Остров Мертвецов (ЛП)

Я вспомнил, как он стоял на этом самом крыльце, когда мы были детьми, вырезая наши имена на одном из деревянных столбов новыми перочинными ножами, которые Лютер подарил каждому из нас. Он случайно отдал мне тот, на котором было выгравировано имя Маверика, а мой — ему. Но мы не стали меняться ими, решив, что нам нравится идея убивать наших врагов клинками с именем брата, выгравированном на нем, потому что тогда мы бы убивали друг за друга. Но теперь… мы хотели убить только друг друга.
***
Мы взяли перерыв на пару дней, и никто не говорил об этом, но я был уверен, что все мы просто хотели побыть рядом друг с другом. Мы ели каждый раз вместе, даже когда почти ничего не говорили, и мое сердце наконец-то начало приходить в норму после случившегося. Я был далек от того, чтобы простить отца за его выходки, но должен был признать, что испытал гребенное облегчение, узнав, что он больше не жаждет крови моей девочки. Это было сильнейшее облегчение после бесконечного страха. Она была дома, и она могла остаться. И это было единственное, чего я по-настоящему хотел на протяжении последних десяти лет.
Утром, когда Джей-Джей спал, я направился в его комнату, стараясь не потревожить его, и принялся искать вторую книгу «Сумеречной саги». Я пытался применить больше тактики Эдварда Каллена, но был почти уверен, что она не сработает.
Раздался щелчок пистолета, и я обернулся, обнаружив, что Джей-Джей, прищурившись, смотрит на меня со своей кровати, целясь пистолетом мне в голову.
— Какого хрена ты творишь? — сонно спросил он, кладя пистолет на тумбочку.
Я помахал ему «Сумерками». — Ищу вторую книгу. И, кстати, я не совсем понимаю, чему, по-твоему, я должен научиться из этих книг. Я делаю все, что делал Эдвард: слежу за ней, защищаю, даже смотрю, как она спит, а Роуг все равно не хочет меня.
— Ты все еще смотришь, как она спит? — Джей-Джей зарычал, и я пожал плечами, запихивая «Сумерки» обратно на полку.
Джей-Джей вскочил с кровати, с хмурым видом схватив ее с того места, куда я ее поставил. — Она должна стоять не здесь, а со всеми остальными. И, чувак, ты совершенно упускаешь суть. Если ты хочешь учиться по этим книгам, тебе следовало обратиться ко мне за советом.
— Ну и что я делаю не так? — Прорычал я. — Ты сказал, что эти истории — это то, чего хотят женщины, и все такое, так почему же у меня с ней ничего не получается? — Я скрестил руки на груди, и он покачал головой.
— Эдвард Каллен — это фантазия, но ты не хочешь быть Эдвардом Калленом, — сказал он так, словно это имело смысл. Определенно не имело.
— Я запутался, — сказал я, и он вздохнул.
— Эдвард — воплощение эротической мечты, он будет одержимо влюблен в тебя, защитит тебя от всего зла, умрет за тебя, и это здорово как концепция, но в реальной жизни? Не так уж. — Он просмотрел свои книги, рассматривая каждую. — Ты хочешь иметь элементы Эдварда, но тебе также нужно быть Джейкобом с небольшой примесью Чарли.
— Отец Беллы? — Я сморщил нос, чертовски сбитый с толку.
— Да, — сказал он. — И забудь о Белле, мы говорим о Роуг, а также о любой девушке, читающей «Сумерки», понимаешь?
— Нет, но продолжай, — подбодрил я.
— Эдвард любит одержимо, и он чертовски сексуален, но Джейкоб — ее лучший друг, а Чарли — зрелый человек, который знает, когда отступить и дать женщине пространство. Так что ты должен быть всеми тремя, когда это нужно.
— И откуда мне знать, когда быть Джейкобом, а когда Эдвардом? — Я нахмурился.
— Послушай, дело не в том, чтобы быть кем-то другим. Ты великолепен, чувак, — раздраженно сказал Джей-Джей.
— Но ты только что сказал…
Он со вздохом схватил книгу, затем повернулся ко мне и с широкой ухмылкой ткнул ее мне в грудь. — Срань господня, у меня есть ответ.
— На что?
— Просто прочти это, — прорычал он, и я посмотрел на книгу, когда взял ее в руки. На обложке была девушка с сиреневыми волосами, одетая в черное платье, выглядевшая такой загадочной и все такое. Книга называлась: «Темные фейри».
  
— Это фэнтези?
— Да, горячее фэнтези. Это как «Сумерки», если бы все постоянно трахались и убивали друг друга. В ней есть банды, и от ненависти до любви, и у тебя будет стояк от каждой второй главы.
— Хм, хорошо, — согласился я. — И это поможет с Роуг?
— Определенно, — сказал он. — Просто сосредоточься на характере Леона. У него есть ответы. — Он выглядел серьезно взволнованным чем-то, но я понятия не имел, чем именно.
— Хорошо, — сказал я, мое настроение немного улучшилось, так как я надеялся, что это действительно поможет мне разобраться с Роуг. Я был полон решимости сделать ее счастливой, и, возможно, эта книга поможет мне в этом. Потому что, если серьезно, мне было стыдно за то, насколько бесполезным я был с ней. Я всегда был так плох с женщинами или это просто потому, что это была Роуг Истон, и она вызывала у меня желание привязать ее к своей спине и носить с собой повсюду, куда бы я ни пошел, просто чтобы быть уверенным, что она никогда больше не уедет из города?
Джей-Джей хлопнул меня по лицу. — А теперь отвали, брат, я хочу снова лечь спать.
Я рассмеялся, выходя из комнаты и направляясь через коридор к комнате Роуг. Вскоре я был в ее спальне, сел в кресло у ее кровати, бросил Дворняге немного лакомств и начал читать, переводя взгляд со страниц на ее умиротворенное лицо, пока она спала. Это чертовски отвлекало.
Через пару часов я твердо присоединился к команде Габриэля в книге и не понимал, о чем говорил Джей-Джей, когда просил, чтобы я брал пример с Леона. Габриэль был единственной настоящей парой этой девушки, и он знал это, конечно, он вел себя как мудак, но я предполагал, что рано или поздно он это поймет.
Я оставил книгу в своей комнате, пока принимал душ, и придумал план провести немного времени с Роуг этим утром. Я надел плавки и собрал для нас сумку, после чего спустился на кухню и приготовил фрукты и мюсли к пробуждению парней. Затем я упаковал в джип Роуг наши доски для серфинга, положил свою сумку спереди и направился обратно наверх, чтобы забрать ее.
В прошлый раз она не оценила мой ход с похищением, так что на этот раз я попробую кое-что другое…
Дворняга тявкнул, когда я вошел в комнату, и я не потрудился утихомирить его лакомствами, а подошел к кровати и подождал, не пошевелится ли она. Неа.
Я схватил ее одеяло и одним плавным движением сорвал его с нее, бросив на пол. Она подтянула ноги к груди, но не проснулась, и я весело фыркнул. На ней была футболка «Роллинг Стоунз», которая, как я был уверен, принадлежала Джей-Джею, и я подумал, не стоит ли мне начать оставлять свои футболки, чтобы она их воровала. Мне бы, конечно, хотелось посмотреть, как она разгуливает в моих вещах, но она, вероятно, не стала бы этого делать просто назло мне.
— Доброе утро, колибри, — позвал я, но она не ответила. Я взобрался на кровать, встав по обе стороны от нее, затем начал прыгать, заставляя ее подпрыгивать на матрасе.
— Землетрясение, — пробормотала она. — Беги, пес.
Я опустился на колени и сел на нее, заставив ее хрипло выдохнуть, и ее глаза, наконец, затрепетали и открылись.
— Барсук, — прохрипела она. — Почему ты сидишь на мне?
— Потому что мы собираемся кое-куда поехать.
— Нееет, — простонала она, драматично прикрывая глаза рукой.
— У меня есть пирожные, — сказал я. — И если мы не отправимся сейчас, то пропустим прилив. Разве ты не хочешь заняться серфингом? — Соблазнительно сказал я ей на ухо, и она задрожала подо мной.
— Я хочу мороженое с посыпкой и шоколадным соусом, — пробормотала она, не открывая глаз, пока я убирал ее руку от лица.
— Сейчас восемь утра. — Я нахмурился.
— И эта девушка не встанет с постели раньше девяти, если не сможет съесть не менее трех шариков мороженного, Барсук.
Я фыркнул. — Ладно. Мы купим его по дороге. Одевайся. — Я поцеловал ее в лоб, а затем слез с кровати и подождал, пока она встанет.