Кодекс Оборотня 3 (СИ)

— Любой из нас, кто нарушит клятву, — умрет! — завершил договор Мидир и разорвал рукопожатие.
Министр так и остался стоять с протянутой рукой, онемев от последних слов. Очнувшись, подошел к Кодексу, с каменным лицом пролистал книгу. Потом посмотрел на короля сидов.
— Вам не будет сложно зажечь костер?
— Для чего?
Министр посмотрел на меня.
— Книга ведь теперь моя, Руари? Я могу делать с ней что угодно?
Я, сжав зубы, кивнул, уже зная, что он задумал. Мидир прочел заклятье. Алое пламя взметнулось вверх. Министр, ковыляя с костылем, с трудом подтащил к костру огромную книгу и опрокинул ее туда. И мы в полном молчании час ждали, пока она сгорит дотла. Вырывавшиеся со страниц языки пламени напоминали волчьи головы.
— И каков дальнейший план? — мрачно поинтересовался Фалви.
— Для начала одолжите мне свой телефон, — процедил я.
Сержант вытаращил глаза, но я уже протягивал руку. Фалви передал мне мобильный. Я набрал номер.
— Привет, Грэг! — сказал я и дальше заговорил на гэльском.
Король Мидир беззвучно смеялся, наблюдая, как я расхаживаю с мобильником.
— Кажется, что мы попали в дурной и совершенно абсурдный сон, — Фалви покачал головой.
Но я не обращал внимания на их взгляды. Следом я позвонил О’Шэннону. А вот последний звонок дался мне нелегко. Я набрал номер Джил. Мы говорили недолго, но мне удалось ее убедить. Только вот на душе было муторно от разговора.
— Это ты со своей девушкой разговаривал, Руари? — поинтересовался Фалви, внимательно смотря на меня. — И как ее фамилия?
— Салливан.
Сержант только присвистнул.
— Ты поговорил? Что дальше? — спросил министр.
— Мы пойдем туда, куда Руари позвал некроманта, — Мидир протянул повязки. — Вам придется надеть это, когда вы будете проходить под холмами.
— Ты думаешь, твоя девушка предаст тебя? — спросил Фалви.
— Она это уже делала, сержант.
— И снова предаст? Ты так уверен?
— Хотите мне рассказать про людей, которые не предают своих любимых? Правда?
Фалви смешался и отвернулся, а я завязал им обоим глаза.
Кровь падала тяжелыми каплями, ударяясь о дно подставленной кастрюли. Ее густой солоноватый запах раздражал горло. Зашипела, потухая, свечка. Хозяин бойни поспешно достал из старого комода новую, зажег от угасающего фитиля. Потом плеснул мне еще грога из термоса. Я потянулся в глубоком кресле, которое жалобно подо мной заскрипело, и, грея руки о кружку, устроился поудобнее. Хотелось просто заснуть здесь, на теплых овечьих шкурах, брошенных на кресло, под отдаленные раскаты грома. Гроза прошла стороной, уйдя в сторону горы Сливнамон.
Послышался звук знакомого мотора. Тихо зашуршал гравий под шинами, хлопнула дверь. Внутрь зашел Энгус О’Шэннон. Окинул помещение взглядом, задержавшись на висевшей под балкой туше забитой овцы.
— Рад тебя видеть, Руари! Сержант, — он кивнул Фалви и уставился на Кейна. — Министр? Вот уж не ожидал вас тут увидеть…
— Почему же?
О’Шэннон вопросительно на меня посмотрел.
— Руари, мне казалось, что мы способны управиться сами…
— Министр заключил с королем Мидиром сделку, пообещал расправиться с некромантом и спасти человечество, — с недовольством отозвался я. — Чего вам еще надо?
— Сделку? С Мидиром⁈ Пообещал что?
Мне показалось, что О’Шэннон самым непристойным образом начнет смеяться. Но он наткнулся на мой взгляд, и у него вышла только кривая усмешка.
— Ах вот оно что…
Фалви нервно поерзал на табурете, на лице его было написано подозрение.
— Вы в чем-то сомневаетесь? — Министр прожигал мага злым взглядом. — Король сидов описал механизм, как все должно произойти. Я этот способ, если вам так угодно, от имени Министерства одобрил. Все остальное — лишь красивые слова.
— Вы правы, простите, — произнес маг.
— А скажите, мистер О’Шэннон, а как давно вы знаете, кто такой Руари? — спросил неожиданно Фалви.
 
Я подавился грогом и закашлялся на его последних словах.
— Знаю что?
— Да кто вас тянет за язык, сержант? — прорычал я сквозь кашель. — Хотите потрепаться — поговорите лучше о погоде. Пойдемте прогуляемся, Энгус.
Мы вышли из домика.
— В странном месте мы решили встретиться, — заметил Энгус, когда мы отошли подальше от бойни, и вдохнул свежий вечерний воздух. — Кстати, когда ты звонил Джил, говорил ей, что ранен и чтобы она зашла ко мне и принесла для тебя лекарство, ты думал, что она предаст тебя? Расскажет все отцу? Ты ошибся. Она действительно заходила ко мне и забрала лекарство. Сюда придет она, а не ее папаша.
— У меня нет оснований больше верить людям, — произнес я. — Придет некромант.
О’Шэннон только пожал плечами.
— Так что же тут делает министр? Он действительно считает, что спасет человечество? Мне он всегда казался разумным человеком, несмотря на все свои «достижения» в охоте за волшебным народом. Но вы с Мидиром все же заморочили ему голову. А еще, Руари, ты мне не рассказал, откуда узнал о том, как уничтожить некроманта, и как нашел волшебные холмы.
— Не сейчас, это долгая история.
Маг кивнул, огляделся вокруг.
— Ты прав, пора уже.
Я зашел за сержантом и министром. Хлопнул Грэга по плечу. Он кивнул и полез на крышу. Мы оставляли пастуха в его маленькой бойне с хлипкими стенами, но за тройным магическим кругом, защищавшим от некроманта. Грэг уселся на заросшей травой крыше с биноклем, прибором ночного видения и ультразвуковым свистком. Я с ним условился, что, когда заявится некромант, он подаст сигнал. Я махнул ему рукой, и мы ушли в сторону соседнего холма. Около открытого портала стоял Мидир, смотрел на ясное небо и водил в воздухе пальцем, словно выискивал знакомые созвездия. В нескольких футах от него Брессалан укладывал хворост в будущий костер, кивнул мне.
Из холма вышло несколько сидов, расселись на маленьких принесенных с собой скамеечках, достали инструменты, и стали тихо перебирать струны арф. Со стороны могло показаться, что тут готовятся к концерту и музыканты начали последнюю репетицию. Я подошел к Мидиру, прислонился спиной к крутому, заросшему вереском склону.
— Не беспокойся, Руари Конмэл, — произнес король сидов. — Сюда придет тот, чье настоящее имя тебе известно, а не та, что разбила тебе сердце. Хотя… Финн Фалви, а твое оружие заряжено? — неожиданно выкрикнул он.
Сержант, который о чем-то разговаривал с министром, вздрогнул. С недоумением поглядел на нас обоих, но револьвер достал и проверил, после чего кивнул Мидиру.
— Вот и хорошо, — сказал тихо, словно самому себе, король сидов. — Да не дрогнет твоя рука.
— Вы от меня тоже собрались избавиться, Ваше Величество? — поинтересовался я.
— Не надо меня оскорблять, Руари Конмэл!
— Я и не думал…
— Думал. «Вы от меня тоже собрались избавиться, мистер Всезнайка?» Ты ведь это подумал, но сказал другое!
— Вы и мысли уже читаете?
— Нет-нет, только по твоему лицу, — палец Мидира сместился с созвездий, вычертил овал напротив мой физиономии, а король сидов улыбнулся и примирительно, с неожиданной грустью добавил: — Да, я знаю, что это будет очень больно, Руари Конмэл.
— Великая Луна! Не напоминайте мне о том, что я должен сделать!
Я пошел прочь, но едва сделал два шага, как уши неприятно резанул ультразвуковой свисток.
— Да какого черта⁈ — выругался я громко. — Какого черта⁈
— Это сигнал Грэга и это не некромант? — сказал О’Шэннон, догадавшись.
Скрипнув зубами с досады, что план посыпался, как трухлявое дерево, и ничего не ответив, я спешно направился в сторону бойни Грэга. Но через минуту уши ощутили еще один сигнал. Я встал как вкопанный, глядя во тьму, туда, где в полумиле от нас едва виднелся слабый огонек свечи. Развернулся и бросился обратно.
— Мидир! Он здесь!
О’Шэннон и О’Келли поспешили по тайной тропе подняться на холм и укрыться там. Король сидов хлопнул в ладоши.