Прусское наследство (СИ)

Война с турками будет долгая и кровопролитная, Оттоманская Порта сейчас сильнейшее в Европе государство, хотя закат ее начался, хиреть будет и слабеть с каждым годом, пока через двести лет ее не раздерут в клочья. Но есть нетривиальные способы борьбы, в этом мире пока не используемые — вот к ним и нужно будет прибегать.
Но то будет позже, а пока…
Алексей Петрович оторвался от гнетущих его мыслей — военные дела занимали лишь малую толику времени. Целыми днями он занимался делами куда более прозаическими, вот только эффективность и полезность куда как больше. Ведь имея знания из будущего, необходимо такой задел сделать, чтобы Россия получила сильнейший толчок в своем будущем развитии, а тут нужны школы с учителями и учебниками. И если первые можно построить в каждом большом селе, не говоря про города, ведь везде есть церкви, а при них грамотные батюшки, то вот с учебниками гораздо хуже.
Нет, он их с помощью супруги написал, по современному варианту, с упрощенным алфавитом, из которого изъяли лишние буквы. Хотя и церковно-славянскую письменность оставили, поступив по принципу — «богу богово, кесарю кесарево». Есть «Азбука» с картинками, «Словесность», «Арифметика» и прочие книжки для начальной школы, имеются и типографии, вот только нехватка бумаги жуткая, несколько мануфактур новых заложили. Но все равно не хватает, и чем больше народа к образованию привлекать, тем дефицит учебников будет только усугубляться. Одно хорошо — по всем этим книжкам учить можно лет двести, новшества в них вводить не потребуется — он все предусмотрел с уровня знаний конца ХХ века.
Со средней школой положение гораздо хуже — тут наспех подготовленным сельским батюшкой или «поповским сыном» не обойдешься, тут нужны хорошо подготовленные преподавательские кадры, те самые, что сейчас в «Славяно-греко-латинской академии» обучаются. И хоть число студентов удалось втрое увеличить, но все равно мало, так что открытие в прошлом году еще одной такой «академии» в Киеве, должно смягчить ситуацию. Ведь гимназии нужно открывать в каждом более-менее крупном городе — нехватка подготовленного и образованного чиновничества и офицерства жутчайшая. А еще нужны профессионально подготовленные инженеры и мастера, а потому «Политехникум» и «Торговая Палата» важность имеют первостепенную, и сеть ремесленных школ развертывать надобно, и «фазанок» при каждом заводе и мануфактуре. Те же Демидовы так и сделали — по их примеру теперь все заводчики, нарождающаяся буржуазия, тем же озадачена — ведь необходимо только к вольному найму работников прибегать, с «припиской» деревенек окончено. Так что все осознали, что на собственные кадры опору делать нужно, а кто не понял, того «вразумили» — государственный аппарат с Приказами и дьяками с подьячими для того и существует.
Впору волком завыть от растущих как снежный ком проблем — за одну ухватишься, три других следом вытянешь. И теперь он прекрасно понимал «родителя», что свои указы «кнутом писал», как метко подметил еще не родившийся классик, чьи произведения он вульгарно присвоил для внедрения в народные массы. Ведь сам по ним и учился…
— Господа воеводы, перед нами Крым — Перекоп взят с минимальными потерями, что во благо — ратников беречь надобно, они нам зело пригодятся, — Алексей Петрович обвел взглядом своих бородатых военачальников. Теперь сами иноземцы прекратили бритье по своей воле, никто их не принуждал — началась русификация, что только радовало. От заимствования иностранных слов тоже потихоньку отказывались, находя достойную замену, хотя и использовали порой, особенно в обучении — куда деваться, если в европейских странах они в постоянном обороте.
— Прошу всех запомнить накрепко — вернулись сюда всерьез и надолго, и мы должны навсегда избавить русские земли от разорительных татарских набегов. И став твердой ногой на берегах Черного моря, что в древности Русским именовалось, обрести счастливое будущее для державы нашей. А теперь рассмотрим диспозицию…
«Славяно-греко-латинская академия» — вот где еще можно взглянуть на прошлое…
 
 Глава 39 
— Вот здесь город будет построен, имя ему Севастополь отныне и навеки, а не Ахтиар по названию бухты, наилучшей во всем Крыму. Теперь татарских набегов более не будет, и нет нужды огромные деньги тратить на их отражение, редуты повсеместно возводить и засеки ставить, а там гарнизоны сильные и поселенные войска содержать.
АлексейПетрович вздохнул с нескрываемым облегчением — ведь фактическое присоединение Крыма к Российской державе произошло почти на сорок лет раньше отведенного историей срока, когда армия князя Долгорукого овладела Перекопом и отвоевала полуостров. Через двенадцать лет последовал манифест самой императрицы Екатерины II, уже юридически закрепивший итоги войны с Турцией. Сейчас он надеялся провернуть тот же «номер», ведь если раз получилось, и способ весьма успешным оказался, то почему же его повторно не использовать, если результат принесет.
Да и нет сейчас у крымчаков иного выбора, чем принять тот вариант, который он им предложил, ведь второй куда хуже — всеобщая резня, которые устроят калмыки с казаками, имевшие к татарам давние кровавые счеты. И это «людоловы» прекрасно понимали, потому что большинство успела массами откочевать за Днестр, в Буджак, или перебраться на кубанскую сторону, с помощью османов, что держали Керченский пролив. Пока держали, если уже не потеряли — армия генерал-аншефа Ласси ворвалась в Крым раньше, пройдя по Арабатской стрелке, и уже если не овладела Еникале, батареи которой закрывали вход в Боспор Киммерийский из Азовского моря, то осадила крепость. Сама Керчь имела «хилые» укрепления, так что сам город уже захвачен русскими войсками, в чем не было сомнения.
Татары и турки массами бежали из Кафы, Судака и Балаклавы, опасаясь вполне понятной для них и закономерной мести. Оборонять эти старые генуэзские крепости не имело смысла, их одряхлевшие стены просто бы не выдержали обстрела из осадных орудий. Но главное — османы не ожидали увидеть на Черном море русскую эскадру, что неожиданно вышла из устья Днепра. Да и на Азовском море как феникс из пепла снова возродился царский флот, благо сама крепость в устье Дона была разорена, и без помех удалось вывести корабли из реки в Таганрогский залив.
— Для султана станет неприятной новостью увидеть Андреевский флаг в море, что Оттоманская Порта почитала своим «внутренним озером». Но ты прав, сын — там, где наш стяг поднят, то оный не может быть спущен!
Подошедший Петр был весел как никогда, и привычно деятелен, взвалив на себя командование собравшимся в бухте флотом и постройку укреплений. «Родитель» прожил уже на четыре с половиной года больше, чем ему отведено было судьбой, и в свои пятьдесят семь лет помирать не собирался, и на болезни не жаловался. Возникло даже ощущение, что возвращаться в Ливонию новоявленный король не собирается, по крайней мере, в ближайшее время. Вообще-то, все хорошо знали, что тридцать лет назад Петр Алексеевич рассматривал Таганрог на берегу Азовского моря как будущую столицу, и расстался с этой идеей только после начала Северной войны, когда в устье Невы на чухонских болотах основал Санкт-Петербург.
— Благодаря тебе к осени у нас уже полудюжина линейных кораблей будет, «герр Петер», а в следующем году еще пара новых добавится. Так что кавалерии ордена святого и равноапостольного князя Владимира с мечами, лентой и звездою, ты достоин по заслугам своим, которые токмо наши потомки в полной мере оценят! А за победу над флотом османским жалую тебя первым кавалером ордена святого Георгия Победоносца второй степени, что токмо за победу над неприятелем и личную храбрость, в бою проявленную, дароваться будет, и более ни за что!
Алексей посмотрел на зардевшегося от похвалы отца, несколько смущенного. Награду заслужил, что тут скажешь, и виктории добился куда более значимую, чем ту, что в устье Невы одержал, взяв на абордаж два шведских корабля. Так что и тогда орден святого Андрея Первозванного заслужил в бою, так и сейчас красной ленты с крестом и звездой, на которой девиз значимый начертан — «польза, честь и слава». Тут Алексей решил не искать нового, а воспользоваться опытом той же императрицы Екатерины, да и подготовился к будущим награждениям за два года, заранее изготовив орденские знаки для награждения отличившихся.