Новые соседи (СИ)

«Земляное масло!!! Здесь!! — Буддал Нест не удержал лица; схватил себя за шевелюру и дернул. — Да сейчас даже за кувшин масла горожане убить готовы…»
— И кроме того… Горы Дорчариан будут в долгу перед тобой… И я, и мой отец отныне с радостью примем тебя и твою семью, дадим кров и защиту, — твердо произнес Олтер, положив ладонь на рукоять кинжала.
«Это хорошо… Поговаривают, в степи неспокойно… Шептались, что вновь объявились малакры… Свой дом в горах Дорчариан — может и…», — времени обдумать толком предложение не осталось. Купец вроде и мастер поторговаться — но решение нужно принимать прямо сейчас.
Высоченный купец Буддал Нест поднялся, сутулясь: низкий потолок давил на макушку.
— Помочь тебе — честь для меня, — белозубо оскалившись знаменитой широкой улыбкой, Буддал протянул раскрытую ладонь. Обрадованный Олтер звонко шлепнул по ней от души.
— Ой! — вскрикнул торговец, тряся отбитой ладонью.
На рассвете длинная вереница тяжелых возов остановилась перед рогатками на выезде из Атриана.
— Что у тебя, Буддал? Куда посередь зимы собрался? — десятник стражи Полуденных ворот неторопливо приблизился к крытой повозке с восседающим Нестом.
— Зерно, Гамар, зерно. В Арраин — зерно, оттуда — рыбу… — купец распахнул полы походного плаща и протянул подорожную.
— Ага, зерно, значит, — зашуршал бумагами толстяк-десятник, взмахивая рукой, указывая подчиненным на подводы. — Не потрошить! — велел он.
— С каких это пор стража Полуденных ворот досматривает товары Торгового союза? — с тревогой спросил Нест, высовываясь из повозки, разглядывая копошащихся стражников. Те стучали по бочонкам, открывая крышки некоторых из них. — Куда соплями трясешь над товаром?! — прикрикнул возмущенный торговец и повернулся к десятнику.
— Тут и пустые бочки есть, — заорал один из досматривающих.
Гамар вопросительно посмотрел на купца.
— Под рыбу, — буркнул Нест.
— С каких пор, спрашиваешь? — Гамар наклонился, заглядывая в повозку и понизил голос. — Так почитай, седмицу уже… Или чуть менее, — десятник почесал затылок. — Как дочка у Наместника пропала… Такое началось! Как с цепи все сорвались! Землю велели жрать, а найти… её или великана черного… одноглазого. А кто это с тобой? — вдруг спросил толстяк, косясь на загорелого парнишку.
— Товарищи сынка в помощники попросили взять… Подучить, — отмахнулся Буддал, присматривая за стражниками у подвод. Внезапно торговец повернулся к десятнику и расхохотался своим знаменитым заразительным смехом. — Ты в нем дочку Сивена признал? Олик, дружище, покажи-ка дяденьке свой отросток! — заорал Буддал, сгибаясь и утирая глаза. Стражники бросили бестолковую работу, хихикая и тыкая друг друга под ребра.
Засмущавшийся мальчишка привстал с сиденья, расстегнул фибулу плаща… Площадь у ворот грохнула хохотом.
— Иди ты… — махнул бумагами толстяк Гамар, отходя к караулке. — Тебе бы на Арене выступать, Пагота веселить…
— Подорожную верни! — гаркнул Нест ему спину. — Отметку поставить не забудь!!
Вскоре городские стены скрылись за деревьями.
— И вправду говорят, совсем Наместник с ума выжил… До городской стражи добрался… — Буддал отер пот на загривке. — Сначала всё масло из городских запасов выбрал. Теперь еще и товары досматривать принялся…
Широкий мощеный имперский тракт оказался пустынным: кроме них, желающих пуститься в путь этим зимним днем не нашлось. Лишь телеги буддаловского каравана поскрипывали на нечастых поворотах.
«Медленно! Как же медленно», — Олтер весь извелся в ожидании, сидя в повозке и разглядывая придорожный кустарник. Вдруг на дорогу впереди выбежал мальчишка, размахивая руками. Олтер признал белоголового Арата. Из кустов выглядывали и остальные гвардейцы, с обалделым видом крутя головами. Некоторые сжимали в руках короткие самострелы слуг Безносого. Хвала Паготу, без вложенных стрел…
«Совсем одичали, дети подземелья… А теперь хоть смогут на прогулку выходить…»
Буддал тотчас удалился командовать загрузкой оружия и разгрузкой пустых бочек. В закрытую от посторонних глаз повозку кое-как влез Тумма с Наумом и Наулом.
 
— Может, и мне с тобой? — спросил подошедший Йолташ, поглядывая на мелюзгу, катающую пустые бочки. Часть мальчишек исправно осматривала окрестности, тыча во все стороны пустыми самострелами.
«Медленно… Как медленно…» — Олтер не мог найти себе места, чувствуя, как утекают мгновения, как Бареана с каждым ударом сердца увозят все дальше и дальше.
— Нет, Йолташ… — мотнул головой наследник. — Сделаем, как уговорились… Все яйца в одну корзину класть не стоит. Раз уж Остах решил растить нам в подмогу будущую гвардию, так и продолжим. Кто знает, как повернется… Здорово, что ты решился-таки вручить парням самострелы. Здесь, в лесочке, можно и стрельбище обустроить.
Подошел запыхавшийся Барат. Погрузочно-загрузочные работы подходили к концу.
— Через седмицу Буддал вернется, бочки с маслом для него приготовь, — телеги медленно набирали ход, а Олтер на ходу отдавал последние указания. — Я слово дал! С маслом осторожно! Не спалите казарму!
Молчун Йолташ коротко кивнул. Прощаясь, Олтер стиснул предплечье верного товарища.
— Что не так пойдет — иди к купцу. И Пелепа не потеряй. Буддал поможет! — крикнул Оли на бегу, запрыгивая в крайнюю телегу.
Мальчишки-гвардейцы высыпали на пустынный тракт, окружив Йолташа, глядя вслед уходящему каравану.
Неторопливый, тяжелый, медленный, чудовищно неспешный ход телег сводил Оли с ума. Такая чудесная, гладкая дорога под колесами! Сесть бы на коня и мчаться вперед! Мимо стремительно проносились мелкие птахи, и Олтер с ненавистью провожал глазами проворных летунов.
«Эдак мы месяц до Арраина добираться будем. Борьку уж и на корабль закинут, и до островов домчат и башку парню снесут…» — терзал себя Олтер.
Близился вечер и впереди показались огоньки просторного постоялого двора. Обрадованная редким в эту пору постояльцам дворня распахивала ворота, а хозяин суетился на крыльце, покрикивая на слуг.
Олтер посмотрел на распрягаемых мулов и коней и вздохнул. Будь его воля, он продолжил бы путь и в ночи, но тягловым животным требовался отдых. Да и людям тоже…
— Эй, хозяин! — загрохотал Буддал. — Ты уж нас голодными не оставь…
Верный взятой на себя роли ученика-помощника, Олтер поплелся следом за громогласным купцом. Как и всегда, Буддал много смеялся, подтрунивал над возницами, тряс за плечи малость очумевшего хозяина, хлопая по спине.
На столе расставили разносолы и притащили наспех зажаренную курицу. Олтер вяло ковырялся в тарелке, а Буддал усадил рядом хозяина и выпытывал новости о торговцах, которые останавливались на постой. Неста интересовало все: когда прошел последний купец, какой товар везли, сколько телег.
Хозяин бойко отвечал, поглядывая на щедро разливаемое вино.
— А после вонючек-рыбаков и не было никого, — закончил повествование хозяин, с огорчением заглядывая в опустевшую кружку.
— Понятно, — шумно выдохнул Буддал, отодвигая блюдо с горкой обглоданных куриных костей.
— Хотя… — протянул хозяин, покачивая чашей и хитро поглядывая на купца.
— Ох и прохиндей ты! — рассмеялся торговец, плеснув собеседнику. — Твое ж вино… Полные подвалы небось — пей, хоть залейся!
— То гостям, — не согласился хозяин, сунув нос в кружку. Изрядно хлебнув, он продолжил. — Проезжали до вас. Не твои, не торговцы… И не останавливались, так… Припасов кое-каких взяли… Болары!
Олтер вскинулся и едва не скинул тарелку, поймав посудину на краю стола.
— Откуда знаешь, что болары? — поинтересовался Буддал, пнув Олтера под столом.
 
— Слышал! Дианадох-дианадох… тьфу ты, — сплюнул хозяин, передразнивая чужой говор. — Чтоб он сдох… Слышал. Точно говорю, болары!
— Много их?
— Кто знает? Говорю ж, проскакали… Один только, старикан, оторвался, к нам заехал. Хлеба взял, сыра и дернул дальше, своих догонять…
— Давно были?
— Нет, с утра! — махнул рукой хозяин и спросил. — А зачем они тебе?