Жаркий отпуск для дурнушки

– Он самый, – ответил мне мужчина, придерживая за талию. И добавил: – Ты как себя чувствуешь?
Я же улыбнувшись, смело ответила:
– Отлично!
И правда было отлично, если бы еще ноги держали, то вообще было бы хорошо.
– Не тошнит? – переспросил он меня.
– Нет, – качнула я головой и опять начала заваливаться, но на этот раз меня подхватил уже блондин, прижав к своему горячему мускулистому и совершенно голому телу.
– Ух-ты! – выдохнула я. – Ты голый?
А затем перевела удивленный взгляд на брюнета, который тоже почему-то стал раздеваться.
– А ты почему тут? – спросила я мужчину.
– Тоже собираюсь душ принять, – улыбнулся он мне и задорно подмигнул.
Мой мозг варил с трудом, но даже эти странные намеки он начал понимать. И я, нахмурившись, сказала:
– Может быть ты подождешь, пока я помоюсь?
– Ты не сможешь одна мыться, – прошептал мне на ухо Лукас, вызывав целую толпу мурашек, которые почему-то двинулись к низу моего живота. – Я буду тебя поддерживать.
– А я буду мыть, – сказал брюнет, снимая последнюю часть своей одежды – брюки.
Но смотреть, что у него там под брюками, я не смогла, и просто зажмурилась, чувствуя себя так, будто попала в какой-то безумно сексуальный сон.
А блондин меня уже потянул в кабинку.
– Ты так покраснела, мышка, как будто голых мужчин не видела, – хмыкнул брюнет.
– Я видела только своего мужа голым, – пискнула я.
– А порно не смотрела что ли? – спросил Лукас включая воду, полившуюся на меня теплыми струями.
– Один раз, с подругами, но я одним глазком, сидела зажмурившись, – просипела я, продолжая и сейчас жмурится.
– А на мужа тоже боялась посмотреть? – хохотнул Дима.
– На мужа иногда смотрела, – смущенно ответила я. – Но это муж, на него же можно смотреть.
– А на других мужчин нельзя?
– Нет, так нельзя, – тихо ответила я, чувствуя, как Лукас держит меня за талию, прижимая к себе спиной, а кто-то другой начинает возить по телу мочалкой.
Я не сразу поняла кто это, и что вообще происходит, а когда поняла, то всё же открыла глаза, и словно заледенела, потому что осознала, что творится.
– Ты чего так побледнела? – насторожено спросил Дима. – Ты часом блевать не собралась?
– Может пусть лучше проблюется, а потом продолжим мыться? – деловито спросил Лукас.
– Да, ты прав, эта идея мне больше нравится, она уже зеленеть начала, – и брюнет, быстро ополоснул меня от мыла, прямо своими руками, скользя по телу.
А Лукас вывел обратно в ванную, подвел к унитазу, и скомандовал:
– Давай Клава, вставай на коленочки, а я за волосы тебя подержу.
Мой организм резко как-то весь ослаб, ситуация медленно, но, верно, выходила из-под моего контроля. Или она давно уже вышла? А я до сих пор, ни хрена не понимаю?
Пока я задавалась вопросами, а мой мозг опять тормозил, не в силах оценить происходящее, мужчина опять скомандовал:
– Рот открывай, я тебе помогу.
– Я ей сейчас принесу фосфалюгель, – сказал брюнет, где-то на заднем плане, пока я совершенно голая, стояла перед унитазом, а позади меня такой же совершенно голый стоял незнакомый мужчина.
– И аспирина еще разведи ей! – добавил блондин. А затем коленом слегка ударил мне под колено, и мои ноги тут же согнулись. – Давай детка, на колени вставай.
И я в считанные мгновения оказалась на коленях перед унитазом, поддерживаемая блондином под грудью. Почему-то меня охватил озноб, и я почувствовала, как капли воды стекают по моему голому телу.
Блондин же тем временем, собрал мои промокшие волосы в руку, встал позади меня тоже на колени, и скомандовал:
– Рот открой, и не вздумай кусаться, а то я тоже тебя потом покусаю, – хмыкнул он, весело, но мне было не до веселья, и все же рот я открыла, потому что понимала, что как минимум мне надо протрезветь. Чтобы понять, что делать дальше.
Хотела сказать, что и сама справлюсь, но мужчина уже просунул два пальца мне в рот, еще и по самое горло и надавил на край языка.
Естественно, вызвал рвотный рефлекс, но успел вытащить пальцы, а мою голову наклонить над унитазом.
  
Глава 2.3
 
Меня вырвало, да только слабенько. В организме-то ничего толком не было кроме бурбона. Вот им меня похоже и вырвало, судя по амбре.
– Ты когда ела последний раз? – удивленно спросил меня мужчина, совершенно не брезгуя тем, что меня тут при нем рвет, и даже не морщась.
– Вчера, – просипела я, вытирая трясущейся рукой губы. И добавила: – У нас перелет был многочасовой, а я в самолете есть не могу. Меня сильно тошнило.
– Хреново, – ответил он, и громко крикнул: – Димон, воды еще с литр притащи питьевой, наша гостья оказывается сутки ничего не ела. Будем прополаскивать желудок. – И добавил: – Я пьяных трахать не люблю. И вообще пьяных женщин не люблю.
Воду Дима принес быстро, пока я пыталась отдышаться, хорошо хоть Лукас смыл унитаз.
– Давай ка, пей. Ты должна выпить не меньше литра, – сунул он мне под нос кружку с водой.
Стоило мне выпить одну, как он подсунул мне следующую, а затем еще и еще.
Последнюю я пила уже через силу. А стоило мне её допить, то вся вода из меня полилась обратно.
Когда она закончилась, я чувствовала себя намного лучше. В голове стало проясняться.
А затем Лукас сунул мне фосфалюгель.
– Это тоже пей до дна, – сказал мне мужчина.
А я и не пыталась спорить. Сейчас мне было важно прийти в себя.
Следом мне дали таблетку аспирина. И освежающую жидкость для полоскания рта. Вот после последнего мозги полностью прояснились, настолько хорошо она меня взбодрила.
А затем мужчины вновь потащили меня в душ. И опять вдвоем.
Я хоть и пришла в себя мозгами, а вот тело пока еще было ужасно вялым.
– Что-то ты притихла, малышка? – спросил меня Лукас, прижимая к своей голой груди, тогда, как Дима, опять намочил мочалку мылом и начал меня отмывать, а я вновь зажмурилась.
Вместо ответа, я спросила:
– Тебе не противно было со мной возиться, пока я там молилась унитазному богу?
Этот вопрос меня заботил почему-то намного сильнее того, что я с двумя голыми мужчинами в душе, и сама тоже голая.
– Нет, – ответил он, слегка наклонившись и щекотно задев губами моё ухо. – К религиозным ритуалам, я отношусь с пониманием. Кроме тех, в которых приносят в жертву людей или животных. К тому же у меня мать алкоголичка. Я с ней с детства возился. Привычен к таким делам.
– И ты так спокойно об этом говоришь? – удивилась я, повернув голову и подняв её вверх, так как мужчина возвышался надо мной на целую голову. И на всякий случай уточнила: – Я про маму твою.
– А чего беспокоиться? – спокойно ответил блондин. – Она не буйная была. Наоборот тихая. Просто больная женщина, вот и всё. А отец не хотел с ней возиться. Кто-то же должен был ей помочь. – Пожал он могучими плечами. И хмуро добавил: – Но это не значит, что мне нравятся пьяные женщины, я надеюсь, ты не алкоголичка?
– С ума сошел? – оскорбилась я, и тут же взвизгнула, так как, кое-кто ущипнул меня за сосок.
– Я вам не мешаю, голубки, – хмыкнул Дима, смотря на меня потемневшим взглядом, а заодно возвращаю в суровую реальность.
И до меня, как-то резко дошло, что я тут разговариваю на отвлеченные темы, пока меня моет голый незнакомец, а второй прижимает к груди.
Поправочка – голый мускулистый незнакомец. И капли воды, сейчас спускаются по его идеальному телу прямо к…
Не знаю, видимо лекарства помогли, но я решила, что пора мне валить.
Откуда во мне было столько прыти, не представляю. Возможно, под воздействием адреналина, но я умудрилась оттолкнуть от себя двух здоровенных мужиков, выскочить из кабинки, подхватить свой сарафан, быстро его накинуть, и рвануть бежать куда глаза глядят.
Даже пьяным мозгом я хорошо помнила, откуда мы пришли.
Поэтому выбежала в коридор, и побежала к лестнице, а затем на первый этаж. Как слетела так быстро на первый этаж, не помню, но тут я притормозила, пытаясь сообразить куда мне, и услышала разговор нескольких мужчин, прямо за приоткрытой дверью в каюту.