Скиталец среди миров (СИ)
— Добро, — я допил залпом пиво и резко поднялся. Деньги еще есть. На жизнь хватит. Если что золотишко ювелирам продам или в ломбард сдам, должны же быть такие здесь.
— Девчонку, откуда взял, верни, — Кнуд осуждающе покачал головой, — Убьют ее тут. Зря потащил с собой.
— Девчонку? — я удивился.
— Здоровый лось, а слепой, как крот, — проворчал старик, — Девка тебя сюда привела. Мать у нее больная. Вот и хватается за любой заработок. Рискует дуреха. Ее шпана местная в кошки — проститутки принуждает пойти. Пока держится. Но это ненадолго. Сломается, — махнул рукой Кнуд и похромал к выходу.
— А вы что? — спросил я в искореженную спину.
— А мы что? Тут таких… — он замялся, — Все!
— Ясно. Ладно, старый, бывай. Через недельку загляну.
— Что? Прям вот так и оставишь хабар на десятки тыщ? — он удивленно уставился на меня.
— Мне тебя Ворон рекомендовал, — я пожал плечами и первым вышел из каморки, являющейся кабинетом трактирщика. Зал гудел от разговоров и громких выкриков. Найдя глазами девочку-проводницу, показал ей головой на выход. Неподалеку от таверны нас уже ждали. Трое крепких парней лет двадцати-двадцати пяти. Они тесной группкой шагнули навстречу девчонке:
— Что, Чуня, кота себе нашла? — оскалился один из них. Невысокий, но коренастый, с неприятным лицом, — А мы к тебе по-хорошему подходили. Не ценишь ты хорошее отношение. По-плохому теперь будет.
Девчуха сжалась и отступила назад, но переборов себя гордо вскинул голову.
— Я же сказала, Рыба. К вам не пойду!
— А мы уже не спрашиваем, — усмехнулся тваренышь, хватая пигалицу за рукав ветхой курточки, — Парни, с этим разберитесь, — он кивнул на меня. Идиот! Я только что спокойно вышел от вояк, которые здесь считаются весомой силой, хоть и нейтральной, не вмешивающейся в местные разборки. Парочка бандитов, едва шагнув в мою сторону, рухнули на грязную мостовую с пробитыми ледяными стрелами головами. Этих я жалеть не собирался. Рыба изумленно замер, а потом завалился на колени, схватившись за голову. Мне нужны были местные расклады, а тут человек сам попросился стать источником информации. Так бы тихо, мирно расспросил Чуню да Кнуда, но если есть кандидат стать донором, зачем отказываться? Спустя несколько минут у нас под ногами валялись три трупа. А девочка испуганно лупала на меня глазенками. Куда такую в проститутки⁈ Она ребенок совсем!
— Что смотришь. Веди, — она часто-часто закивала и засеменила вперед, то и дело оглядываясь на меня, — Тебе сколько лет-то?
— Тринадцать, — буркнула пигалица, с опаской стрельнув глазами в мою сторону. Не зря, значит, я эту троицу кончил.
— С матерью что?
— Болеет, — односложно ответила девчуха. Было видно, что боится она меня до дрожи в коленках.
— Не бойся. Не трону я тебя, — она кивнула, но спина так и осталась напряженной. Мы дошли до места, где я познакомился с Чуней.
— Пришли, — обронила она и исподлобья посмотрела на меня. Опасается, что не заплачу.
— Держи, — я сунул ей в руку бумажку в сто гривен, девчонка недоверчиво уставилась на купюру с портретом папаши нынешнего Великого Князя.
— Тут слишком много, — она с трудом, словно рука была деревянная, протянула мне купюру.
— Нормально, — я тепло улыбнулся ребенку, — Ты рискнула, они нет. Твои деньги по праву.
Девочка серьезно кивнула и сунула деньги куда-то вглубь рванины, в которую была одета.
— До дома дойдешь? Не отберут? Может проводить?
— Не надо, — она мотнула головой, — Пусть только попробуют! — задрала нос мелкая и, смутившись, добавила, — Я знаю тайный путь.
Ребенок! Совсем ребенок!
— Звать тебя как?
— Чуня, — она удивленно уставилась на меня.
— А имя?
Девочка задумчиво наморщила лобик:
— Сольвейг, — неуверенно произнесла она.
— Вот что, Сольвейг. Предлагаю один раз. Мне нужен кто-то, кто знает трущобы. Ну и служанка, — девчонка вскинулась, но промолчала, — На раздумья тебе неделя. Через семь дней буду у Кнуда. Надумаешь раньше приходи, — я назвал ей адрес пансионата, — Только одежду поприличней купи. Не жадничай, жалованием не обижу. Все, бывай.
Зачем я ей решил помочь? Да опять же, потому что могу. А еще понравилось, что не ломается мелкая. Гордо голову держит. Рисковая, правда, чересчур, но тут иначе никак. Я вот в первых своих жизнях после переноса, так не мог. Слабый был. Духом в первую очередь. Так что шанс свой она заработала, теперь пусть сама решает, использовать его или нет.
До пансионата добрался без приключений. По пути зашел поужинать в уютный ресторанчик, так что сразу по прибытию, залез в душ и завалился спать.
Три последующих дня прошли так же спокойно. Сольвейг так и не появилась, видимо не решилась довериться хладнокровному убийце, коим я, по сути, в ее глазах и являюсь. Я бродил по городу, захаживал в магазины, приглядывался к жизни в городе. А на четвертый ранним утром меня разбудил звук открываемой снаружи двери, и в мою комнату ввалилось четверо мужчин в форме, за спинами которых мелькала злорадная крысиная мордочка Магды. Заметив, что я не сплю, один из них рявкнул, шарахнув мне под ноги льдом:
— Мордой в пол, быстро! Ты арестован!