За власть Советов! (СИ)

— Нет. С 1922 года по 1945 год СССР был единственной на планете социалистической страной. После 2-ой мировой войны возникли еще социалистические государства, в которых к власти с помощью СССР пришли коммунисты. Это в Европе: Болгария, Румыния, Югославия, Чехословакия, Польша и Восточная Германия. В Азии — Китай, Северный Вьетнам, Северная Корея. В Америке в 1959 году победила социалистическая революция на Кубе.
Однако, после распада СССР почти все страны, включая и саму Российскую федерацию, вернулись на капиталистический путь развития. Социализм сохранился только на Кубе. Но, народ там живет весьма скудно. В Северной Корей сохранился формально коммунистический режим, а по сути — единоличная диктатура, в которой любые сомнения в гениальности тамошнего вождя караются смертью. Народ там просто нищий.
Лучше всех чувствует себя Китай. К началу 21 века он стал второй промышленной державой мира, далеко обогнав Россию, и быстро догоняет США. Но и там, социализм чисто формальный. Под властью коммунистической партии в Китае построен обычный государственный капитализм с разрешенной частной собственностью на средства производства.
— Не верю! И почему же, по-вашему, так вышло?
— К сожалению, в рамках коммунистической идеологии ни в одной стране не удалось создать наивысшую, в сравнении с капитализмом, производительность труда. Поэтому, уровень жизни трудящихся во всех социалистических странах сильно отставал от уровня жизни в капиталистических странах. А при высочайшем развитии информационных связей, достигнутом к концу 20-го века, этот факт правящим коммунистическим партиям никак не удавалось скрыть от народов своих стран.
Как марксисту, Вам прекрасно известно, что победит тот строй, который обеспечит наивысшую производительность труда. «Капитализм может быть окончательно побежден и будет окончательно побежден тем, что социализм создает новую, гораздо более высокую производительность труда». Это цитата из вашей собственной статьи «Великий почин», написанной в 1919 году.
Так, вот из десятка стран, которые пошли по пути социализма, ни в одной стране этого достичь не удалось. Мне, как бывшему правоверному коммунисту, с малолетства воспитанному в рамках коммунистической идеологии, крайне тяжело это признавать, но это исторический факт. Как говорят марксисты, практика — критерий истинности теории.
Котову по блеску в прищуренных больше обычного глазах и по легкому тремору пальцев лежащей на столе левой руки вождя было видно, что Ленин сильно выбит из колеи, а, скорее, взбешен, но старается сдерживаться. Теперь следовало слегка притормозить накал дискуссии.
— Сдается мне, что это все досужие вымыслы! Какие у вас могут быть доказательства? — Выдал Вождь свое бешенство.
— Сами понимаете, Владимир Ильич, никаких вещественных доказательств у меня нет. Прибор под названием Полиграф, позволяющий определить, правду ли говорит человек, еще не скоро изобретут. Только могу напомнить Вам про патриарха Тихона и про Универсал Центральной Рады. Но, это самая ближайшая перспектива. А вы задаете вопросы о том, что будет через 70 лет.
Я предлагаю следующее. Вы сформулируйте вопросы, которые Вас интересуют в первую очередь. А я постараюсь ответить на них в виде письменных рефератов. Вы их без спешки спокойно прочитаете. А сейчас я предлагаю вернуться к текущим событиям.
— Ну, хорошо, — ответил заметно успокоившийся Ленин — что вы еще можете сказать о текущих событиях?
— Наиболее насущные проблемы у вас сейчас — это заключение мира с Германией, саботаж государственных служащих, забастовки на железной дороге, на почте и на телеграфе, а также недостаток продовольствия в городах.
Давайте начнем с Германского вопроса.
А вкратце, этот процесс выглядел так. Переговоры начались 19 ноября в Брест-Литовске, где расположена ставка германского командования. Делегацию возглавлял Иоффе. Противника представляли немец генерал Гофман, австриец Покорни и турок Зеки-паша.
Противник предлагал до заключения полноценного мирного договора оставить войска на занимаемых позициях. Гофман с самого начал переговоров выдвинул предварительными условиями прекращения огня ничем не обоснованные требования о запрещении переброски немецких и австрийских войск на Западный фронт, а также, вывода немецких войск из Риги и с Моонзундских островов. Это затянуло переговоры, а в итоге пришлось 24 ноября согласиться на их предложения. Перемирие подписали. Затем делегация вернулась в Петрограддля консультаций.
 
Вы лично, Владимир Ильич, утвердили на заседании СНК инструкцию для делегации, озаглавленную «Конспект программы переговоров о мире», в котором настаивали на заключении мира без аннексий и контрибуций. Это тоже было совершенно не реалистично, поскольку германская армии была на тот момент еще вполне боеспособна, а русская армии, в том числе и усилиями большевиков, была морально разложена.
2-го декабря перемирие продлили. Противник согласился очистить Моонзундские острова, зато снял требование об отводе русских войск из турецкой Анатолии.
Переговоры о мире начались только 9 декабря. Советская сторона снова настаивала на мире без аннексий и контирибуций. Противник согласился. Но, при условии, если к этому договору присоединятся и державы Антанты. Было совершенно очевидно, что Антанта на это не пойдет. Антанта одерживала верх и надеялась добить Центральные державы. Со стороны Германии имела место очевидная уловка, с целью затянуть переговоры. В то же время, немцы надеялись, что в рамках декларированного большевиками права наций на самоопределения, что Литва, Латвия и Эстония объявят о выходе из состава России и попадут в германскую сферу влияния.
Констатировав разногласия, 15 декабря советская делегация выехала в Петроград для консультаций. СНК и Вы лично, товарищ Ленин принял решение всемерно затягивать переговоры, чересчур оптимистично надеясь на революции в Германии и Австро-Венгрии. Страны Антанты, ожидаемо, к переговорам не присоединились.
5-го января Центральные державы предложили новую линию разграничения, согласно которой к Германии отходили Польша, Литва, Латвия, Эстония и часть Белоруссии. Советская делегация снова прервала переговоры для консультаций.
Переговоры возобновились только 9 января. Советскую делегацию теперь возглавил Троцкий. Однако, теперь, в качестве самостоятельного участника к ним присоединилась делегация Центральной рады. Советская делегация снова прервала переговоры для консультаций. Троцкий тянул время, рассчитывая на революцию в Германии.
8 января, вы, Владимир Ильич, наконец, осознали, что затягивание переговоров только ухудшает нашу переговорную позицию и предложили СНК и ЦК заключить мир на предложенных условиях, мотивируя это тем, что Германия в состоянии полностью разгромить деморализованную русскую армию и революция в России может быть подавлена внешней силой. В партии возникла острая дискуссия в ходе которой сторонники и противники подписания договора на германских условиях разделились практически поровну. Вы, товарищ Ленин, настаивали на подписании договора, но продавить свою точку зрения вам не удалось.
Большинство членов ЦК Вас не поддержали, заявляя о готовности пожертвовать социалистической революцией в России ради интересов мировой революции. Большинство ЦК во главе с Троцким и Бухариным отказывались от заключения мирного договора и призывали к объявлению революционной войны. В итоге, ЦК 11 января принял совершенно непонятную резолюцию, предложенную Троцким: мира не подписывать, войну не вести.
27 января Центральные державы подписали мирный договор с Центральной радой. В обмен на военную помощь против советских войск Украина согласилась поставить большое количество продовольствия. Германская делегация предъявила ультиматум с требованием немедленно подписать договор на германских условиях, угрожая возобновить наступление на российские территории. В ответ Троцкий заявил об одностороннемпрекращении состояния войны и демобилизации армии. Еще более абсурдно, то, что ВЦИК и ЦК поддержали решение Троцкого.