Волк 10: Лихие 90-е (СИ)

Стало тихо, а потом начались вопросы. А я говорил про комбинат, про то, как вывозили контейнеры, прикрываясь алюминием, а затем через контрабанду нефрита и остальное.
Но этот удар Кравцов запомнит. Уже скоро ему придётся со мной связаться, чтобы я хоть как-то замолчал, раз уж не получилось меня убрать. Даже стрелять ему теперь в меня опасно, обвинения сразу посыпятся на него. Впрочем, он ещё может воспользоваться этим вариантом, а потом надеяться, что пронесёт.
Но отмываться ему придётся долго, а времени у него осталось мало. Меньше месяца.
В палате я пробыл аж больше часа, пока медсестра не выгнала всех, чтобы больной отдыхал. Апрельский сильно жалел, что сам не сможет обо всём написать, но я пообещал, что сразу свяжусь, если всплывёт что-нибудь ещё.
— Босс, — в вестибюле больницы ко мне подошёл Олег. — Тут два типа хотят видеть. Я их проверил, что без оружия.
Оба ждали в стороне, я их не знал. Один — высокий и крепкий мужик с аккуратной бородкой, одетый в потасканный пиджак. Настолько смуглый, что походил на араба. Второй — мордатый, с широкими плечами и накачанными руками, но передвигался он в кресле-коляске, потому что ног ниже колен не было. Сверху была одета камуфляжная куртка.
— Ты Волков? — спросил высокий. — Я Ильдар, а это Павел, — он показал на мужика в коляске. — Мы тут услышали про майора Елагина, хотя ещё утром говорили с ним по телефону.
— Хорошо его знали?
— Да, — хрипло сказал Павел и повернул коляску ко мне. — Он с нами говорил, что ты ему одно дело предлагал на Кавказе, хорошее. Но сегодня его грохнули, и он нас с тобой познакомить не успел.
— Так вот, — Ильдар внимательно посмотрел на меня. — Раз он нас свести не смог, мы сами на тебя вышли. Ещё будешь заниматься? Не передумал? Не испугался?
— Вас-то я и хотел искать, — твёрдо сказал я. — Заниматься этим будем, несмотря ни на что. Добро пожаловать на борт.
  
Глава 18
 
— Парни крутые, — первым же делом сказал Женя, когда их увидел. — Я раз видел, как спецназ работает, там ваще, Волк, не поверишь. Такое творят.
Я не видел, но Женя вряд ли бы стал так говорить просто так.
Эти двое военных в отставке вышли на меня через Славу. Павел и Ильдар явились в больницу проведать Мишаню, думая, что он очнётся и что-нибудь скажет о покушении. Там их и нашёл Слава, который ждал недалеко от палаты, думая, что кто-то может явиться добить раненого.
Они поговорили, Слава им поверил и направил ко мне, а он человек осторожный, кому попало не верит. Так что поработаем и с этими парнями, раз они такие крутые. Посмотрим, что они могут.
Но первое впечатление, когда я объяснил им суть, было положительным. Внимательно выслушали, указали на недостатки в плане, дали ценные советы и принялись обсуждать, как сделали бы сами. И что заставило меня проникнуться к ним уважением — то, что надо вытаскивать, они даже не обсуждали, для них это было естественным.
Их помощь пригодится. В этом деле, которым я начинал заниматься, не поможет юрист за сто баксов в час и знакомства в милиции. Это дело вообще ещё никто у нас в стране не начинал. И я, не будь у меня уверенности в завтрашнем дне, не полез бы во всё это.
Но даже если пережить 90-е, надо будет жить и потом, а для этого нужно набирать влияния, находить полезные знакомства и контакты везде, где можно. А с этой темой мы можем получить значительно много влияния и заработать кучу репутации. Больше, чем с одного только комбината.
И очень желательно не допустить просчётов и избежать судьбы другого человека, который будет заниматься подобным через 20 с лишним лет.
Обсуждали дела весь вечер и часть ночи. Во избежание проблем, окна в гостинице были закрыты наглухо, да и номер был другой, не оформленный на меня. На столе разложили бумаги и карты, а я вкратце сказал своё представление о том, что это за структура может быть, и какие в неё предложения вносил покойный майор Елагин, которым этим делом загорелся. Когда очнётся Мишаня, тоже сможет добавить что-нибудь ещё, он с Елагиным виделся часто.
  
Ильдар и Павел разные. Ильдар говорил в основном по делу, Павел, наоборот, только и трещал обо всём подряд. Ильдар не говорил, откуда он, но Елагин упоминал, что он из разведки. А вот Павел — спецназовец, потерявший ноги в Чечне. Но сами они о своей службе распространялись мало.
Павел иногда гонял свою коляску вокруг стола, подъезжал вплотную, потом отъезжал к стене или к окну. Сильные руки без труда крутили колёса.
— Честно, Волк, такое бы услышал, не поверил, — сказал он, косясь на меня. — Обычно олигархи собирают людей себе в службу безопасности, чтобы их тушки охраняли, а не для того, чтобы по горам носились, людей вызволяли и с чехами воевали. Частная армия, говоришь? Слово-то страшное, частная.
— Согласен. Без причины я бы этим заниматься не стал. Но возможность есть, деньги появились, прикрытие будет.
— Это совсем другие суммы, — подал голос Ильдар и задумался. — И люди нужны.
— Деньги будут, — сказал я. — Мне нужны конкретные предложения, с чего начать. База? Есть. Оружие и остальное? Через месяц будут подвижки, насчёт этого я озабочусь сам, чтобы потом не пришлось трясти с кого-то боеприпасы. Люди с вас, потому что майора убили, а он знал, кто нам подойдёт, и вы должны знать, раз он вас называл. А кто это сделал — тех найдём сами, это я вам обещаю.
— Значит, подытожим, — Ильдар потёр бородку. — У нас будет маскировка, якобы мы посредники, которые зарабатывают комиссией с выкупа пленных. Много кто на этом зарабатывает.
— Ко мне подходили, — добавил Павел. — Чтобы свёл с проводником местным, я же много кого знаю. А я их на*** посылал, а то развелось п***сов всяких, кто на пацанах наших бабки зарабатывает.
— Но легенда хорошая, — заметил Ильдар, — чехи ничего не заподозрят, мы это используем. И платим по факту сами, а не с родственников деньги тянем. Но на самом деле мы собираем самые актуальные данные об обстановке в Чечне у них под носом.
Он проговаривал результаты всей нашей беседы. Женя отошёл к окну и осторожно выглянул наружу через шторку. Там совсем светло, белые ночи в самом разгаре. Проезжавших мимо машин, несмотря на время, было много.
— В дальнейшем, — продолжал Ильдар. — Мы используем эти накопленные данные для анализа, и весь этот расклад будем передавать войскам, когда они начнут новую кампанию. А такого расклада не будет даже в ФСБ.
— Верно, — я кивнул. — Они занимаются подобным, но этого мало, и ресурсов им не дают. Да и достаточно всяких личностей в командовании, кому это мешает зарабатывать.
— Не спорю, надо будет предусмотреть. А ещё примерно через год у нас должен быть боевой отряд, небольшой, для разведки на местности и выполнения особых операций, с лучшей подготовкой и экипировкой. А ещё очень мотивированный. И… не очень стеснённый в методах.
— Прям спецназ, — добавил Павел. — Самые отборные головорезы… только где их взять? Из твоих чоповцев?
— Обучить из добровольцев и найти надёжных профессионалов, кто сидит без дела, — сказал я. — Так, в грубых чертах мы всё обсудили. От вас мне нужен план действий. Несколько планов. Сначала тот, который позволит начать работу с выкупами уже в ближайшее время, чтобы начинать сбор данных. Затем план, как создать структуру для анализа всего этого. А потом про боевой отряд.
— Мы должны сделать? — уточнил Павел.
— А кто ещё? Я не военный. С планом идёте ко мне, и как можно быстрее начинаем работу. Хотя бы начать с кого-то одного, так что много людей не потребуется…
Будто снова проводил планёрку в депо. Только вместо того, чтобы решать, какие тепловозы сегодня будем ремонтировать, сколько «дёргать» цилиндровых комплектов и с какой развалюхи снимать гидромуфту или ТЭД, чтобы побыстрее выдать более работоспособный локомотив с ремонта, решаем совсем другие дела.
— Женя, — я посмотрел на него. Что-то он сегодня мрачный, днём был в ударе, а с вечера сам не свой. — С тебя найти человека, с которым мы будем работать, чтобы вытащить.