Остров Мертвецов (ЛП)

— Вот именно, ну-ну, — шутливо успокоил я его, опустив биту, а затем присел на корточки и похлопал его по руке.
Его нижняя губа задрожала, когда он посмотрел на меня с надеждой, что я, возможно, не собираюсь на него нападать. Но он был усатым дураком, который скоро станет просто дураком. — Теперь скажи мне, где ты спрятал деньги, которые взял у моей мамы.
У него перехватило горло, когда он сглотнул, и сделал прерывистый вдох. — Я… я потратил их, — прохрипел он.
Я печально покачал головой. — О, Грег… Грег, Грег, Грег.
— Я верну их, мистер Брукс, клянусь в этом.
— Я тебе верю, — сказал я. — И мне они нужны к концу недели, Грег, или мне придется оторвать тебе не только усы. Имей в виду, что к тому времени сумма удвоится с учетом процентов. — Буду брать все, что смогу получить, пока у меня не хватает наличных.
Он издал испуганный звук.
— Да, — сказал я с грустной улыбкой. — И вот о чем я еще подумал. Следующим будет твой крошечный член.
Он захныкал, когда я потянулся к его лицу. — П-пожалуйста.
— Ш-ш-ш, — шепнул я ему, затем придвинулся, уперся коленом ему в грудь и достал из кармана складной нож. Резким движением я срезал его уродливые усы с лица, и он закричал, как ребенок, когда я встал и зажал их между указательным и большим пальцами.
— Держи, Джей. — Рядом со мной появилась Роуг, доставая из своей блестящей сумочки пакет для собачьих какашек, и я ухмыльнулся, схватив его, опустив усы внутрь и завязав.
— Спасибо, красотка. — Я вытер кровь с руки о джинсы, в то время как Грег обхватил лицо здоровой рукой, раскачиваясь взад-вперед и плача от боли.
— Конец недели, Грег, или я испорчу совершенно счастливый день морской звезды, когда ей придется проглотить твой крошечный член.
— Что это за история с морской звездой? — Пробормотала Роуг, когда я обнял ее за плечи и повел прочь от Грега обратно к моей машине.
Я пожал плечами. — Никто не хочет, чтобы части его тела поедало беспозвоночное. Это худший кошмар человека.
Она фыркнула от смеха, и я улыбнулся ей, когда мы вернулись к моей машине и забрались внутрь. Я бросил собачий пакетик в подстаканник и сделал мысленную пометку раздобыть себе морскую звезду сегодня вечером после работы. Да, я сегодня нырну в океан возле «Дома-Арлекинов», и да, я использую фонарь, чтобы найти ее, потому что, да, я всегда выполняю свои обещания.
Роуг взяла меня за руку, пока я мчался по дороге, и это ощущение заставило меня почувствовать себя непобедимым богом. Мой взгляд продолжал соскальзывать с дороги на нее, и все, что я хотел сделать, это остановиться и целовать ее до тех пор, пока наши легкие не разорвутся. Но поскольку я уже опаздывал, а моя труппа, вероятно, теряла голову из-за того, где я был, я не мог позволить себе отвлекаться.
Вскоре я заехал на парковку, и Роуг сжала мои пальцы на прощание. — Удачи, я буду наблюдать.
Я оглядел стоянку, и, никого там не обнаружив, бросился на нее, украдкой поцеловав, и в тот же момент просунул руку ей под платье и потер клитор через трусики.
— Я буду танцевать для тебя, — сказал я ей в губы, когда она раздвинула для меня бедра и прерывисто вздохнула. — Так что тебе лучше помнить, что все девушки, находящиеся здесь, лягут сегодня спать с желанием, чтобы я грубо трахал их и подчинял их тела своей воле, но я хочу лишь тебя. Только тебя. И когда шоу закончится, единственные фантазии, которые я буду воплощать, будут твоими, сладкая.
Я вытащил руку у нее между бедер и наклонился над ней, открывая дверь и широко ее распахивая с грязной ухмылкой. Я отстранился от нее, и она почувствовала мой вкус на своей нижней губе, прежде чем выйти из машины и поправить платье.
Я смотрел, как она заходит внутрь, не отрывая взгляда от ее задницы, и стон тоски покинул меня, когда Джонни-младший запульсировал у меня в штанах и сообщил, что Виагра для сегодняшнего шоу не понадобится. Мне все равно не нравилось глотать эти штуки, но Джонни-младший не всегда был готов к играм, особенно сейчас, когда он изо всех сил старался выставить себя честным человеком, перед Роуг. Но он был моей актерской обезьянкой, а иногда обезьянке нужно было потанцевать, чтобы принести домой деньги. Ему больше не нужно было играть в «спрячь банан» с частными клиентами, так что я не знал, на что он жаловался.
  
Быть богом секса — тяжелая работа, и она стала еще тяжелее теперь, когда я полагался только на стриптиз, чтобы сводить концы с концами. Я поднял цены на это шоу и пообещал, что оно заставит возбудиться даже самых яростных мужчин натуралов. Я тренировался каждую свободную минуту, и гонял своих танцоров, чтобы привести их в форму. Они были готовы, так что, если мы провернем это сегодня вечером, то зелень (Прим. Сленг. Доллары) посыплется дождем на наши головы.
Я направился к задней двери, стаскивая с себя одежду, когда Техас подбежал трусцой с маслом в руках. — Еле успел, а, босс? — Он вылил масло себе на ладони, помогая мне намазаться, и Адам тоже подбежал помогать, пока я не заблестел.
Я упал на пол, отжимаясь голышом, пока мышцы не налились кровью, затем натянул свои рваные джинсы для первого танца вечера. Я открывал шоу с Ди, и она подбежала трусцой в своем блестящем серебристом трико и на высоких каблуках, надевая мне на лицо черную маску.
— Две минуты, Джей-Джей, — предупредила она, распыляя воду на мои волосы и укладывая их назад, а затем вложила мне в руку топор дровосека. Этот танец был любимым в клубе, но сегодня я изменил его, заменив зонтик топором и добавив маску, а также изменив несколько движений на более рискованные. Я назвал его «Психоделический вальс», и он должен был взорвать умы и намочить киски.
Со сцены доносился голос Лайлы, рассказывающей грязные шутки, от которых весь клуб покатывался со смеху. Мое сердце забилось от адреналина, когда я подумал о Роуг, и я перевел дыхание, чтобы успокоить нервы. Ты делаешь это каждую гребаную неделю. Соберись, идиот.
Ди потащила меня к выходу на сцену, взволнованно улыбаясь. — Готов? — выдохнула она.
— Готов.
— Да начнется шоу! — Закричала Лайла, и Ди подмигнула мне, прежде чем выбежать на сцену, где на нее упали белые лазерные лучи, а остальная часть бара погрузилась во тьму. Раздалось оханье, когда она начала сексуальный танец под песню «Eyes on Fire» группы Blue Foundation, а я ждал своего момента.
Свет погас, погрузив всех в темноту, и я ухмыльнулся, включив маску, так что пугающее лицо осветилось красным с иксами вместо глаз и зашитым улыбающимся ртом.
Я взмахнул топором в такт, когда музыка сменилась и вместо нее заиграла «Twisted» группы MISSIO. Я вышел на сцену и встал так, чтобы свет был у меня за спиной, чтобы все могли видеть меня, пока Ди продолжала танцевать передо мной. Раздались вздохи, когда я подкрался к Ди в такт бешеному ритму, затем она развернулась в середине пируэта, и я поймал ее, закрутив под мышкой, прежде чем прижать спиной к своей груди.
Она боролась со мной в танцевальном стиле, и я обхватил ее топором, когда она наклонилась назад и проскользнула вниз, чтобы убежать от меня. Я снова поймал ее, на этот раз моя рука сомкнулась у нее на горле, пока я двигал бедрами, а музыка гремела у меня в ушах, и мы двигались в плавном, воюющем ритме, и она боролась со мной, прежде чем я повалил ее на пол.
Начал мигать свет, и я упал на нее, положив топор на сцену, а она провела рукой по моей груди, как будто пыталась остановить меня. Это было грязно и неправильно и заставило каждую девушку здесь кричать от возбуждения, потому что это было именно то, чего все они хотели от меня. Включились стробоскопы, и я перекатился вбок, перекидывая Ди себе на колени, а она перекатилась через меня всем телом, проводя рукой по собственной груди с выражением, которое говорило, что она была в смятении от того, что делала.
Я взмахнул топором и занес его ей за спину, потянув ее за него вниз, прежде чем снова перевернуть нас. Затем я поднялся на ноги, оставив топор на полу, и потащил ее за собой, развернув ее, прежде чем перебросить через плечо под одобрительные возгласы. Я отпустил ее ноги, и она упала на пол и перекатилась, снова поднявшись на ноги, прежде чем прыгнуть мне на спину, ее рука сомкнулась вокруг моего горла и заставила толпу взволнованно завопить.