Звезда Солара (СИ)
— Слышь, Сухарь, не суетись. Накорми людей по быстрее, а я пока к папаше Дону спущусь.
Мальчишки за моей спиной радостно переглядывались. Вот кто был рад перекусить едва ли не больше, чем я сама.
Сухарь тяжко вздохнул и найдя в горе посуды более-менее чистые тарелки наложил нам с парнями местного рагу. И хотя его внешний вид был не очень, но запах шёл умопомрачительный. А мой желудок говорил, что он готов переварить даже гвозди, лишь бы накормили.
Найдя за длинным столом небольшой участок, свободный от хлама, мы с моим сопровождением накинулись на еду. Никогда прежде я не думала, что варево непонятного серо-коричневого цвета будет настолько вкусным.
Моё довольное мычание были музыкой для ушей повара. Он, суетясь вокруг нас, подкладывал, на его взгляд, самые аппетитные куски мяса.
Когда тарелка опустела, я поняла, что растеряла весь свой боевой запал. Не зря говорят, художник должен быть голодным. Так и тут. Разбойник должен быть с пустым желудком. В противном случае он уже не захочет быть этим самым разбойником. Потому как ничто так не добавляет человеколюбия как полный живот.
Мелкий и Тихоня, одурев от таких порций, сидели и тяжело отдувались. Видимо их тут кормили, но не так чтобы от пуза.
А на меня они смотрели как на обожаемую старшую сестру. Ещё бы! Заступилась перед Хрумом, выбила внеурочный обед и вообще, на свету оказалась совсем не страшной. Слегка лохматой, но уже не такой пугающей.
Вот из-за такого расслабленного состояния мы и пропустили прибытие папаши Дона.
Глава 27
Он вошёл в кухню тихо, что было удивительным, учитывая его немалые размеры. Крупный мужчина в летах, но ещё сохранивший неплохую фигуру. Квадратная челюсть выдавала в нем решительного и жесткого человека. Он рассматривал нашу компанию светло-серыми глазами, будто сканировал.
— Приветствую вас в моей таверне. — его голос был грубым и скрипучим. И судя по взгляду он был не то чтобы очень рад моему визиту.
В голове роились и теснили друг друга разные мысли. Что выгоднее? Представиться знакомой Роне? Или все же подопечной Грога.
И я решила, что лучше всего придерживаться правды. Ну или хотя бы полуправды.
— Благодарю папаша Дон. О вашей таверне ходят легенды. — Он удивлённо приподнял бровь. Скорее всего человеку с его родом деятельности это было минусом, чем плюсом.
Я поспешила исправить ситуацию.
— Ваш старый приятель Рон много о вас рассказывал.
Лицо папаши Дона на наших глазах стало меняться. Его морщины разгладились, рот растянулся в улыбке, грозясь порваться, глаза округлились и он закричал от радости:
— Рон- Ворчун! Ах, этот старый пройдоха! Вот это да! Сто лет не слышал от него вестей.
Я выдохнула от облегчения. Значит я приняла верное решение.
— Видимо он не сильно изменился, потому как по-прежнему ворчит. — Я уже немного расслабилась и позволила себе улыбнуться. — Добрый старик. Мы с ним поладили. Во всяком случае, мне он дал неограниченный доступ к его холодильнику.
Папаша Дон захохотал во всю глотку:
— Вот это да! Да ты, малышка, поразила его в самое сердце, раз он позволил такое! Одного молодого техника он лишил пальца на руке за то, что тот залез в холодильник без его разрешения. — мужчина вытирал слезы от смеха.
— Ну а к нам ты как попала, Пташка? — Папаша отсмеявшись, смотрел на меня более благосклонно.
— Папаша Грог отправился на Драгос. Я решила не лететь с ними, и они высадили меня тут. — Ну кто докажет, что это не так? Почти правда. Уважаемый господин Грегоин Грин к папаше Грогу никаких претензий иметь не может. Меня продали, так сказать, честно. А уж то, что посредник облажался, так-то проблема самого посредника.
Папаша Дон посмотрел на меня и произнёс:
— А не платье ли это уважаемой Айры Волович? В прошлом месяце Грог перехитрил меня. Взял в долю, получил моих лучших взломщиков, а забрал всю добычу себе. Хотя мне и моим парням причиталась добрая половина от куша. Все драгоценности и даже гардероб этой зажравшейся аристократки достался парням этого мерзавца. А мы остались с носом, да ещё и пару ребят потеряли. Сдаётся мне, что ты, Пташка, не всю правду мне сказала. — Он прищурился и от его взгляда по спине пробежали мурашки. — Признавайся! Он послал тебя в уплату моей доли? Да ещё и в это платье обрядил, чтобы я точно припомнил?
Я не знала, что возразить и от взгляда этого матёрого бандита не укрылась моя растерянность. Он хмыкнул и довольно потёр руки.
Я опять товар? Каким образом папаша Дон захочет возвращения долга? Слишком живое воображение подсказало мне не слишком хорошие варианты.
Ситуацию спас Мелкий. Набравшись храбрости, он, выйдя в перед, бойко произнёс:
— Папаша Дон! Она за несколько секунд уложила Тихоню на лопатки. Да ещё и нож у него отобрала. Она может работать с нами. Можно? — позади нас раздалось злобное шипение Тихони. Обернувшись я увидела пунцовую физиономию малолетки. Да за такое оскорбление он может и придушить Мелкого.
— Он просто подскользнулся. Да и не отбирала я нож. Он выпал при падении. — Я как могла спасала репутацию Тихони.
Папаша Дон смотрел на нашу дружную компанию с умилением, будто и впрямь отец родной.
— Ну что ж… Раз вы друг другу так понравились, забирайте её себе, мелкие. А ты, Пташка, отработаешь долг и можешь лететь дальше.
Он засмеялся и Хрум поддержал его.
— Добро пожаловать в семью, Пташка!
*************
Учиться никогда не поздно. Эту истину я познала, когда через несколько дней мои мелкие напарники учили меня открывать замки в автомобилях.
Пролететь тысячу световых лет, чтобы стать взломщиком?
В очередной раз сработала автомобильная сигнализация и я устало потёрла глаза. Вот бы вернулась моя способность видеть сквозь металл и пластик. Я бы смогла тогда разглядеть все эту сотню проводков, которые задевать нельзя было ни в коем случае.
Но, к сожалению, мне никак не удавалось восстановиться. Все попытки заканчивались неудачей. Пустота не отзывалась.
За те несколько дней, что я провела с моей новой командой, узнала много интересных вещей.
Оказалось, Папашами принято называть главарей в бандах. Когда один умирал, то следующий выбирался путём голосования. И к своему имени добавлял приставку «папаша», обозначая тем самым, что он берет на себя заботу о всех членах банды.
На Бровассе криминальный мир делился на четкие гильдии: взломщики, щипачи, мокрушники, контрабандисты и многие другие, по роду их деятельности. Специализация парней Папаши Дона были взломы разной сложности. Они могли работать самостоятельно. А бывало принимали заказы от других гильдий и тогда могли выходить на дело, например, с контрабандистами. Взломщики открывали любые двери, а всю остальную работу брала на себя шайка Грога. И как я поняла, в прошлый раз они оставили Папашу Дона без доли награбленного.
Таверна была хорошим прикрытием. Здесь встречались и обсуждали детали будущих предприятий, не боясь быть замеченными.
Большинство членов банды жили по своим квартирам. И только несколько человек, которым некуда было идти, оставались под крылом Папаши.
И я со своей небольшой преступной группой расположилась на верхнем этаже, как раз над таверной.
Мелкий проникся добрым расположением ко мне и помог с одеждой. Он организовал обмен моего красивого и безусловно дорогого платья на несколько комплектов одежды. И теперь мне было гораздо удобнее в мягких брюках, темной кофте и сапогах на низком каблуке. Как мне объясняли, скоро на Бровассе наступит осень и пойдут дожди. Ещё мне, как всякому порядочному вору, полагался короткий чёрный плащ с капюшоном.
Жизнь у «детишек» Папаши Дона была не замысловатая. Днём они практически все отсыпались, а ночью выходили на работу. Меня первые дни не трогали, давая возможность привыкнуть и вникнуть. Но затем Хрум стал намекать, дескать, харчи не бесплатные и своё проживание нужно отрабатывать.
Вот так я начала новую трудовую деятельность на поприще взломщицы. Как говорил дедушка Ленин? Да, все верно…