Любимая игрушка Зверя (СИ)

Поворачиваюсь и встречаю взгляд Зверя. Никогда не думала, что в зеленых глазах может царить такая беспросветная темнота. Кипучая и губительная.
- Что вы... Что вы собираетесь делать? – шепчу сдавленно. – Я не... Я думаю, вы не понимаете, что я...
Он берется за верх моего платья и дергает, раздирая донизу единственным движением. Отбрасывает лоскуты, оставляя в одном лишь нижнем белье.
Прекрасно. Что дальше?
  
Глава 10 
 
- Меня зовут Ирина, - говорю прерывающимся голосом. – А вас как? Ну, по паспорту вы вряд ли Зверем зоветесь. Должно быть какое-то имя.
Сама не представляю, для чего несу подобную чушь. Надеюсь, будто ему будет труднее насиловать меня, если познакомимся поближе и сперва узнаем имена друг друга?
Он накрывает мою грудь ладонями. Жар его тела ощущается даже сквозь плотную материю бюстгальтера. А когда пальцы слегка сжимают мою плоть, подскакиваю, как будто ошпаренная.
У него костяшки стесаны. До костей. Жуткое зрелище. Реально видно, что кости белеют, так сильно мясо ободрано. Кулаки точно кровавое месиво выглядят.
Меня передергивает.
Как ему удается руками двигать? Еще и тискать?
- Вам что, - запинаюсь. – Вам не больно?
Кривая ухмылка.
Он вообще понимает меня? Разбирает человеческую речь? До него хоть часть слов доходит или все мимо проносится?
Вдруг замечаю, сколько у него шрамов. Лицо идеальное. Ни царапин, ни синяков. Чисто. Зато тело как летопись жестоких и чудовищных избиений.
Я всякого насмотреться успела. С разными людьми жизнь сводила. До самого дна опустила. Поэтому сразу различаю следы от пуль и ударов ножа. Ожоги, шрамы, оставленные после открытых переломов.
Развитая мускулатура отвлекает внимание от состояния кожи. Мышцы настолько контрастно и четко выделяются, что страшные отметины едва ли заметны. Вены разбухают и ритмично пульсируют, не позволяют сосредоточиться на ином.
Бурная у него биография. Судя по состоянию тела. Интересно, сколько ему лет? Примерно тридцать? Выходит, как мне?
Господи. Лучше о побеге думать.
- Я замужем, - сообщаю лихорадочно и поднимаю руку, демонстрирую простенькое колечко на безымянном пальце. – Видите?
Он раздирает мой бюстгальтер. Надвое. Отбрасывает прочь, обнажая грудь. Поглаживает соски большими пальцами, заставляя затвердеть. Его прикосновения осторожны и нежны. Никакого напора. Тончайшая ласка.
И от этого еще страшнее. Во рту пересыхает. Внутри зарождается немая истерика. Меня колотит, точно в тропической лихорадке. Но я понимаю, что никакая паника не спасет.
- Пожалуйста, - говорю я. – У меня двое детей. Мальчик и девочка. Мы с мужем должны вернуться домой, иначе им будет страшно. Они совсем маленькие. Проснутся утром, а нас нет. Мою дочку зовут Катя, а сына Дима… если вы не верите, то можете у Коляна спросить, его кличка «Кирпич», это приятель моего мужа, он нас сюда и пригласил, просто на бои посмотреть и…
Зверь отстраняется. Отрывается от меня, но разглядывать не перестает, просто склоняет голову набок, изучает исподлобья.
- Прошу вас, - ощущаю слабый всполох надежды. – Я не… не хочу ничего такого. Мне нужно домой. К детям. Я должна их завтра в школу отвести. Еще и завтрак приготовить. Иначе им будет нечего кушать. Поймите, я даже не знала, что у вас тут бои происходят, муж сказал…
Он вдруг берется за мои лодыжки. Мягко, едва касается. Медленно обводит выпирающие косточки, вынуждает мелко задрожать.
А потом резко дергает на себя, заставляя растянуться на спине, распластаться на кушетке. Встает между моими широко разведенными бедрами, поддевает резинку трусов, медлит, позволяет жадно глотнуть раскаленный воздух и сдергивает последний клочок одежды, причиняя физическую боль, оставляя красные полосы на бледной коже.
Боже. Он не прекратит и не остановится. Бесполезно умолять.
Его руки на моей груди, а к животу прижимается внушительный бугор. Запах крови забивается в ноздри, вызывая тошноту. Дышать тяжело. Невозможно. Я практически теряю сознание.
- Пожалуйста, - накрываю ладонями мощные плечи. – Я хочу выпить. Можно? Я бы совсем чуть-чуть. Пригубить.
 
- Что? – спрашивает Зверь.
- Что? – повторяю на автомате.
- Какие напитки предпочитаешь? – хмыкает.
- Покрепче.
Он ухмыляется и отвечает небрежным кивком. Отпускает меня, направляется в сторону бара, но прежде включает музыку. Что-то тяжелое и мрачное, жесткое.
Значит, слушает и слышит. Понимает, если хочет. На мое семейное положение ему плевать, зато в алкоголе не откажет.
Я поднимаюсь, соскальзываю с кушетки и только теперь замечаю, что по пути в логово хищника лишилась обуви. Мои туфли утрачены, как и одежда. Но глупо жалеть об этих мелочах. Надо выбираться отсюда. Быстро.
Здесь даже окон нет. Везде глухие стены. Подозреваю, через дверь выйти не разрешат. Придется искать другой вариант. Чем скорее, тем лучше.
В объятом отчаянием мозгу зарождается безумная идея.
Но хуже уже не станет. В любом случае. Верно?
Единственный шанс. Второго не светит. Действуй.
Я наклоняюсь и хватаю гантель, прячу за спиной. Тяжелая, зараза. Не успеваю разглядеть вес, обозначенный на ней, но ощущается килограммов на семь, не меньше.
Зверь оборачивается и припечатывает меня взглядом.
Улыбаюсь. Широко. До ушей. Подступаю ближе. Уверенно.
Он явно видит, что я прячу за спиной какой-то предмет, пусть и одной рукой держу, все равно очевидно. Да только не придает этому особого значения. Присаживается у бара, оглядывает бутылки.
- Я хочу вон ту темную, которая в форме черепа, - указываю на одну из самых дальних бутылок, потому как мне нужно, чтобы враг именно туда потянулся. – Если можно.
Зверь выполняет просьбу. Молча. Без вопросов. Подается вперед, чуть наклоняется, начиная извлекать из бара бутылки, чтобы добраться до нужной. Обхватывает мой заказ.
Я подступаю вплотную. Закрываю глаза. И со всей дури бью его гантелью по голове. Вкладываю в удар максимальную силу. Хотя пальцы нервно вибрируют.
Выпускаю тяжесть. Практически сразу. Отскакиваю назад. Боюсь смотреть, только усилием воли заставляю себя разлепить веки и предстать перед истиной. Продолжаю подрагивать.
Мой противник застывает. Кажется, секунда – и обернется. Бросится на меня, обрушит злобу и ярость, на куски порвет. Не просто изнасилует, а убьет. До смерти забьет. Но он падает. Валится на пол.
Нокаут?
Боже. Зажимаю рот ладонями, чтобы не заорать. Как же мне повезло. Отключился. С первого удара сработало.
Я вырубила его.
Господи. А что, если? Что, если… он мертв?
Надо пульс проверить. Стоп. Вдруг гад притворяется? Коснусь его – сам схватит. И тогда точно конец.
Черт.
Черт, черт, черт.
Я все-таки подхожу к нему опять, приближаюсь на негнущихся ногах, дотрагиваюсь до мощной шеи и обливаюсь ледяным потом. Пульс бьет по пальцам, обдает огнем.
Жив. Ну и ладно. Пора сматываться. Он ведь способен очнуться в любой момент. И будет в дикой ярости.
Бросаюсь к двери, поворачиваю ручку. Отлично. Не заперто. Никакой ключ не нужен. Толкаю дверь и обмираю.
Я же голая. Ни клочка ткани. Куда собираюсь бежать в таком виде? Смотрю на себя с ужасом. Понимаю, что еще и чужой кровью перепачкана.
Озираюсь и замечаю вешалку с одеждой, хватаю первую попавшуюся спортивную куртку, надеваю и только после этого выскакиваю за порог, плотно притворяю дверь. Тут же на двух амбалов наталкиваюсь. Охрана? Дружки? Обычные посетители?
- Забыла подарок для Зверя, - сообщаю с очередной насквозь фальшивой улыбкой. – В машине. Сейчас вернусь.
И удираю со всех ног. Никто не пытается меня остановить. Никто не пристает. Никто не рискнет посягнуть на то, что уже выбрал их лидер. Пользуюсь этим сполна.
Выхожу на улицу. Вдыхаю холодный воздух.
Миша. Он же там остался. Что с ним вообще? Глупо на помощь Коляна надеяться. Трус, ничего не сделает. А я сама чем помочь могу? Оглядываюсь назад, но отлично понимаю, что вернуться не сумею.