Урощая Прерикон (СИ)

— Варвары, какие же вы варвары…
— Это дикари твои, голозадые, варвары! А фто мы-то? Думаефь нам было в удовольствие терпеть ее капризы? Только как же еще? Оставь ее на ранфо, так Толлварды прознают и домой вернут, и охраной ее там окружат, и тогда уж не подберешься к Энни! Но ты, кажется, не понимаешь, фто это за девка. Она ж не принцесса какая-нибудь тебе, не из знати! Я ее еще козявки метавшей помню, от мальшишек неотлифимой. Теперь вот похорошела и строит из себя… — он прервался, чтобы с досадой пнуть подвернувшийся ему под ногу огарок, который ранее изрыгнуло пламя. Подобно фейерверку, головешка унеслась в темноту ночи, оставляя за собой след из искр, и растаяла в сырости под дождем — … не пойми фто!
— Тебе виднее, как у вас там, в деревне, принято, а все-таки с женщинами, по моему мнению, так нельзя обращаться, с силой! — ответил Мираж, скрестив руки на груди, — с мужчинами — сколько угодно…
Пит пожал плечами, прошелся взад-вперед, собираясь с мыслями, и продолжил:
— Между вторым и третьим раундом Трентон мне подсказал, будто я сам не знаю, фтобы если дело совсем туго пойдет, я схватил его, как быфка за шею, заклинфевал, знафит, прижал к ограде и намял ему бока! Ну, я так и сделал — куда деваться? — загнал его в угол, схватил и давай бить по корпусу! Он вырвался — я опять схватил, и еще пару раз так было, пока, наконец, не положил его ударом в пефень, так и стал фемпионом! Это, оказывается, главный фаворит был, о фем я только потом узнал от Форреста, а пофувствовал с первого удара.
Ужинали в «Ламберджеке» и Форрест мне за победу заказал гору куропаток на вертеле, но только я есть не смог, у меня ведь зубы, то есть нет их! Думаю, он с тем расфетом и заказывал, фтобы на Трентона, себя и Энни, а я только пил в тот вефер, да… — Пит с тоской посмотрел на пустую флягу, отцепил ее от пояса и попытался вытряхнуть еше хоть каплю на язык, но ничего не получилось.
— Фто же до родео, то оно теперь только в Брэйввилле настоящее и осталось, исконное, знафится, вельдское. Они там, в Брэйввилле, традицию хранят, там вокруг бофенков ездят, а не по ним катящимся бегут, как эти клоуны, стиллуотерцы. У нас в семье по родео Трентон большой мастер! Он в свои пятнадцать уже среди мужчин выступал и побеждал. Весь чулан на втором этаже его наградами забит. Только лет в семнадцать он до того вырос, фто даже мизером приложенной силы животных калефил и убивал, а это совсем не по традиции, скажу я тебе! Первые проблемы нафались, когда он быфка свалил однажды, нафал вязать, но слуфайно свернул ему шею в процессе…
— Не уверен, можно ли случайно свернуть шею бычку? — с сомнением в голосе заметил Мираж.
— Поверь мне, можно! — ответил Пит, взмахнув своей палкой. — Потом еще было… Оседлал он быфка как-то раз, да только, видно, больно хилый быфок попался, так как он его не сбросил, Трентона-то, а так под ним и помер…
— Спина не выдержала? — предположил Мираж.
— Да, не… Если бы! Это бы еще простили! — ответил Пит, — он специально зверюгу заездил. Больно сильно в первый раз бык взбрыкнул — не понравилось ему, понимаешь, какой бык дерзкий! Вот он и… Захотел его проуфить и доуфил до бифштекса! Сам его и съел пофти всего, так как папке пришлось его тушу у хозяина выкупить, фтобы замять все, а вести домой было не с руки, довелось бы нанимать телегу. Знаешь, все эти лишние, непредвиденные траты — отец их ой как не любил, ну а кто любит? Их к тому же поджимало время, а Трентон… Трентон один такой обжора, который может пол быка за раз увалить, больше таких не знаю, ну разве фто наш Джек. Но и тут я не уверен, ведь Трентон его покрупнее будет! Даже и не знаю, кто бы из них победил, если б так сложилось, фто пришлось бы им сойтись в рукопашной схватке…
— По-моему, ты недооцениваешь Джека. Он и побольше себя валил дубы в бытность боксером в «Пекле»! — заявил Мираж, прекрасно зная, какую реакцию вызовет у Пита эта новость. Ковбоя словно кипятком ошпарили.
— Джек дрался в «Пекле»?! — спросил пораженный Пит, — нет, я знал, конефно, фто он боксер каких поискать, но фто он в «Пекле» дрался… Нет, сэр, скажу фестно, об этом я и не подозревал! А я тут распинаюсь, понимаешь, какой я молодец, а здесь, среди нас, оказывается, есть тот, кто в «Пекле» дрался… Ну, если правда твоя, друг, а я в этом не сомневаюсь, то тогда все не так просто… А говорят ведь еше, фто тот, кто в «Пекле» нафинает, там и заканфивает! Тоже враки, выходит? Как с волосатыми стиллуотерскими женшинами?
 
— Как знать, Пит! Как знать! Время покажет… — ответил Мираж, задумчиво глядя сквозь пламя костра.
— Постой, это он тебе сказал, фто в Пекле дрался? Или ты сам как-то выяснил? — не унимался возбужденный Пит.
— А я не боец, не зритель и не фанат вообше бокса! Просто доводилось бывать в «Пекле» в то время. Имел дела с тамошним дьяволом, если можно так выразиться… Вот и видел как-то раз, как он выступал… — Мираж похлопал по спине спящего Джека, и тот, не просыпаясь, что-то неразборчиво промычал. — Скажу тебе, то еще зрелище: на любителя бессмысленной жестокости, искусства бокса там еще меньше, чем у вас в Стамптауне. Джек, наверное, и не знает даже о том, что я видел его минуты славы! Пускай так и остается, а то ведь все уши мне прожужжит…
— Не боись, я могила. А Джек умеет удивлять, сукин сын! — воскликнул Пит. — Знаешь, мне даже о родео расхотелось как-то рассказывать, в конце концов фего ты там не видел, друг! Да, сэр, нас ждал успех! Мы и в Брэйввилле подняли денег, а потом… Потом слуфилось кое-фто, мы рассорились… Да, пожалуй, это и так можно назвать… Рассорились, ну, как бывает, когда у компании много денег и есть разные мысли на сфет того, как их потратить… В общем я ее украл!
— Украл кого? Энни? У братьев? — спросил Мираж, уже давно подозревавший поворот наподобие этого. Чтобы три самца на одну самку, да еще и миром разошлись? Мираж, конечно, верил в человечество, но не настолько!
Пит хотел было ответить, но тут под телегой фто-то зашуршало и раздался резкий, каркающий голос:
— Чего-о-о? Пекло! Ты сказал: «Пекло»?! — крики ковбоя разбудили Билла, и древний старик не замедлил подать признак жизни, раз уж речь зашла на такие темы.
— Да не переживай ты так, Старина! — рассмеялся Мираж. — Ад — слишком новый институт! Тем, кто старше семидесяти, вход туда закрыт. Их, как и раньше, уносят волны Стикса! Увидишь ты еще своих друзей, Билл, Старина! Увидишь непременно!
Билл только фыркнул возмущенно, как делает Бо Джека, когда хозяин пытается заставить ее бежать быстрее, затем зашелся страшным кашлем и затих… Но не на веки вечные.
— Так что там с Энни, Пит? — спросил Мираж, видя, что Билл успокоился, — ты, говоришь, украл ее?
Ковбой отбросил палку в сторону, снял шляпу и кивнул. Он вертел свою десятигалонную в руках в нерешительности, которая была ему несвойственна. Засовывал в нее пальцы и касался ее изнутри. Так продолжалось какое-то время, и Мираж терпеливо ждал, потом ковбой присел перед ним на корточки и заговорил:
— Да, сэр, я ее украл! Но все по порядку… Дело было уже по возвращению домой из Брэйввилля. Во весь путь назад братья постоянно о фем-то шептались за моей спиной. Форрест настаивал, а Трентон возражал и злился. Потом они, кажется, примирились и Трентон успокоился. Я в это время на Энни пялился, а она прятала глаза, строила из себя недотрогу, понимаешь? — улыбнулся Пит.
— Мы опять заехали в Стамптаун по пути на ранфо и нофевали в «Тихом омуте» — гостинице, которая славится своим негостеприимством, — увидев, что Мираж нахмурился, Пит поспешил объяснится. — Да, сэр! Именно так: негостеприимством, я тоже снафала не понял! Как это так, фтобы гостиница и гостей не принимала? На фто же она тогда нужна такая? — Как выяснилось, гостей в «Тихом омуте» все-таки принимают, просто им не рады! — сказал Пит с таким выражением лица и тоном голоса, словно открывал собеседнику ответ на одну из сложнейших загадок сфинкса.
 
— Ну, я уснул, а братья меня бросили, пока я дрых. Уехали с Энни и не заплатили даже за постой. Они сказали хозяину гостиницы, фтобы с меня спросил деньги, которых нет! Когда я проснулся, их уж и след простыл. Ну, я вниз сбежал, а там этот хозяин, фто да как, спрашивает. Он объяснил мне ситуацию. Когда, говорит, мне заплатят! Я сунул руку в карман, а там ветер гуляет! Вынул, посмотрел, а в ней перекати поле — клубок из ниток, понимаефь? Слипшихся вместе, как комок кошачьей шерсти. Штаны-то старые были! Они на родео пофти в рвань превратились. Как раз новые хотел купить, — Пит посмотрел на свои новые штаны, — мне ж тоже фасть от выигрыша прифиталась, а братья решили пересмотреть наш уговор. Этот старый ферт из «Тихого омута» едва взгляд мой увидел, так сразу и рассвирепел, сказал: «У нас, в Стамптауне, таких как ты, лодырей, бревнами давят!» Будто я не знаю, как в Стамптауне дела делаются…