Остров Мертвецов (ЛП)

— Я не знаю, что и думать. Ты не первый парень, который лжет, чтобы залезть ко мне в трусики.
Маверик рванулся вперед, его грудь вжалась в мою, его губы прижались к моим губам, а от его тела исходила чистая ярость. — Скажи мне, что ты чувствуешь, когда я здесь, с тобой, вот так, — прорычал он. — Скажи мне, как я мог солгать об этом.
Мое тело задрожало, сердце заколотилось, душа болела, и больше ни одно слово не слетало с моих губ. Я закрыла глаза и вдохнула его, облизывая свои губы и случайно облизав и его из-за того, что он находился так близко.
— Это не ложь, красавица. Ты у меня в крови. Об этом невозможно солгать. Я сказал тебе позволить мне владеть тобой, отдать себя мне, но это была чушь собачья. Потому что я владел тобой до того, как ты произнесла эти слова, точно так же, как ты владеешь мной. Как и всегда владела. Как и остальным мудакам в Сансет-Коув. Каждый из нас, блядь, знает это.
— Они бросили меня, — прорычала я, испытывая боль от этих слов каждый раз, когда позволяла себе думать об этом. — Они бросили меня на том гребаном пароме.
— Да. Они и меня бросили, — согласился он. — Так что давай не будем стоять здесь и спорить о дерьме, которое даже не имеет гребаного значения.
— Это имеет значение для меня, — твердо возразила я, найдя в себе силы упереться руками в его грудь и оттолкнуть его назад. Он отступил на несколько дюймов, но его руки так и остались лежать на бортике бассейна по обе стороны от меня. — Скажи мне, почему этот моллюск вернулся сюда.
Маверик провел языком по щеке, ему явно не нравилось, что я предъявляю к нему требования, но затем он пожал плечами, как будто решил, что ему насрать, и сдался. — Она — работа. Не то чтобы она знала об этом. Но она падчерица Кайзера Роузвуда и мой путь в его гребаное поместье, если я все сделаю правильно. Я не могу просто так взять и нагрянуть туда, потому что оно находится на территории гребаных «Арлекинов», но мне нужно то, что заперто в его склепе. Нашем склепе. Я хочу взломать его, вытащить эти секреты и использовать их, чтобы уничтожить мальчика Фокси и его маленьких приспешников. И я думаю, что ты, возможно, хочешь того же самого.
Мои губы приоткрылись от этого признания, и я не была уверена, была ли тому причиной выпивка, солнце или взгляд его великолепных темных глаз, но я обнаружила, что киваю, признавая это, соглашаясь на что бы то ни было, даже не говоря ни слова.
— Сколько у тебя их ключей? — спросил он, и его взгляд возбужденно потеплел, когда он понял, что я пытаюсь играть в туже игру, что и он. Что, возможно, только возможно, мы двое задумали одно и то же.
— Только твой и мой, — ответила я. — Они спрятаны в моем трейлере. Хотя, возможно, он больше не мой, потому что я просрочила арендную плату, и отсюда я точно не смогу ее оплатить.
— Но ты пыталась найти и их ключи? — настаивал он, и я снова кивнула.
— Я хочу отомстить, Рик, — выдохнула я. — Я знаю, ты сказал, что для тебя это ничего не исправит, и, возможно, для меня тоже. Но если этот секрет выйдет наружу, у них не будет другого выбора, кроме как бежать из этого города, который они ценили намного больше, чем меня. Чем нас. Я могу забрать у них что-то такое, что будет максимально приближено к тому, что они забрали у меня, и, возможно, после этого я смогу обрести хоть какой-то гребаный покой.
— Ты действительно думаешь, что сможешь достать их ключи? — с любопытством спросил он, и я прикусила нижнюю губу, обдумывая это.
— Может быть. Было достаточно ясно, что Фокс хотел, чтобы я вернулась, даже если это было только для того, чтобы трахнуть меня. И Джей-Джей… — Я замолчала, потому что это было чертовски больно. Я все еще не могла по-настоящему понять этого. Я чувствовала, что добиваюсь реального прогресса с ним, со всеми ними. Конечно, мы и близко не были к тому, чтобы вернуться к тому, какими были когда-то, но я все еще не могла поверить, что они с такой легкостью избавились от меня. Что, черт возьми, это было? То, что Джей-Джей сказал мне до того, как все это случилось, просто не соответствовало его действиям, но я пережила их предательство, так что, возможно, я была просто дурой, думая, что мне чего-то не хватает.
  
— Конечно, Фокс хочет трахнуть тебя, красавица. Они все хотят. Ты была пределом мечтаний для всех нас четверых в течение долгого гребаного времени, а это дерьмо просто так не исчезнет.
— И что мне с этим делать? Даже если это правда…
— Не ври себе, малышка, ты знаешь, что это правда. И я готов поспорить, что ты тоже думала о том, чтобы трахнуть их всех, больше раз, чем можешь сосчитать. Так было со всеми нами. Мы были просто слишком молоды и чертовски глупы, чтобы понять, что с этим делать, не разрушив себя. Вопрос в том, продолжаешь ли ты фантазировать на эту тему или сможешь сохранить ясную голову и пойти за ключами для нас?
— Ты хочешь, чтобы я вернулась к ним? — Удивленно спросила я.
— Хочу — это не то слово, которое я бы использовал, — ответил он. — Но мне кажется, что если мы вдвоем будем работать над этой проблемой, то в конце концов выйдем победителями.
— То есть ты продолжишь изображать из себя парня Мии, пока я пойду и попытаюсь забрать у них ключи? — Спросила я, нахмурившись при мысли о том, что он все еще будет водить ее за нос, играть с ней, целовать ее, трахать ее.
— Ну, я вряд ли позволю, чтобы вся моя тяжелая работа с ней пропала даром из-за ничтожного шанса, что ты сможешь это провернуть, — язвительно ответил он. — Но, если ты быстро справишься со своей задачей, мне не придется долго держать ее в подвешенном состоянии. Так что скажешь? Хочешь объединиться со мной против «Арлекинов», красавица? Ты хочешь помочь мне заставить их заплатить?
В глубине моей головы звучал тихий голосок, требуя моего внимания, пытаясь заставить меня вспомнить причины, по которым я должна была сказать «нет». Умолял меня хорошенько все обдумать. Увидеть эту сделку с дьяволом такой, какой она была, и отказаться от нее. Но другая, более обиженная и мстительная часть меня кричала еще громче, чтобы я откусила его гребаную руку. (Прим.: Приняла предложение.)
Мальчики-Арлекины не заслуживали от меня ничего хорошего. Они не заслужили от меня ни преданности, ни жалости, ни чего-либо еще, кроме этого. Если мы вскроем этот склеп, у меня будет более чем достаточно денег, чтобы обосноваться где-нибудь подальше отсюда с новым именем и новой жизнью. А им придется столкнуться с той же реальностью, что и мне десять лет назад, когда меня бросили на произвол судьбы и заставили бежать от всего, что я когда-либо знала и любила.
— Я в деле, — прорычала я, и «Малибу» помог заглушить звуки печального плача маленькой девочки по мальчикам, которых она когда-то любила всем сердцем. — Но это значит, что тебе придется меня отпустить, Рик.
Маверик пристально посмотрел на меня и убрал руки с края бассейна, чтобы зажать мое лицо между ними. — Я никогда больше не отпущу тебя, красавица, — прорычал он. — Но это не значит, что я должен держать тебя в клетке.
Я судорожно сглотнула, потому что мне слишком понравилось, как это прозвучало, и когда он наклонился, чтобы поцеловать меня, я была бессильна сопротивляться ему. Он притянул мой рот к своему, и я погрузилась в этот поцелуй, утопая в нем и вбирая его в себя целиком.
Я не была уверена, правильно ли я поступаю или это просто превратится для меня в еще одно сожаление, из-за которого я буду страдать, но я точно знала, что находиться здесь, в его объятиях, было правильно. И когда наш поцелуй стал глубже, я позволила себе забыть обо всем, что существовало за его пределами, потому что, пока я была с ним, ничто другое все равно не имело значения.
Я был в полной жопе во всех смыслах этого слова. Мое сердце было готово взорваться из-за потери Роуг, а голова была похожа на вертолет в штопоре, падающий на острые скалы. Мало того, что мне пришлось потрудиться, чтобы удержать Фокса от того, чтобы ночью сесть на лодку и поплыть на «Остров Мертвецов» с самоубийственной миссией, так теперь еще и Лютер наседал на мою задницу требуя денег, которые я задолжал ему за работу в этом месяце. А поскольку я не брался за эскорт-услуги с тех пор, как трахнул Роуг, мои карманы ужасающе опустели, и у меня оставались последние двадцать четыре часа, чтобы найти лишние несколько тысяч, необходимые мне для оплаты своей доли. Я знал, что Фокс одолжил бы мне деньги, но это вызвало бы вопросы. И если бы он начал копаться слишком глубоко в моем нынешнем затруднительном положении, мне пришлось бы начать лгать ему, а я не смог бы так поступить со своим братом. Я знал, что это глупо. Я уже трахал девушек, которых он считал своими. Но это была Роуг. Она была не просто девушкой. Как я должен был держать свои руки подальше от нее после того, как узнал, что она меня хочет? Может, мой член и обладал суперсилой, но он не был способен быть таким героем.