были уж обвенчаться, как вдруг совершилось убийство: жених был убит (Господи, помилуй нас!) и сброшен в озеро. И конечно, он уже не мог сдержать своего обещания и жениться на прекрасной девушке. Что ж, тем хуже…
История рассказывает нам, что бедная девушка, потеряв королевского сына, лишилась рассудка — слишком нежное у нее было сердце (да простит ей Господь, как нам прощает) — и от тоски по нем стала чахнуть. Больше ее никто и не видел. Поговаривали, будто ее унесли феи.
И вот послушайте! Через некоторое время в том озере появилась белая форель. Люди не знали, что и думать об этом, потому что никогда прежде в глаза не видывали форели. Проходили годы, а белая форель оставалась все на том же месте, где вы ее можете увидеть и поныне. Это случилось так давно, что мне и рассказать вам трудно, во всяком случае даже самые древние старики в деревне уже слыхали о ней.
В конце концов люди решили, что это не форель, а русалка. А как же иначе? И никто никогда не трогал белую форель и не причинял ей вреда, пока не появились в тех местах забулдыги солдаты. Они принялись потешаться и насмехаться над людьми, что те так думают, а один из них (будь ему неладно — да простит мне Господь такие слова!) даже поклялся, что поймает белую форель и съест на обед, — вот негодяй-то!
Ну что бы вы сказали про такое злодейство? Само собой, солдат этот словил белую форель, отнес домой, поставил на огонь сковородку и бросил на нее бедняжку. Как закричит она человечьим голосом, а солдат — вы только подумайте! — за бока держится от смеха. Ну и разбойник в самом деле!
Когда он решил, что один бочок у форели уже подрумянился, он перевернул ее, чтобы зажарился и другой. И, представьте себе, огонь даже не тронул ее, ну нисколечко, а солдат подумал, что это какая-то странная форель, которая не поджаривается вовсе.
— И все же мы ее еще разок перевернем, — сказал этот балагур, не ведая, что ждет его впереди.
Так вот, когда он решил, что другой бочок уже поджарился, он снова перевернул форель, и — вот так дело! — другой бочок ее подрумянился не больше первого.
— Вот неудача! — сказал солдат. — Да ладно. Попробую-ка еще разок перевернуть тебя, моя милочка. Хитри не хитри!
И с этими словами солдат перевернул бедную форель еще раз, потом еще, но никаких следов от огня так и не появилось на ней.
— Ну, — молвил этот отчаянный негодяй.
Конечно, сами понимаете, хоть и был он отчаянный негодяй, такой, что хуже некуда, все же мог бы он понять, что поступает дурно, раз видел, как все его попытки кончались неудачей! Так вот.
— Ну, — молвил он, — а может, ты, моя маленькая веселенькая форелька, уже достаточно прожарилась, хоть на вид ты и не готова? Может быть, ты лучше, чем кажешься, так что даже пальчики оближешь, а?