Страсти по Фоме. Книга 1 (СИ)

Что было-о!.. Мэтр Иелохим долго и подробно проклинал Фому, Доктора и сорванца мальчишку, жаловался каким-то своим богам на судьбу бедного одинокого старика. Он так бы и не встал из проклинающей позы, если бы Фома не напомнил ему мягким полупинком, что четыре-то круга осталось: у него, и у Доктора, — и мэтр их может получить обратно, если доведет до ближайшей харчевни. После этого мэтра было не остановить. Он бросился по дороге, «ако пардус» Святослав.
— Сердце бы у него не разорвалось! — беспокоился Фома, боясь, что мэтр не дойдет до харчевни в таком темпе.
— Этот старик еще нас с тобой переживет! — успокоил его Доктор.
— Слышал, мэтр, что сказал Доктор? — обратился Фома к деду. — У тебя впереди еще долгая старость. Болеть будешь, а умереть — ни-ни!..
Мэтр что-то пробормотал в ответ, но шага не убавил.
— О, опять как-то хитро проклял! — восхитился Фома. — Мэтр, а пинка под зад? Для скорости… детоубийца!..
Так и забавлялись всю дорогу. Да еще хватали за хвосты огромных, с журавля, стрекоз и таким образом пролетали несколько метров, пока бедные насекомые не падали на землю, дико вереща. Правда, развлекался этим, в основном, Фома.
— Дед, цепляйся, а то и правда инфаркт хватит! — кричал он всякий раз, пролетал над стариком, но мэтр не тратил больше сил на разговоры.
Доктор тоже, раз-другой попробовав, заключил, что сил здесь больше тратится, чем экономится, и не гонялся за стрекозами, как его напарник. Фома же находил в этом истинное наслаждение, пока какой-то огромный стрекозел не хрякнул его со всего размаха об дерево. Минуту он лежал без движения, встав же, сказал:
— Док, а я здесь уже был…
Доктор непонимающе смотрел на него.
— Нас ждут великие приключения! — пообещал Фома, и добавил ни с того ни с сего:
— И Пиросмани.
Затем, сойдя с дороги, стал шнырять между корягами и углубляться в лес, следуя в том же направлении, что и Доктор с мэтром.
— Ты что надумал? — поинтересовался Доктор.
— Подыскать какой-нибудь дрын покрепче!
— Не думаю, что он тебя спасет! — усмехнулся Доктор. — Мне что теперь столбы на твоем пути ставить, коль скоро они излечивают тебя от легкомыслия?
— Нет, достаточно, — ответил Фома, и подозрительно посмотрел на как-то уж очень весело семенящего деда.
Доктор проследил за его взглядом и засмеялся.
— Старик! — прорычал Фома. — Еще один такой фокус и я тебе просто оторву голову!
— Я здесь ни при чем! — поспешно отозвался тот, и прибавил шагу.
— Что это такое? — пенял Фома Доктору. — Почему я всегда крайний?.. Ты его окольцевал, а мстит он мне!
— Я его и раскольцевал, — напомнил Доктор. — А ты издевался, вот и получай!
— Преступление и наказание, твою мать! — выругался Фома. — Я ребенка, между прочим, спас от утопления! Что ты ржешь?!
И уже сам хохотал от нечаянной карикатуры на Раскольникова…
Весь остальной путь Фома расспрашивал мэтра, восполняя то, что проспал, о здешних местах и порядках, и старался быть вежливым. Потом снова вспомнил о мальчишке. Когда выяснилось, что тот сирота, Фома не выдержал.
— Ну и трухлявый же ты пень, старик! — орал он на весь лес. — Последнее дело сироту обидеть!.. Кстати!.. — Вдруг успокоился он, и повертел головой. — Носом чую, что он где-то рядом!.. Чуешь, старик?.. Нет?.. Экий ты, право, не чуткий!
— Мальчик, ау! — заорал он опять во все горло, так что перестали петь птицы. — Иди сюда, конфетку дам!
— У вас конфеты есть? — впервые оживился мэтр.
— Стари-ик? — удивился Фома. — До седых волос дожил, а не знаешь, что так мальчиков подманивают!
  
8. Мстители
 
— Ты бы не орал, — попросил его Доктор, видя, что Фома вошел во вкус и продолжает блажить на всю округу. — Лес кругом, мало ли что! Сам говоришь, разбойники… опять же большие приключения обещаешь.
— От этого все равно никуда не денешься! И потом, это же сказка, Док, всех убьем, сами останемся! отдыхай! — отмахнулся Фома, продолжая пугать мэтра своим богатырским криком…
— А вон и сказочники! — сказал Доктор, когда они прошли около двух миль в гулко гудящем от криков Фомы лесе.
  
Сзади них, на дороге, появились пятеро всадников. Несмотря на расстояние, было видно, что они неплохо вооружены. Всадники неторопливо, с экономной грацией бывалых вояк и кочевников, приближались к пешим путникам.
— Мама моя, средние века! — ахнул Фома, не видя ничего даже близко похожего на «калашников».
— Кто это, мэтр? — спросил Доктор, видя, что мэтр Иелохим, проворно упав на четвереньки, пополз к придорожной канаве.
— Мстители ордена розовых кругов! — ответил тот срывающимся голосом.
— Кому же они мстят?
— Всем!
— Всем?.. За что?..
Преследователи остановились метрах в пятидесяти и теперь совещались, видимо, слегка озадаченные тем, что путники спокойно стоят и убегать не собираются.
— За то, что был уничтожен их орден, — раздался громкий шепот мэтра уже из канавы. — А также их монастыри и хранилище розовых кругов. Они выслеживают ловцов голубых кругов и убивают их. Нам конец — у них нюх на голубые круги!
— Знаю я этот нюх, — сказал Фома. — Это, дедуля, ненависть и она лучший проводник на тот свет! Значит, это из-за тебя нас будут дубасить всем этим антиквариатом?
Теперь всадников и их амуницию можно было рассмотреть достаточно отчетливо. Кроме копий, на них были легкие доспехи и кривые мечи, а у некоторых сбоку у седла тяжело покачивались булавы со страшными металлическими шипами. И Фома, и Доктор заметили так же, что у мстителей отличные боевые лошади, которые не сворачивают, когда перед ними человек, а сбивают его и топчут.
— Да, действительно, музей, — кивнул Доктор, — но от этого нам легче не будет!
— Надо было мне сразу бежать! — горько сетовал из канавы мэтр. — А теперь из-за каких-то четырех колец и двух подлецов!..
Он вовремя остановился, проглотил слюну и продолжал уже в другом тоне:
— Они вне закона! Они преступники! Они никого не пожалеют, ни вас, ни меня!..
Бежать было некуда, в этом месте лес отступал от дороги, образуя широкий открытый участок благодаря реке, что пересекала лес и дорогу. Впереди был мостик и такая же открытая пойма на добрых полкилометра. Видимо, мстители ордена розовых рассчитали все и сами сопроводили их до этого места.
У Доктора заострился нос, он прищурился, всматриваясь в приближающихся всадников.
— Фома, видимо, придется драться, — наконец сказал он негромко. — Ты готов или ты только предсказываешь приключения, но участия в них не принимаешь?
— Как скажешь, начальник! — ответствовал Фома, почувствовав вдруг прилив необыкновенной легкости и энергии. — Док, ты че — это же сказка!
Раздался короткий свист, и он едва успел отскочить: пущенное с невероятной точностью короткое метательное копье вибрировало у его ног, как предупреждение: стоять!.. Древко копья от удара надломилось у самого наконечника. Похоже, это было сделано специально, чтобы копье невозможно было использовать еще раз.
— Это тебе по поводу сказки! — сказал Доктор. — И еще… — Он критично осмотрел Фому. — Используй круги только в крайнем случае. Ты понял принцип их действия?
С кругами они разобрались довольно быстро, спустя полчаса Доктор уже манипулировал ими, придавая произвольную форму и заставляя совершать различные фокусы. Круги, в зависимости от того, кто ими владел, могли выполнять функции оберега или грозного оружия воина.
— И еще, помни, ты можешь все, что думаешь, только забыл! Используй это, потому что у тебя это получается совсем неплохо.
— Да понял я, Док, успокойся! — пробормотал Фома. — Ты справа, я слева, мэтр в канаве. Неплохо бы еще экипировочку, соответствующую такому празднику…
Только он это сказал, как увидел себя в полном вооружении, таком же, как у скачущих на них мстителей, только что без копья.
— Оп-ля! — хмыкнул он довольно.
То же самое произошло и с Доктором. Их преображение никого не удивило: похоже, мэтр их так и видел с самого начала, так же как и всадники, потому что они даже не притормозили, приближаясь на большой скорости. Первая атака была стремительной. Самое опасное в такой ситуации копья мстителей, с одним из которых они уже познакомились. Но из-за узости дороги, ограниченной широкой канавой, мстители не могли нападать сразу больше чем по двое, да и не считали нужным при таком численном перевесе.