Одна и навсегда (ЛП)

Рокки взглянула на меня и сузила глаза.
– Ты на нее пялишься?
Я пожал плечами, но не сказал ни слова.
– Это мисс Макмиллан. Она новый преподаватель по искусству, – объяснила она, как будто мне не все равно.
Мои глаза удивленно расширились. Ей не могло быть больше двадцати трех лет. Я не представлял себе такого учителя рисования.
– Ну, этот класс стал еще интереснее.
Рот Рокки широко раскрылся. Она взглянула на учительницу и нахмурилась.
– Напомни мне, почему я пригласила тебя сюда?
Я ухмыльнулся.
– Кто-то ревнует?
Щеки Рокки ярко загорелись. Она резко ответила:
– Просто думаю, ты должен быть более осторожен со своим... своим…
– С моим что?
– Неважно. Никогда не понимала твоих выходок.
Вот так. Все веселье покинуло меня.
– Это не то, что... забудь об этом.
Вероятно, чувствуя, что мы говорим о ней, мисс Макмиллан подошла и протянула бледную тонкую руку.
– Привет, ты здесь новенький?
– Думаю да. – Я слегка пожал ей руку, опасаясь, что, если сожму сильнее, сломаю ее хрупкие кости.
Она кивнула и улыбнулась.
– Я мисс Макмиллан. А ты?
– Джесси.
– Ты рисуешь? Лепишь? Делаешь эскизы? – Ее глаза метнулись к Рокки. – Или ты просто влюбленный парень, который не может проводить время вдали от своей истинной любви?
Рокки и я напряглись одновременно.
– Не знал, что это класс драмы, – неловко пошутил я.
Сумасбродные глаза мисс Макмиллан встретились с моими. Смущенно улыбнувшись, она склонила голову в знак извинения.
– Думаю, это было немного неуместно.
– Думаете? – проворчал я.
– Так... эм, Джесси, верно?
Я раздраженно кивнул головой. Сексуальная фантазия с участием учителя художественной школы развеялась.
– Что привело тебя сюда?
– Мне сказали, вам нужны модели. – Я пожал плечами, чувствуя себя еще более глупо, чем раньше.
И что еще ужаснее – рядом с нами начали хихикать. В очередной раз я почувствовал знакомое болезненное напряжение в кулаках.
Будь проклят этот Дуайт и его лицо.
Мисс Макмиллан тихо вздохнула.
– Ну, я бы солгала, сказав, что не рада. У нас тут куча интровертов, которые не очень хорошо принимают новеньких. Сюда довольно трудно привлечь новые лица. Отлично сработано, Рокки.
Рокки смущенно моргнула.
– Эм, да.
Наша учительница рассмеялась и громко хлопнула в ладоши, испугав всех в классе.
– Похоже, к нам присоединилась новая модель! – Остановив свой взгляд на моем лице, она улыбнулась. – И судя по виду этой челюсти – вау! Вы, дамы, будете иметь хорошую практику рисования классических греческих черт.
Я не краснею. Клянусь, что не краснею. По крайней мере, обычно.
– Итак... Джесси. – Мисс Макмиллан задумалась, потом отошла в угол класса взяла деревянный барный стул и перетащила его в середину. – Почему бы тебе не присесть в центре комнаты, и мы начнем.
– Сесть здесь? – я практически завизжал.
Она улыбнулась и кивнула.
– Прямо посреди классной комнаты? – я взглянул на Рокки, которая с улыбкой передразнила меня.
– Тьфу, Вы же шутите, да, – раздался гнусавый мужской голос рядом со мной.
Я повернулся и увидел бледное болезненное лицо, покрытое прыщами.
– Патрик, тебе есть что сказать? – Наша учительница повернулась и скрестила руки на груди, увеличив таким образов декольте.
Каждый мужчина в комнате облизнулся. И хотя это зрелище не действовало на меня так же сильно, как милый бюстгальтер Рокки, я не мог не смотреть.
Локоть Рокки впился мне в бок.
– Перестань пялиться. Это невежливо.
– Я мужчина. Это биология, – прошипел я.
Патрик нахмурился и ответил:
– Не знаю, как вы, дамы, но я бы предпочел рисовать натюрморт или типа того. Куча яиц и ваза кажется мне гораздо интереснее, чем подражатель поп-звезды.
Мисс Макмиллан нахмурила брови.
– Я уверена, что Джесси намного интереснее, чем три яйца вкрутую.
– Хотел бы не согласиться, – пробормотал он.
Да, следующим моментом, возможно, не стоило гордиться. Но я не мог ничего поделать. После общения с Дуайтом и кучкой претенциозных богатых детей, я был на грани срыва.
 
Насмехаясь над прыщавым ублюдком, я схватился за промежность и потряс.
– Может, у меня и нет яиц, но зато есть орехи.
– Джесси! – Рокки ахнула рядом со мной.
Мисс Макмиллан закатила глаза.
– Вы уверены, что мы не в драме?
Как будто проглотив гнилую рыбу, Патрик сказал:
– Почему кто-то вроде Рокки не может стать моделью? Не хочу целый час пялиться на этого урода. Я бы предпочел женские формы.
Ладно, мистер «Отчаянно нуждающийся в средстве от прыщей» только что попал в мой список дерьма по нескольким причинам. Он не будет тратить час, глядя на любые женские формы, не говоря уже о ее. Оглянувшись назад, я впился в него взглядом, представляя, каково это – немного помучить его. Может, что-то есть в этом странном фанфике Стефани.
Мисс Макмиллан быстро встала между нами, загораживая меня.
– Да Винчи, Рафаэль, Пикассо – как вы думаете, кто-нибудь из них возражал глядеть на «какого-то урода» более часа?
– Микеланджело должен был подробно написать член Давида, – уточнил другой студент.
– Что ты скажешь, Патрик? Хочешь подражать мастерам? – бросив свой рюкзак на пол, я стал срывать куртку, вызвав потрясенные вздохи со всех сторон. – Никаких проблем. Я не стесняюсь обнажаться.
Рокки схватила меня за руку.
– Остановись.
– Что? – невинно спросил я, заметив знакомый румянец на ее лице.
Очень хотелось поставить Патрика на место. Но от волнения Рокки я почувствовал себя так хорошо и триумфально усмехнулся.
Мисс Макмиллан поправила очки и оглянулась. Поняв, что она вот-вот потеряет контроль над классом, она вытащила ближайший стул и легко вскочила на него. Засунув два пальца в рот, она пронзительно свистнула. Мы замерли на месте.
– Замолчите, все! Теперь слушайте. Как бы мне не нравились сексистские комментарии Патрика, он все-таки поднял хороший вопрос. Может быть, мы можем использовать женскую модель для разнообразия? Рокки, ты согласна с этим?
Рокки покраснела и быстро покачала головой.
– Нет. Нет. Нет. Нет.
Я ткнул ее локтем под ребро.
– Мы поняли.
– Заткнись, – прошептала она.
Она надулась, и внезапно моя решимость рухнула. Она любила этот класс. А я разрушал все это. Как всегда, разрушал то, к чему прикасался.
Я закрыл глаза и встряхнул головой, внезапно почувствовав оцепенение.
– Знаешь, что? Может, это была плохая идея.
Рокки бросила на меня предупреждающий взгляд.
– Джесси. Я знаю, о чем ты думаешь. Нет. Тебе нужен этот клуб, чтобы остаться в школе.
– Ну и что же мне делать? Я не могу рисовать и, видимо, я не модель. – Я бросил ехидный взгляд на Патрика, который тотчас же отвернулся.
Все правильно, идиот.
Я уже собирался встать и взять свои вещи, как услышал хриплый голос:
– Я хочу, чтобы ты позировал для меня, Джесси.
Я удивленно поднял глаза и увидел: Сара Джейкобс смотрит на меня, как ястреб. Я понятия не имел, что она увлекается искусством, не говоря уже о том, что является членом клуба. Трудно было не знать о ней. В школе ни для кого не было секретом, что девушка... хм... тусовалась.
Рокки напряглась и неловко помялась.
– Ты уверен, что не умеешь рисовать?
– На самом деле я не ожидал частной модельной сессии, – признался я, пытаясь оставаться невозмутимым.
Мисс Макмиллан нахмурилась.
– Я не предлагала ничего подобного. Мы можем попасть в неприятности со школьным советом?
Я ухмыльнулся и украдкой взглянул на Рокки, которая выглядела так, будто она сейчас задымится. Конечно, это было не то, чего я ожидал, когда согласился вступить в клуб, но, как предупреждал мистер Эллиот, у меня действительно не было выбора. Глядя на окрашенный краской барный стул, я оттолкнулся от своего стола и неохотно пошел к центру комнаты.