Маленькое счастье (СИ)
Глава 7
Дэвид сидел в коридоре больницы и напряжено смотрел на дверь, куда увезли Ханну. Он очень испугался, когда нашел ее лежащей на полу без сознания и боялся даже представить, что было бы, если бы он не решил заехать по дороге домой в свой офис.
Из того, что происходило далее, Дэвид помнил лишь то, как поднял девушку на руки, мимолетом отметив, что она очень легкая, помнил, как осторожно положил ее на заднее сидение автомобиля, и то, как передавал с рук на руки, подоспевшим врачам. В голове он успел перебрать кучу вариантов произошедшего, начиная нападением и заканчивая страшной болезнью.
Прошло около часа, прежде чем к нему подошла старшая медсестра и пригласила пройти в кабинет главврача. Линч нахмурился, но, не сказав ни слова, проследовал за женщиной по ярко освещенным светлым коридорам клиники.
Он всегда недолюбливал больницы, но по воле судьбы ему пришлось провести в стенах этого заведения довольно много времени. Пару лет назад, Дэвид приходил сюда по несколько раз в неделю и вообще проводил все свое свободное время в больнице.
Дело в том, что его старший брат Алан, по официальной версии, которую щедро освещала пресса, не справился с управлением из-за непогоды и слетел в кювет. В результате серьезной черепно-мозговой травмы, он впал в кому, а спустя чуть больше двух месяцев умер, так и не приходя в сознание. Линч помнил, то отвратительное чувство беспомощности, когда он смотрел на брата, жизнь в котором поддерживалась лишь с помощью аппаратов искусственного дыхания и других приборов, следящих за малейшими изменениями в организме. И больше всего Дэвид ненавидел свое бессилие и как он, не смотря на имеющиеся у него деньги, так и не смог ничего делать, а лишь безмолвно смотрел, как каждый день понемногу умирал Алан.
— Мистер Стивенз ждет Вас, — сообщила медсестра и тихо удалилась.
Дэвид постучал и, не дожидаясь ответа, вошел в кабинет. Ему навстречу из-за большого стола, сделанного из красного дерева, тепло улыбаясь поднялся доктор Гарри Стивенз, друг семьи и по совместительству главный врач частной клиники.
Гарри был невысоким, чуть полноватым мужчиной шестидесяти трех лет, с густыми, седыми волосами и всегда доброжелательной улыбкой на губах и Дэвид помнил его еще со времен своего детства. Можно сказать он вырос на глазах этого добряка.
— Дэвид, сынок, как я рад тебя видеть!
— Взаимно, Гарри, — сдержанно улыбнулся Линч и пожал руку старшему товарищу. — Что с Ханной? — сразу перешел к интересующему вопросу Дэвид.
Тревога за девушку не позволяла сейчас ему пуститься в долгие беседы ни о чем, как часто бывало у них с Гарри. Он несомненно был очень интересным и разносторонне подкованным и начитанным собеседником и мог поддержать любую беседу. И что важно, Гарри был очень умным и действительно разбирался в том о чем говорил. Раньше Дэвид задавался вопросом почему док не пошел в бизнес, с его выдающимся умом он бы непременно отвоевал свое место под солнцем, но на все расспросы, тогда еще юного мальчишки доктор Стивенз лишь мечтательно улыбался и молчал.
Ответ Дэвид получил уже много позже, когда увидел, старшего товарища в клинике. Тот был в своей стихии и был очень увлечен и абсолютно счастлив. Его больница была центром его существования, его детищем и, глядя на это, Дэвид захотел чтоб и у него было что-то подобное. Именно поэтому он и основал в свое время собственную фирму. И каждый раз, встречаясь с Гарри, Дэвид непременно вспоминал об этом.
Доктор Стивенз слегка нахмурился и, обойдя парня, открыл дверь кабинета и жестом предложил следовать за ним. Линч если и удивился такому поведению, то вида не подал и, нагнав дока уже в коридоре, снова нетерпеливо спросил.
— Гарри, что с ней?
— Мой мальчик, я очень и очень обеспокоен… — медленно заговорил доктор Стивенз и, сцепив руки за спиной, не спеша двинулся по коридору.
От его слов у Дэвида похолодело внутри, но оставаясь внешне спокойным и собранным, он упорно молчал, внимательно слушая, что еще скажет Гарри.
— То, что ты трудоголик это ладно, тебя уже не исправить, — вздохнул мужчина и мельком взглянув на Дэвида, продолжил свой путь тем же размеренным шагом. — Но зачем ты так мучаешь девочку? С твоим темпом жизни не каждый здоровый нормальный человек справится, что уж говорить об этой малышке, тем более в ее-то положении… — в словах врача слышался легкий упрек.
— В каком положении, Гарри? Что с ней?
Дэвид чувствовал, что его терпение на исходе, а Гарри все продолжал говорить загадками. Неужели так трудно просто ответить на вопрос? К чему все эти лишние разглагольствования?
Линч остановился, как вкопанный посреди коридора с хмурым видом смотрел на Гарри. Доктор Стивенз заметив это, тоже остановился и с интересом посмотрел на Дэвида.
— Только не говори мне, что ты ничего не знаешь, — сказал врач, но увидев на лице парня недоумение, улыбнулся и хитро прищурившись, поинтересовался, — неужели твоя девушка ничего тебе не сказала? И ты сам ничего не заметил? Мальчик мой, прими совет старика: внимательнее следи за невестой и заботься о ней хорошенько. Сейчас ей это необходимо.
— Да в чем дело, Гарри? Что с Ханной? — наконец не выдержал Линч.
Гарри широко улыбнулся и, подойдя к парню, по-отечески похлопал его по плечу.
— Поздравляю, парень, ты скоро станешь отцом!
Дэвид чувствовал себя так, словно на него вылили ведро ледяной воды. Первые секунды он не мог понять, что только что услышал, но когда слова все-таки достигли мозга, он едва слышно проговорил.
— Она… беременна? — приглушенный голос.
— Ну конечно! Судя по снимкам, она уже на шестнадцатой неделе… — врач осекся, заметив, как плотно стиснуты челюсти у парня. — Дэвид, все в порядке?
— Да. Могу я ее увидеть?
Вся тревога за девушку испарилась, сменившись злостью. Ну как она могла, так безответственно относится к своему положению? А все ее вечерние переработки? Да чем вообще думала эта девица? Теперь-то понятны все ее опоздания и вечно бледный и уставший вид. А куда смотрит отец ребенка? Как он вообще мог допускать подобное? И сам Линч хорош, не видел ничего.
Дэвид плотно сжал челюсти, что даже зубы скрипнули.
— Разумеется, — кивнул Гарри. — Следуй за мной.
Заметив резко переменившееся настроение парня, доктор Стивенз, задумался о том какие же отношения связывают этих двоих на самом деле. Увидев, как трепетно и бережно Дэвид нес Ханну на руках, как переживал за нее и не находил себе места, пока врачи обследовали девушку, доктор Стивенз решил, что молодые люди встречаются. А вот теперь мужчина сомневался в этом и переживал о том, не сказал ли он чего-то лишнего.
В полном молчании они дошли до нужной палаты и остановились у двери.
— Дэвид, я… — начал Гарри, но Линч его прервал.
— Все в порядке. Все хорошо.
Доктор Стивенз пристально посмотрел на парня, но так и не смог понять, о чем тот думает.
— Постарайся сильно ее не волновать. Ей это ни к чему. У нее и так сильное утомление. — Линч кивнул в знак согласия. — Я буду у себя, — смущенно и чувствуя себя немного виноватым, Гарри откашлялся и поспешил к себе в кабинет.
— Спасибо, Гарри, — сказал Дэвид вслед врачу и, повернув ручку на двери, собирался войти, как услышал звон разбитого стекла и сдавленный стон.
Ханна медленно приходила в себя. Голова болела так сильно, что казалось, вот-вот расколется на части. Каждое движение отдавалось болью в висках и затылке, а яркий свет резал глаза.
Девушка зажмурилась, и сдавленно застонала. Так плохо ей за всю беременность еще не было. Глубоко вдохнув и мысленно сосчитав до десяти, блондинка медленно выдохнула — боль никуда не делась, но все же стало немного легче.
Ханна снова открыла глаза и огляделась. Перед взором предстало совершенно незнакомое помещение: стены, выкрашенные краской нежно-персикового цвета, высокие белые потолки, большое окно, с опущенными жалюзи, маленькая прямоугольная тумба у дальней стены, на которой стоял выключенный телевизор. Ханна осторожно повернула голову — к кровати был приставлен столик, на котором стоял кувшин с водой. Когда девушка увидела воду, она сразу почувствовала очень сильную жажду.