Остров Мертвецов (ЛП)

Я нахмурилась, подумав о Джей-Джее, и гадая, какого хрена я делаю. Я трахалась с ним буквально этим утром, коротала время в его объятиях, пока Фокс был на пробежке, и выдыхала его имя так, словно он давал мне дыхание, а теперь моя кожа покрылась мурашками в предвкушении встречи с Риком.
Но мы говорили именно об этом. О странной связи между нами пятерыми и о том, что она не поддается никакой логике. Даже гнев и ненависть, обиды и предательство, омрачавшие наши отношения, не смогли ослабить узы, которые связывали нас. Возможно, это было безумием, но я почему-то не могла заставить себя думать, что это неправильно. И мне надоело жить по стандартам, установленным другими людьми. Я дала себе клятву быть свободной и красть счастье везде, где только можно, поэтому я не собиралась переосмысливать все это. Я принимала жизнь и жила ради хорошего, и мне оставалось только надеяться, что если я украду достаточно счастья, то смогу заполнить им некоторые пустые части моей души.
Я, спотыкаясь, вышла из душа, немного менее разгоряченная и, на самом деле, ничуть не менее возбужденная, а затем быстро натянула сверкающее платье с парой туфель на массивных белых каблуках, которые купил мне Джей-Джей, и вслед за этим мои трусики с Зеленым Могучим Рейнджером. Я прекрасно понимала, что Маверик велел мне не надевать их, но я также не собиралась быть для него хорошей маленькой сабмиссивом, так что ему придется с этим смириться, потому что — пошел он. Но «пошел он» в хорошем смысле этого слова, потому что я была совершенно уверена, что ночь шла именно к этому, и я была просто ослепленной членом девушкой, бредущей по аллее из членов, преследуя оргазм.
А что еще оставалось делать мертвой девушке?
Мне было чертовски скучно с тех пор, как ушла Роуг. И это заставило меня осознать, что мне было скучно много лет, прежде чем она вернулась в мою жизнь. И эта скука привела к тому, что я стал убивать людей только для того, чтобы почувствовать, как жизнь покидает их тело, и забрать себе частичку этой жизни после их смерти. Но это никогда не длилось долго. Я всегда возвращался к привычному небытию своей жизни, имея в компании только голову, полную мрачных воспоминаний.
Я не играл в свою маленькую русскую рулетку с тех пор, как Роуг выбросила мой револьвер, но сегодня вечером один из моих людей появился с ним у моей двери. Как только он оказался в моих руках и кошмары начали кружить в моем сознании, искушение стало слишком велико, чтобы его игнорировать.
Итак, всего несколько часов назад я стоял на своем балконе, приставил револьвер к виску с одной заряженной пулей в барабане и нажал на спусковой крючок, но впервые с тех пор, как я завел эту традицию, я заколебался. Всего лишь миг безумия в озере смертельного спокойствия. Мой безумный миг принадлежал Роуг, мысли о ее губах на моих, о ее улыбке на моих губах. Но я все равно нажал на курок, чтобы посмотреть, жаждет ли меня смерть. Я думаю, что у нее были другие дела сегодня вечером, и я снова остался на этой земле, чтобы увидеть смерть «Арлекинов».
Звонок Роуг был тем, на который я тихо надеялся с тех пор, как она ушла. Я ожидал сообщения, которое так и не пришло. Я даже подумывал связаться с ней, прежде чем понял, что не только не знаю ее номера, но и буду дураком, если рискну, чтобы один из «Арлекинов» нашел мое сообщение, если они окажутся рядом с ней.
Я представлял, как каждый из них трахает ее в мельчайших подробностях, а потом я перерезаю им горло и наношу удары ножом, пока они не истекут кровью, как только закончат с моей девочкой. Фантазии всегда были такими. Они полностью овладевали девушкой, которую мы все когда-то любили, а я просто наблюдал за этим шоу, пока мои пальцы не подрагивали и мне не хотелось посмотреть, как они умирают. Однако я наконец избавился от этого.
Мои мысли были заняты ею, и она загоняла меня в ловушку. Но я не собирался позволять ей больше влиять на меня.
  
Роуг Истон была отвлекающим фактором, но мой взгляд снова был сосредоточен, и я не позволю себе снова отвлечься. Моим долгом было уничтожить «Арлекинов», и она поможет мне в этом начинании. И если она трахалась с каждым из них, чтобы добиться своего, это не имело для меня никакого значения.
Я сидел в тускло освещенной кабинке в «Подземелье» напротив Кайзера Роузвуда, а рядом со мной была его падчерица, и ее рука лежала на моем колене под столом. У меня не было аппетита, но я заставил себя поужинать с ним, направляя разговор в сторону поместья Роузвуд.
— Как продвигается ремонт? — Спросил я, когда Кайзер откусил большой кусок от своего буррито.
Он постоянно отвлекался на разговоры с людьми в этом заведении, очевидно, зная половину клиентуры. Он был светским человеком, любившим покер, виски и оружие. Меня еще не приглашали на один из нелегальных вечеров покера, которые он устраивал в своем поместье, но я рассчитывал получить приглашение сегодня вечером. Как только я окажусь на его территории, я смогу ознакомиться с местностью, выяснить, сколько работ он проделал, сделал ли он что-нибудь со склепом, и, может быть, даже устрою себе экскурсию.
— Медленно, — сказал Кайзер со вздохом. — В наши дни хороших работников не найти. Нужно вернуть рабство, это единственный способ ответственно выполнять работу.
Я боролся с тем, чтобы мои губы не скривились от отвращения. Этому ублюдку требовалась пара хороших пуль между глаз, чтобы оживить его дерьмовую физиономию. Своими блестящими черными волосами он напоминал хорошо смазанный старый мотоцикл, а его голос был похож на глубокий гул двигателя. Под черным пиджаком он был одет в бордовую рубашку с расстегнутыми до груди пуговицами, обнажая золотую цепочку с гербом Роузвуда, притаившуюся среди темных волос. Его наряд смутил бы любого другого, но у Кайзера было много друзей в городе, и никто не осмеливался злить его, указывая на его неудачное чувство стиля. Включая меня.
Он устраивал кучу подпольных игорных вечеров на моей территории, и я получал небольшую долю за то, что закрывал на все это глаза, но я прекрасно понимал, что Кайзер использует поместье Роузвуд как своего рода частное казино для богатых засранцев из города, и не только мой карман он пополнял. В его ближайшем окружении были и копы, которые, по словам Миа, обедали у него дома и, без сомнения, играли в азартные игры, находясь там. Если бы я был Фоксом Арлекином, меня бы насторожило то количество власти, которое Кайзер потихоньку накапливал в Сансет-Коув, и я невольно задался вопросом, знает ли он, как быстро этот засранец создает сеть своих собственных гангстеров прямо у него под носом. Повезло, что я не Фокс Арлекин.
— Папочка, — надув губы, отругала его Миа. — Это некрасиво.
— О, я просто шучу, Ми-Ми, — проворковал он, перегибаясь через стол, чтобы чмокнуть ее в нос. Кем она была, гребаным восьмилетним ребенком?
— Если тебе нужны хорошие работники, я мог бы одолжить тебе кого-нибудь из моих людей. За разумную цену, конечно, — предложил я, убирая руку Мии со своего колена и целуя тыльную сторону ее ладони, притворяясь, что я без ума от любви и все такое прочее.
— Хм. — Кайзер доел буррито и облизал пальцы. — Я подумаю над этим, Мав. Спасибо за предложение.
Я презирал то, что он называл меня Мав.
Он ущипнул официантку за задницу, чтобы привлечь ее внимание, и я уставился на этого скользкого ублюдка, когда он притянул ее ближе к столу за голую ляжку. Она выглядела так, будто собиралась ударить его по лицу, но затем увидела, кто ее схватил, и выражение ее лица изменилось. Влиятельные мужчины, которые использовали свое положение, чтобы унижать людей, нажимали на все мои триггер кнопки. К тому времени, когда я получу то, что хочу от этого мудака, я, возможно, просто пристрелю его. Когда я заберу тайник из склепа и буду уверен, что Фокс и его парни убрались из города, я смогу пойти на риск ощутить гнев империи Кайзера ради того, чтобы покончить с ним. Потому что после этого мне уже будет на все наплевать: я последую за «Арлекинами», куда бы они ни побежали, и прикончу их навсегда.