Стражи. Боги холода
Олафа они нашли среди могил, лежащим в окружении растерзанных трупов.
Похоже было, что их рвал дикий зверь.
Норвежец редко, со свистом дышал, из простреленной груди толчками выплескивалась кровь, но он внимательно смотрел на Вяземского.
С трудом прошептал:
– Удалось? Там? Удалось.
Ян кивнул, опускаясь рядом с ним на колени.
– Насколько все плохо?
– Не надейтесь, – слабо улыбнулся норвежец, – Выживу. ПрОклятые, они, – он закашлялся, – так просто не умирают.
Таня села рядом с Яном и прижалась щекой к его перепачканной изодранной куртке.
Над деревьями всходило яркое весеннее солнце.
Приближаясь, выли милицейские сирены.
ЭПИЛОГ
Две недели спустяЯн и Олаф сидели на открытой веранде ресторана, расположившегося на берегу пруда в одном из московских парков. Сделав глоток кофе, Олаф подался вперед, чтобы поставить чашку, и слегка поморщился.
– Все еще беспокоит? – спросил Ян.
Норвежец махнул рукой:
– Ничего страшного. Но, с возрастом даже такие царапины заживают медленнее.
Вяземский знал, что тема эта не слишком приятна Сигурдсону, и перевел разговор:
– Как вам показалось состояние Владимира?
– Вы и сами все прекрасно видели, Ян Александрович. Вместе же его навещали, – пожал плечами норвежец.
– Да видел, видел. К счастью, профессор Малинин оказался на редкость толковым человеком и грамотно оказал ему первую помощь. Так что, физическое состояние Владимира у меня опасений не вызывают. Я имел в виду – насколько он оправился психологически?
– Совершенно. На все сто процентов, – уверенно ответил Олаф, – и в этом, кстати, ему опять же помог Малинин. Он же буквально взял его под свое крыло и мне кажется, теперь считает Володю своим студентом.
– И это замечательно, – улыбнулся Ян, но улыбка тут же исчезла с его лица, – Как только Владимира выпишут, приступайте к тренировкам. Вы оба будете нужны мне в здравом уме и полной кондиции.
– Что-то о чем я не знаю? – вопросительно изогнул бровь Олаф, – вроде бы и с властями и с Большим Кругом все вопросы улажены, нашей работой довольны.
– Да, конечно. Но вопросы остались.
– Например?
Ян задумчиво крутил маленькую ложечку, невидящим взглядом глядя на гуляющих вокруг пруда людей:
– Например, совершенно непонятно, как полковник Суханов узнал об Ицкоатле и Говорящем с Тецкатлипокой. Как ему удалось установить с ними контакт? О них нет практически никаких современных данных даже у наших отделений в Америке.
– Случайность? Удача? – предположил Олаф, но Вяземский отмахнулся.
– Бросьте Олаф, вы сами в это не верите.
– Значит, кто-то помог?
– Именно. Кто-то помог, – повторил Ян. – И я очень хочу узнать, кто. И, главное, зачем.
– Хорошо, Ян Александрович. Задача ясна, – сказал Олаф, вставая, – а сейчас, с вашего позволения, я хотел бы вас оставить.
– Да, конечно, Олаф. Я еще некоторое время посижу здесь, – Вяземский тоже встал, провожая норвежца.
Олаф ушел. Вяземский заказал еще одну чашку кофе и в задумчивости сидел, ожидая заказа. Взгляд его неторопливо скользил по людям, решившим провести теплый летний вечер у воды.
Вдруг он подался вперед, широко улыбнулся и встал, маша рукой кому-то внизу.
По огибающей пруд дорожке к нему спешила Татьяна. Увидев Яна, подняла руки над головой и замахала в ответ.
Все же, этот мир прекрасен, подумал Ян. Он стоит того, чтобы его спасали.