Остров Мертвецов (ЛП)

Я обругал его себе под нос, а затем вылетел из спортзала и сел на байк, чтобы поехать домой.
Когда я вернулся в «Дом-Арлекинов», играла кубинская музыка, и я направился на кухню, обнаружив, что раздвижные двери открыты, а Фокс сидит во внутреннем дворике за столом под зонтиком, и перед ним разложены всевозможные виды хлеба, сыров, фруктов и салатов.
На нем были очки авиаторы «Ray Bans», которые отражали мой измученный вид, а Дворняга сидел у него на коленях, пока его небрежно поглаживали по голове, и, клянусь, пес сердито посмотрел на меня. Загорелая грудь Фокса выглядела так, словно этим утром ее позолотило солнце, а искусно нанесенные татуировки, разбросанные по его телу, казалось, сияли ярче, чем обычно.
— Угощайся, — сказал он, пододвигая ко мне через стол очень зеленый на вид коктейль. — И выпей это.
— Кто ты, моя мамочка? — Спросил я, подходя, чтобы сесть напротив него и осмотреть смузи.
— Мы оба знаем, что твоя мама никогда не готовила тебе ничего настолько вкусного, брат, — сказал он, не издеваясь надо мной, просто констатируя старые факты.
— Обед! — Джей-Джей выскочил во внутренний дворик, и Дворняга завилял хвостом, хотя, по какой-то причине, казалось, был рад остаться на коленях Фокса.
Я был почти уверен, что он стал носить лакомства в кармане, чтобы купить расположение щенка. Но я не думал, что я понравлюсь этой собаке, даже если у меня в кармане будет отбивная или ребрышко. Я не знал, откуда маленькому зверьку стало известно, что я несу ответственность за уход его хозяйки, но он знал. Я мог сказать это. И я клянусь, он хотел меня за это наказать.
Джей-Джей сел рядом со мной, взял тарелку и начал накладывать на нее еду.
— Ты готовишь нам еду только по воскресеньям. — Я прищурился, глядя на Фокса.
— Ну, тебе повезло, потому что теперь я буду готовить каждый твой прием пищи, — сказал Фокс, отправляя в рот виноградину и раздавливая ее зубами.
— Ты не обязан нянчиться со мной, — отрезал я, по-прежнему ни к чему не притрагиваясь, несмотря на то, что мой желудок заурчал, требуя еды.
— О, напротив, Эйс, я, блядь, обязан, — сказал Фокс, глядя на меня с вызовом во взгляде и потягивая свой коктейль. — Пей. Давай.
Я выдохнул, затем взял смузи и сделал большой глоток. На вкус оно было как задница вегана, но я осушил его до последней капли, затем вытер зеленую жижу со своих губ и схватил тарелку, доверху наполняя ее едой и ведя себя как дикарь, пока поедал все подряд. Если он хотел быть моим личным шеф-поваром, тогда ладно. Я не собирался жаловаться на это.
— Лютер получил вчера свою долю? — Джей-Джей спросил Фокса.
— Да, и он собирается увеличить ее в этом месяце на пять процентов, — объявил Фокс.
— Что, почему? — Джей-Джей ахнул.
— Потому что он думает, что Шон Маккензи скоро нанесет нам сильный удар, и нам нужно закупить больше оружия. К тому же, мы потеряли дополнительные деньги, которые могли бы получить от работы на пароме, — сказал он, нахмурившись. — Это временно. Ты ведь можешь взять несколько дополнительных эскорт-услуг, чтобы компенсировать разницу, верно?
— О, э-э… да, конечно, — сказал Джей-Джей, замолчав, когда принялся за очередную порцию еды.
— Я могу немного увеличить количество членов в «Захватчиках», — сказал я. — И мы могли бы начать работать над следующим заданием…
— Я же сказал тебе, ты сейчас не работаешь, — отрезал Фокс, и моя челюсть яростно задвигалась.
— Да ладно, я тебе нужен. Кто достанет машины? Кто поведет машину для побега?
— Бассет, — просто ответил Фокс.
— Гребаный Бассет? — Рявкнул я. — У него нет и половины того таланта, которым обладаю я, управляя машинами.
— Справедливое замечание, — согласился Джей-Джей.
— Он достаточно хорош, и, возможно, дополнительная практика выведет его на должный уровень, — сказал Фокс, пожимая плечами.
Я хлопнул рукой по столу, отчего папайя слетела с него на пол. Дворняга залаял на меня, оскалив зубы, в то время как я оскалил свои на парня, державшего его.
  
— Так теперь ты заменишь меня? — Потребовал я, мое сердце бешено заколотилось, и изнутри меня начала разрывать паника. Это было единственное, в чем я был хорош, а Фокс просто отмахивался от этого, как будто чертов Бассет мог стать мне ровней. — Настолько я бесполезен для этой команды?
Слова моего отца эхом отдавались в моей голове, и я пытался вытеснить их, но они врезались в мой разум, и я не мог от них избавиться. Бесполезный. Ненужный. Ничто.
— Никто не говорил, что ты бесполезный, — попытался Джей-Джей, но Фокс перебил его, указывая на меня.
— Хочешь, чтобы тебя ценили здесь, тогда докажи свою значимость, — прорычал он. — В последнее время Бассет в сто раз надежнее тебя, и мне наплевать, если ему потребуется в два раза больше времени, чем тебе, чтобы угнать машину, и пусть он останавливается хоть на каждом красном светофоре во время побега, потому что быть «Арлекином» — это больше, чем просто хорошо делать одно дело. Ты должен приходить вовремя, у тебя должна быть ясная голова, и ты должен прикрывать спины членов своей команды, несмотря ни на что. — Его глаза были полны ярости, а обвинение глубоко ранило. Он думал, что я бросил Роуг и что я могу поступить так же с ним или Джей-Джеем. Но он не понимал, что все было не так. Я никогда бы их не бросил, и при любых нормальных обстоятельствах не бросил бы и ее. Но я думал, что это единственный способ вернуть все на круги своя. Как же я, блядь, ошибался.
Я не стал огрызаться, а просто посмотрел на недоеденную еду на своей тарелке, когда аппетит пропал и я понял, что он был прав. Насчет всего этого. Он пытался дать мне шанс, которого я не заслуживал. И он не предложил бы его никому другому, если бы речь шла не обо мне. Так что, если я хочу остаться здесь, мне действительно придется доказать свою ценность. Проблема заключалась в том, что я не был уверен, что мне есть что предложить.
Раздался звонок в дверь, и я нахмурился в замешательстве, а затем мы трое переглянулись, как будто подсчитывали количество людей.
— Кто это, блядь? — Пробормотал Джей-Джей.
— Лютер не стал бы звонить, — сказал я.
— Только «Арлекин» мог пройти через ворота, — задумчиво произнес Фокс.
— Я открою. — Я вскочил со своего места, и Дворняга зарычал на меня, а Фокс погладил его по голове, чтобы утихомирить.
Я направился через дом к входной двери, отодвинул засов и распахнул ее настежь.
Я застыл, превратившись в ледяную статую, поскольку моему разуму потребовалось слишком много секунд, чтобы осознать, кого я обнаружил стоящим там.
На крыльце стояла Роуг в рваных джинсовых шортах и белой мешковатой укороченной футболке с изображением руки с поднятым средним пальцем.
— Привет, мудак, — радостно сказала она, а затем ударила меня кулаком в член.
Я с хрипом отшатнулся назад, сжимая свои ушибленные причиндалы и ругаясь себе под нос, когда перед глазами вспыхнули белые пятна. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем я пришел в себя, а она в это время вошла в дом, пинком захлопнула за собой дверь и взбивала свои радужные волосы, глядя в зеркало на стене.
Я, наконец, выпрямился, и все мои инстинкты пошли коту под хвост, поскольку я все еще не мог до конца осознать, что она была здесь, несмотря на очень реальную боль в моих яйцах, которая говорила о том, что это так.
Я бросился на нее, притягивая в свои объятия и прижимая к своей груди в яростном объятии, о котором я не собирался слишком задумываться, пока она яростно извивалась, пытаясь освободиться. Она пахла кокосом, надеждой и всеми хорошими вещами, которых мне не хватало с тех пор, как я потерял ее подростком. Всем тем, что мне не принадлежало и никогда не будет принадлежать.
Ярость клокотала во мне от всей этой ситуации, и когда она попыталась ударить меня коленом по моим теперь очень чувствительным яйцам, я оттолкнул ее назад, продолжая крепко держать за плечи.
— Он причинил тебе боль? — Спросил я, ища в ее глазах сломленную девушку, которой, как я думал, она станет после пребывания на острове Маверика. Но она выглядела свирепее, чем когда-либо, и все, что я нашел в ее мерцающих голубых глазах, — это ненависть.