Потерянные ноты (СИ)

Рано утром в отделении полиции раздался звонок. Женщина, всхлипывая и срывая голос, сообщила, что убили антиквара — уважаемого человека и ценителя прекрасного.
На место убийства выехали следователь Черзун с напарником, юношей, только что окончившим школу полиции. Молодого человека уже захватил азарт первого дела. Казалось бы, он уже по пути знал, кто убийца, выдвигая свои версии, одна безумнее другой:
— Егор Игоревич, наверняка же убила жена, ведь антиквары богаты и жадны, это все знают, — произнес юноша свою «гениальную» версию.
— Прекрасно, Слава, только есть ма-а-аленький нюансик, — шеф показал на пальце, насколько он мизерный, этот нюанс. Когда юноша с интересом ожидал продолжения, шеф выдал: — Наш убиенный не женат. Промашечка вышла?
— Хм… Да? — на секунду задумался юноша. — Так не проблема, ведь наверняка у него есть преемники? Значит…
— Ничего это, Слава, не значит, — перебил, отмахнувшись от юноши, шеф. — Преемник был в это время за границей, его только что вызвали, он скоро будет, так как, — шеф глянул на часы, — уже вылетел.
— Но ведь есть еще кто-то… — уверенности в голосе парня поубавилось. Он уже не так ретиво кидался версиями.
— Есть, конечно, — на этот раз широко улыбнулся шеф, вселяя в парня надежду, что он в чем-то прав. — И нам как раз предстоит этого кого-то найти. Представляешь? — в голосе следователя сквозил уже неприкрытый сарказм, хотя и с долей шутки.
— Угу, — мазнув по шефу взглядом, согласился Слава, задумавшись, как бы поступил его любимый герой детективов Шерлок Холмс. Тот бы наверняка уже раскрыл это преступление, еще не доезжая до места.
— Да ты не переживай, студент, найдем мы этого убийцу, — уверенно заявил Черзун. — От нас еще ни один гад не уходил.
— Я не студент уже, — машинально огрызнулся юноша. А потом просто махнул рукой, кличка «студент» закрепилась еще два года назад, когда он практику проходил в этом же управлении. И сейчас не было смысла избавляться от нее.
Как только они приехали на место, дверь в магазин была открыта, их встречала пожилая женщина, лицо которой было в слезах. Она махнула рукой, показывая следовать за ней. Парни молча прошли, по пути оглядываясь. Все стояло на своих местах, никаких следов драки не было, так же, как и замок на двери не был сломан, об этом сообщила следственная бригада, прибывшая чуть раньше.
— Смерть наступила между часом десятью и часом сорока, — выдал на автомате судмедэксперт, заметив входящих. — Удар нанесен тупым предметом сзади по голове. Человека, который нанес удар, убитый явно знал, так как доверял ему, повернувшись к нему задом.
— Получается, он встречался с кем-то знакомым, в час ночи, именно в магазине? — задумчиво почесал подбородок Черзун. — Странно… Почему не пригласить в дом? Он ведь живет здесь же, на втором этаже? — обратился следователь к женщине. Та согласно кивнула.
И тут Слава, пока его шеф общался с женщиной, заметил в углу стоящее пианино, а на нем… лимоны? Подойдя ближе, юноша взял один из фруктов в руку, подкинул, а потом сам не заметил, как произнес вслух:
— Настоящие!
— И что вас удивляет, молодой человек? — тут же обернулась к нему женщина. — Вы лимоны никогда не видели?
— Просто странно они здесь смотрятся, именно на этом инструменте, — задумчиво ответил юноша. — Непривычно, что ли. Я и подумал, что муляж — для красоты.
— Илларион Архипович очень любил это фортепиано, он на нем всегда играл по вечерам, игра его успокаивала, многие шутили, что это продлевает ему жизнь, он всегда вставал после игры одухотворенный и даже какой-то помолодевший, — с жаром рассказывала женщина.
— А лимоны? Он их любил? — о чем-то своем думая, на автомате задал вопрос шеф, разглядывая стоящие на подставке ноты, потом начиная перебирать клавиши на инструменте. — Эту мелодию он играл? — вдруг обернулся к собеседнице.
— Нет, что вы, — всплеснула руками та. — Совсем другие произведения, они были… — женщина на миг замолчала, пытаясь подобрать слова. — Необычные, будто не от мира сего, что ли… Я никогда и не слышала этих симфоний, потому и была удивлена, когда слушала.
 
— А вы много симфоний знаете? — поинтересовался шеф. — Я это к чему, лично мне знакомы только штук восемь, а остальные для меня на одно лицо.
— Мне знакомы все! — скривив губы и глянув на следователя так, будто он только что убил кого-то, заметила женщина. — Музыка — моя жизнь, поэтому, все симфонии композиторов я могу узнать уже с двух нот.
— Потрясающе! — поразился Слава. — Но тогда что же играл Илларион Архипович? Почему вам были незнакомы произведения?
— Именно это я и пыталась выяснить у него, но он только загадочно улыбался и говорил, что мир классической музыки ожидает великое открытие. Только так и не успел сказать, в чем оно заключается, — удрученно пояснила собеседница.
— Вы уже нашли что-нибудь? — раздался от двери зычный голос входящего молодого человека. — Я помощник Иллариона Архиповича. Мне позвонили…
— Вы Виктор Андреевич? — уточнил следователь. Тот кивнул. — Посмотрите внимательно, что-нибудь пропало?
Вновь прибывший обошел демонстрационный зал несколько раз, задумчиво разглядывая каждую вещь. После чего, обернувшись к ожидавшим следователям, пораженно выдал:
— Все на месте, ничего не унесли. Но ведь за что-то же его убили?! — тут же воскликнул юноша.
— А это нам и предстоит узнать, — отрезал Черзун. Обернувшись к женщине, он поинтересовался: — С кем еще чаще всех общался Илларион Архипович? Может, клиенты? Знакомые? Друзья?
— У него не было друзей, — влез в разговор помощник. — Он одиночка, который никому не доверял, даже мне, своему преемнику, — юноша недовольно скривился. А женщина, уперев руки в бока, сузила глаза и грозно выдала:
— Вот тебе бы я точно ничего не доверила, скользкий как червяк. К тому же… — она набрала в грудь побольше воздуха. — Не надейся, что тебе что-то перепадет. Илларион Архипович успел тебя раскусить и изменил завещание, — больше ничего не добавив, она походкой царственной особы развернулась и отправилась на выход. — Господа следователи, если я вам понадоблюсь, вы меня всегда можете найти в доме напротив.
— Одну минуту, — вдруг встрепенулся Егор Игоревич. — Вот тут сказали, что у него не было друзей. Тогда откуда же у вас такая осведомленность обо всем? Замкнутый человек, одиночка по натуре, никому не доверяющий, и вдруг он решил с вами поделиться своими мыслями и действиями?
— Вы что, меня подозреваете?! — истерично взвизгнула женщина, широко распахнув глаза скорее от возмущения, чем от страха.
— Пока мы только ищем улики, пытаемся отыскать мотив, — строго заметил Черзун. — А всех подозревать — наша работа. Поэтому, будьте так любезны, ответьте на мой вопрос, — уже без тени доброжелательности скорее приказал следователь.
— Я была одним из свидетелей, которые подписывались под завещанием, — устало вздохнула опрашиваемая. — А позже попыталась узнать, с чем связана немилость, в которую попал этот, — пренебрежительный кивок в сторону помощника.
— Узнали? — будто почуяв охотничий азарт, даже подался вперед Егор Игоревич.
— Он только сказал, что помощник потерял его доверие, больше не стал распространяться, — с сожалением вздохнула женщина.
— Хорошо, пока можете быть свободны, если вдруг что-то вспомните, позвоните мне, — Черзун протянул ей свою визитку, которую она тут же спрятала в карман. Чинно кивнув, дама выплыла из комнаты, а оба следователя впились взглядом в помощника антиквара. Тот заволновался.
— Что? — наконец, не выдержал юноша. — Я его точно не убивал, у меня алиби, я находился за тысячи километров отсюда, — выдал он, казалось, неоспоримый аргумент, на который Слава только хмыкнул:
— Это мы обязательно проверим. К тому же есть много способов прилететь под вымышленным именем и улететь обратно, — будто ненароком произнес студент, пристально наблюдая за реакцией молодого человека. Помощник антиквара даже глазом не моргнул, сохраняя хладнокровие, только недоумение сквозило в его голосе, когда он поинтересовался: