Остров Мертвецов (ЛП)

— Я здесь по делу, — сказал он. — Но, может, я и по своему сыну соскучился, а? — Он толкнул меня локтем, и я немного отстранился, чем заслужил его хмурый взгляд. Он откашлялся и продолжил: — Шон Маккензи ушел в подполье. Он разозлил картель до чертиков, и они охотятся за его задницей, как за премиальной добычей.
— Что ж, это хорошо, — взволнованно сказал Джей-Джей. — Может быть, они разберутся с ним вместо нас.
Лютер провел рукой по волосам, и его брови сошлись на переносице. — Видишь ли, я тоже так сначала подумал. Но потом несколько моих людей засекли его на юге, покидающим свою территорию. Я решил, что он отправится на восток и будет бежать до тех пор, пока не скроется из виду. Но он этого не сделал. В последний раз мы видели его на границе города.
— Этого города? — Джей-Джей ахнул, а у меня внутри все сжалось.
— Да, — сказал Лютер, и его глаза затуманились. — Так зачем главарю «Мертвых Псов» проделывать такой долгий путь из дома в самое сердце вражеской территории?
— Он что-то замышляет, — прорычал я, сжимая руки в кулаки.
— Точно, — согласился папа. — Поэтому я перебрасываю сюда часть своих людей.
— Ты остаешься? — Я заартачился, не в силах скрыть свой ужас от этого, и в глазах отца на секунду промелькнула обида.
— Да, но не волнуйся, я не собираюсь ущемлять тебя, малыш. Это все еще твоя империя. Я отдал ее тебе честно и справедливо. Но «Мертвые Псы» — моя забота, и я хочу, чтобы окровавленная голова Шона Маккензи была в моих руках. Я долгое время жаждал его смерти.
Шону было около тридцати, всего лет на десять или около того моложе папы, но он был в гуще событий с тех пор, как я был подростком, причиняя хаос моему отцу. Тогда он не был лидером своей банды, но он был безжалостным ублюдком, убившим пару папиных друзей, и я знал, что это была месть в такой же степени, как и все остальное. Отец несколько лет поддерживал мир с их бандой, но как только этот мудак пришел к власти, все пошло прахом.
Зазвонил мой телефон, и мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда я схватил его. — Я должен ответить, — сказал я, вставая со своего места.
— Конечно, я провожу себя сам. И если захочешь пообедать позже, просто дай мне знать… — Лютер попытался поймать мой взгляд, но я просто вышел из комнаты и продолжал идти, пока не оказался на заднем крыльце, отвечая на звонок Сейнта Мемфиса.
— Эй, скажи мне, что у тебя что-то есть, — сказал я вместо приветствия.
— У меня кое-что есть, — сказал он со своим шикарным северо-западным акцентом, а его тон был размеренным и глубоким. — Но мне нужно, чтобы ты кое-что сделал для меня, прежде чем я отдам это тебе.
Рычание застряло у меня в горле. — Я не подчиняюсь ничьи приказам. У нас была сделка, теперь отдай мне отснятый материал.
— Сделка заключалась в том, что я достану отснятый материал по разумной цене.
— Так назови сумму, и я переведу ее на твой счет, — сказал я в отчаянии.
Он холодно рассмеялся. — Мне не нужны твои деньги, Фокс. — Он произнес мое имя так, словно оно ему не нравилось, и мне пришлось предположить, что оно недостаточно изысканно на его вкус.
— Так чего ты хочешь? — Настаивал я.
— Сосед через дорогу от меня нарисовал отвратительную фреску на своей стене, обращенной к моим воротам. Она оскорбительна для моих глаз и глаз всех, кто ее видит. Разберись с этим и убедись, что он не повторит это кощунство, затем приходи ко мне домой, и я покажу тебе видеозапись.
— И это все? — Спросил я, стиснув зубы.
— Да. Скоро увидимся. Я распоряжусь приготовить чай. — Он повесил трубку, и я закатил глаза, возвращаясь в дом и засовывая телефон в карман джинсов. Я вернулся на кухню и обнаружил, что Лютер ушел, а Джей-Джей смотрит на меня расширенными глазами.
— Что-нибудь есть? — спросил он.
— Да, одевайся, мы выходим через две минуты, — приказал я, и он вскочил, как будто его задница горела, и побежал в сторону прачечной.
Дворняга взволнованно залаял, и я схватил пакет с куриными лакомствами из буфета, бросив ему одно, прежде чем сунуть пакет в карман и взять его на руки. С тех пор как Роуг исчезла, я никуда не выходил без этой собаки. Если Чейз был прав, и она попытается вернуться за ним, то, когда она придет на поиски, он будет постоянно приклеен к моему боку.
  
Дворняга лизнул мои пальцы, — его привязанность ко мне была официально куплена курицей, — и я направился в гараж как раз в тот момент, когда Джей-Джей снова появился в джинсах и ярко-синей майке. Мы поспешили вниз к моему грузовику, я посадил Дворнягу на колени Джей-Джею, завел двигатель, и мы выехали с территории на дорогу. Машины Лютера не было, поэтому я предположил, что он направился обратно в «Оазис» — официальный клубный дом «Арлекинов», где он всегда останавливался во время своих визитов.
Я помчался в хозяйственный магазин в нескольких улицах отсюда, а затем отправил Джей-Джея внутрь с инструкциями купить два галлона белой краски. Когда он вернулся, я вывез нас из города, проезжая мимо первого из огромных домов, выстроившихся вдоль набережной в этом направлении, а мое сердце бешено колотилось, пока я пересказывал Джей-Джею то, что сказал Сейнт.
Мне не нравилось быть чьим-то гребаным лакеем, но я сделаю все, чтобы заполучить эту запись сегодня. Это была чертова редкость, когда сам король «Арлекинов» выполнял чьи-либо поручения, но Сейнт Мемфис оказался парнем, который получал от людей именно то, что хотел. Ему просто нужно было понять, что со мной не стоит связываться.
Лучше бы эта видеозапись стала ключом к поиску моей девушки, иначе он пожалеет, что заставил меня бегать за ним, как дрессированную собачонку.
Мы ехали по тихим улочкам, где дорога спускалась со скал к полосе чистого белого песка. Массивные дома стояли вдоль живописной местности, становясь все больше и больше, и вскоре я остановился между двумя огромными домами с воротами, один из которых находился на берегу, а другой — напротив него, с отвратительной фреской на стене, изображающей два гигантских пляжных мяча.
Джей-Джей тихо присвистнул. — Ну, это действительно уродливая картина, — сказал он, распахивая дверь и хватая одно из ведер с краской. Я поднял второе, и Дворняга выскочил вслед за мной, когда я вышел из грузовика и уставился на огромный дом с белыми стенами, внутри которого могли бы уместиться три «Дома-Арлекинов». Мы зашагали к нему, пока солнце палило прямо на нас, и я небрежно нажал на звонок у ворот, пока Джей-Джей открывал свое ведро с краской.
— Алло? — резко ответил мужчина. — Это ты, Рауль? Ты должен был быть здесь пятнадцать минут назад. Мне придется найти нового садовника, если такое поведение продолжится.
— Это не Рауль, — сухо сказал я, открывая свое собственное ведро с краской. — Это Фокс Арлекин.
Тишина. Прекрасная, испуганная тишина.
— П-простите? Что это, шутка? — пробормотал он, заикаясь.
— Та, которая не смешная, — просто ответил я, отступая назад, чтобы он мог как следует разглядеть меня в камере.
— Ч-что вам нужно? — требовательно спросил он. — Я вызову полицию.
— Вперед, — сказал я с ухмылкой. — Но большинство из них у меня в кармане, и ты действительно хочешь рискнуть вывести меня из себя? Если мне придется вернуться во второй раз, я не буду в таком дружелюбном настроении.
— Вы здесь, чтобы ограбить меня? — нервно спросил он. — Я не держу наличные в доме. И вы все равно ни за что не попадете внутрь, там…
— Если ты закроешь свой рот, я перейду к делу, — прорычал я, и он смертельно затих. Я указал на фреску на его стене. — Эта фреска уродлива, как грех. Она оскорбляет мои глаза. А когда оскорбляют мои глаза, я наношу удар ножом. — Я подошел ближе к интеркому, говоря прямо в него. — Ты же не хочешь, чтобы тебя пырнули ножом, приятель?
— Н-нет, — прохрипел он. — Но я… уверяю вас, картина совершенно уникальна. Я уважаемый художник, у меня есть дипломы!
— Похоже, тебе пора вернуть деньги за эти дипломы, чувак, — крикнул Джей-Джей, стоя перед фреской и обливая ее белой краской.