От звезды до звезды. Беглецы (СИ)

Шенай поднял взгляд и снова улыбнулся.
– Да, цена высока, – сказал он. – Поэтому мы тоже готовы заплатить довольно внушительную сумму. Поэтому мы ищем не только быстрый, но и проверенный корабль. Тех, кто не попытается свернуть налево. Вам, приношу извинения, деваться уже некуда. Вас знают все.
Йонге откинулся в кресле. Рудольф прекратил вертеть чашку, оглянулся и, не найдя, куда пристроить, поставил прямо на активную поверхность стола.
– Хорошо. Что за специфика?
– Рыбы, – Шенай погладил перстень. – Рыбы-разведчики.
– А эти ваши рыбы, они в гибернации?
Шенай покачал головой.
– Живой груз. Перевозятся в аквариумном контейнере.
На этот раз сдержаться не получилось, и Йонге тяжело вздохнул.
– Нет. Очень жаль, но у нас другой тип судна. На нем нет таких систем жизнеобеспечения, – Йонге подавил следующий вздох. Отзывы, бабло и место в рейтинге уплывали в голубую даль. – Вам придется поискать другой корабль. Класс “Джерико” – у них эта специализация.
– Verarsche, – буркнул Рудольф.
– А это не ваша проблема, – господин Шенай вновь прищурился. – От вас только двадцать четыре часа, за которые вы должны доставить груз.
Йонге пытался нащупать подвох, и пауза затянулась. Шенай вздохнул и заложил ногу на ногу.
– Вы представляете, сколько стоит развернуть производство на стороне заказчика? Или нанять гигантский транспортник вроде “Джерико”? И сколько должен в итоге заплатить конечный покупатель, чтобы покрыть наши расходы? Та цена, которую вы здесь видели, – он ткнул в стол, – ничтожна по сравнению с обычными затратами.
Йонге развел руками, признавая поражение на ниве бизнес-планирования. Шенай улыбнулся. Широко и открыто, но глаза оставались неподвижными. Гораздо неподвижнее, чем камень в перстне.
– И далеко лететь? – подал голос Рудольф.
– В сектор Альтеи.
Йонге чуть не присвистнул. Альтеянцы обосновались в труднодоступных местах: весь их сектор изобиловал аномалиями грави-ландшафта и петли спейсштрассе осторожно ползли от маяка к маяку. Торчать там можно было до чертиков, а по стандарту – дня три.
– Доставьте их быстро. Мы гарантируем самые положительные отзывы в вашем рейтинге.
– Какие-нибудь ваши коллеги по бизнесу собираются гоняться за нами по галактике? – уточнил Рудольф. – С целью покрыть свои расходы и подвести нам сальдо?
Шенай захохотал. Искренне и со вкусом, хлопая себя по коленям. Смех был так заразителен, что Йонге тоже улыбнулся. Рудольф пробовал сохранить серьезное выражение, но уголки губ все равно подергивались.
Просмеявшись, Шенай погрозил им пальцем.
– Так вы беретесь?
Йонге подумал пару секунд и махнул рукой.
– Ордер, бортовой список, прочие документы?
Шенай снова пошевелил пальцем на столе, но вместо явления какого-нибудь специалиста по страхованию произошло формирование голограммы со стандартным пакетом документов. Йонге молча протянул руку, и документы выразительно свернулись в трубочку, прежде чем так же наглядно нырнуть в браслет.
Йонге сразу отправил весь пакет на “Фелицию”. Читать юридические абракадабры не мог ни один нормальный человек, поэтому на искины ставилась стандартная программа “Юрист+”, отрабатывающая шедевры торгового крючкотворства.
Пакет шел невыносимо медленно. Шенай приподнял черную, словно нарисованную бровь.
– Связь плохая, – почти извиняясь, объяснил Йонге. – Борт на Сельве стоит.
Туршк уселся в кресле поудобнее, закинул нога на ногу и устроил оба локтя на колене.
“Запрос принят в обработку”, – проснулась Фелиция.
“По кодексу Найхави проверь”, – напомнил Йонге.
“Спасибо, первый пилот, я учитываю”, – обиженно отозвался искин.
Задумчиво подперев подбородок, туршк переводил взгляд с одного напарника на другого. Черные глаза поблескивали.
“Договор стандартный, отклонений нет”, – отрапортовала Фелиция.
– И последний вопрос, – Йонге опять постарался сохранить бесстрастное лицо. – Когда?
– Если вы согласны – мы запускаем производство. Через семь дней вы должны принять груз.
Рудольф с легким интересом разглядывал стол. Йонге мгновенно подсчитал оставшиеся сроки охоты, сроки предварительного задержания и почти расплылся в улыбке.
 
– Беремся.
Господин Шенай незамедлительно протянул руку: над ладонью сформировался код оферты. Йонге отчаянно попробовал заново прикинуть все варианты, сдался и тоже протянул руку.
Голубой код слился с синим, на мгновение голограммы смазались, а затем каждый получил на браслет торжественную и четкую завершительную эмблему.
Шенай отнял руку и вновь погладил перстень.
– Теперь о специфике. Это нейробионическая система сбора данных, основанная на вариативном гене. У них крайне развита стайная эмпатия, практически можно сказать, что они разумны. Правда, поговорить вы не сможете, все управление построено на отдельном языке.
– В накладных эти эксперименты как пойдут? – влез Рудольф.
– Хрящевые рыбы. И шесть обслуживающих кибериков.
– А чего сразу про кибериков не сказали? – возмутился Рудольф.
– Может быть, вы из движения неолуддитов? – тонко пошутил Шенай.
– Просто это дополнительный контроль, – Рудольф выразительно покрутил пальцами. – Знаю как минимум четыре случая, когда пластиковые мозги крупно ехали.
– В нашем случае это всего лишь управляющая среда. И, конечно, охрана, не буду скрывать.
– Ключи на кибериков будут? – Рудольф продолжил гнуть свою линию.
Шенай поднял бровь. Йонге покосился на Рудольфа и увидел то же самое. Оппоненты напоминали драматических актеров.
– А патентованные гарантии на прыжок будут? – вернул пас господин Шенай.
Рудольф нахмурился. Победа осталась на стороне заказчика. Йонге силой загнал напряжение, поднимавшееся по позвоночнику, обратно в копчик.
– Давайте будем объективны, – Шенай сложил пальцы шалашиком. – Вы не самый надежный вариант, но самый подходящий в данном случае. Бизнес всегда построен на риске. Как с нашей стороны, так и с вашей.
– Ну…
Йонге так и не закончил глубокомысленное начало. Он действительно не слишком разбирался в большом бизнесе и не мог настолько вникнуть в логику заказчика, чтобы найти там дыры и противоречия. Каждый имел что-то себе на уме, а кто не хотел рисковать – сидел на нищих госзаказах.
– Прекрасно. И как символ нашего успешного сотрудничества… – Шенай наклонился и вновь раскрыл ладонь, вызывая голограмму.
Йонге машинально протянул руку, и туршк поймал его за пальцы. Помедлил, снова глядя в сторону. Йонге наконец-то догадался, что представитель компании постоянно на связи со своим боссом.
– Ваш аванс.
Потрескивание линии связи, передающей драгоценную информацию, Йонге практически чувствовал каждым волоском – как электричество гипериона.
  *
Остров купался во влажных тропических запахах. Развлекательная часть программы вспыхивала фейерверками из-за высоких крон.
– Старик, я тебя страсть как уважаю, – Рудольф энергично похлопал Йонге по плечу. – Я бы в жизни не смог с этой макакой крашеной общаться! Скользкий – так в рожу и просит.
Другой рукой механик бережно прижимал к груди коробку с легкомысленным бантом. В честь удачно завершенной сделки, механик ничтоже сумняшеся вытребовал у Шеная презент — туршские сладости в ассортименте.
– Не такой уж и крашеный, – рассеянно заметил Йонге. – Это генотип, ты вон белобрысый.
– Да у него глаза накрашены, – возмутился Рудольф, обдирая акацию.
– Наверное, татуировка, – все так же рассеянно откликнулся Йонге.
Куда больше крашеных глаз господина Шеная Йонге интересовала полетная карта и грузовая спецификация, которые должны были прийти на личный адрес. Он уже несколько раз обновил запрос к серверной точке, но список писем оставался неизменен. Последним маячило уведомление о запрете выезда с Эйрики и страшно мозолило глаза.