Запретный плод (СИ)

Не успела расслабиться и отойти от всего этого ужаса на уроке литературы, как раздался звонок в дверь. Плетусь открывать: на пороге стоит Роб.
Роб, вернее Роберт — мой парень. Но, в какой-то мере, это громко сказано. Мы общаемся, между нами есть все: цветы, поцелуи и прочая романтика. Но как пару я нас не воспринимала, а всё из-за его заносчивого характера. Нет, Роб очень хороший, внимательный, но иногда заводится с полуоборота и его уже сложно остановить. Ему всего лишь восемнадцать, а он такой сложный человек. Боюсь представить, что с ним будет лет так в тридцать.
— Привет, детка, — произносит Роберт и легко целует меня в губы.
— Привет, — впускаю его в дом и закрываю дверь.
Роб снимает свою черную кожаную куртку и по-хозяйски располагается в кресле.
— Чего ты такая загруженная? — интересуется он.
— Так, пустяки, — я знаю, что ему не очень-то интересно слушать о моих проблемах, поэтому и отвечаю подобным образом.
— Иди ко мне, — Роберт усаживает меня к себе на колени. — Уверена, что всё хорошо? — хмурится.
Для меня это немного неожиданно. Обычно, мой так называемый парень, спрашивает как у меня дела только из вежливости. Впрочем, день сегодня какой-то странный, и мне не стоит так всему удивляться.
— Ну, пришел к нам новый учитель, и теперь свою работу на конкурс я буду писать под его руководством.
— Так чего же в этом плохого? — Роб по-доброму улыбается.
Действительно, что в этом плохого? Почему я так переживаю по этому поводу? Поменялся преподаватель и только. Да, немного неожиданно. Возможно, из-за этого я и чувствую себя неважно. Ничего, привыкну.
По сути, я не люблю перемены, даже такие незначительные, как смена учителя, но ничего не остается и придется смириться.
— Кстати, а что у тебя с университетом? — стараюсь сменить тему.
— Всё, как всегда: лекции, подготовка к экзаменам, — торопливо отвечает Роберт и целует меня.
Я обвиваю руки вокруг его шеи, но внезапно слышу звуки подъезжающей машины и резко отстраняюсь.
— Мои родители приехали, — шепчу.
— Да, я уже понял, — недовольно бормочет Роб и заправляет прядь моих волос за ухо.
Я становлюсь на ноги, и в дом входит отец, а за ним мама. Мой папа высокий и статный мужчина. В юношестве играл за университетскую команду по футболу. С виду может показаться весьма строгим человеком, но в душе тот еще добряк. Мама — стройная и невысокого росточка (как и я), ее многие боятся на работе, но дома она сама снисходительность и мягкость.
Но, во всяком случае, несмотря на добродушие моих родителей, они не любили Роберта. Их неприязнь зародилась с первой секунды, как только я познакомила со своим парнем.
— Привет, мам, пап, — по очереди целую родителей. — Мы уже уходим, буду к вечеру, — беру Роба за руку и покидаю с ним гостиную.
Думаю, сейчас это самый оптимальный вариант. Не стоит парню больше минуты маячить перед глазами моих родителей.
— Детка, ты меня спасла, — с облегчением произносит Роберт, когда мы оказываемся на улице.
— Что же, я буду наивно верить в возможность налаживания отношений между вами.
— Это невозможно, при всем моем или их желании, — Роб раскатисто засмеялся. — Уж слишком мы разные.
— Ничего смешного в этом нет, но ты прав — это невозможно.
— Слушай, я чего собственно пришел, моя младшая хочет с тобой встретиться.
Под выражением «младшая», Роберт подразумевал свою сестру — Энни. Ей четырнадцать лет и, когда я начала встречаться с ее братом, мы сдружились. В общем: вся его семья хорошо меня приняла.
Мы вместе лишь полгода и это мои первые отношения. Да о чем может идти речь, если я еще девственница, но родители Роберта помышляют о том, что, возможно, когда-нибудь я и их сын поженимся.
Вот здесь уже явный перебор. Я, конечно, уважаю, терпение Роба: не каждый будет ждать так долго и не требовать секса. Он прекрасно понимал, что для меня это серьезный шаг, но вот выходить замуж я всё равно не собираюсь, лет так пять точно.
Стоит Роберту открыть дверь в свой дом, как с порога на меня набрасывается Энни.
 
— Мелинда! Давно я тебя не видела! — в голосе звучит необычайная радость.
— Привет, — крепко обнимаю ее в ответ.
— Роберт, почаще приводи к нам Мелинду, иначе я забуду, как она выглядит, — зеленые глаза Энни сердито смотрят на старшего брата.
— Учту, — хмыкнул Роб.
— Пошли, я должна столько всего тебе рассказать, — Энни берет меня под руку и тянет в свою комнату на втором этаже.
Я вопросительно смотрю на Роберта.
— Идите, я всё равно должен отцу в гараже помочь.
С Энни мы разговаривали до самого вечера. Она показала мне свои новые рисунки, которые закончила совершенно недавно. Ее работы мне всегда нравились. В четырнадцать лет Энни уже умеет прекрасно изображать портреты. С учетом того, что она самоучка, ее работы становятся лишь более уникальными.
Я рассматривала рисунки, но покоя мне не давала чрезмерная бледнота Энни. Румянец, который всегда украшал ее щечки, отсутствовал, от чего бледность еще сильнее бросалась в глаза.
— А ты хорошо себя чувствуешь? — осторожно спрашиваю я.
— Да, только голова часто начала болеть, а что?
— Ничего, просто интересуюсь. Ты маме говорила о головной боли? Может, тебе доктору стоит показаться?
Энни принялась собирать свои работы в большую папку.
— Да, говорила, но она уверена, что это простая мигрень.
— В самом деле?
— Конечно, мигрень — штука хитрая, на каждый внешний раздражитель начинает меня беспокоить, но всё хорошо, я давно привыкла с ней жить.
— Но, во всяком случае, если станет хуже, обязательно обратись к врачу. Тебя ждет хорошее будущие, твои работы потрясающие, так что, болезнь нам не к чему.
— Ты не волнуйся, всё в порядке, — Энни улыбнулась.
— Нет, пообещай, что если станет хуже, пойдешь в больницу, — продолжаю стоять на своем.
— Хорошо, обещаю, — вздыхает девочка. — А сама ты как?
— Нормально, всё без изменений, — начинаю лгать. Ничего у меня не нормально.
Мы еще немного поговорили о всяких мелочах, и вскоре к нам приходит Роберт.
— Пошли, я проведу тебя домой, иначе твои родители взбесятся.
— Роб, что за грубость? — Энни презрительно сощурила глаза.
— А что? Разве я не прав? — вскидывает брови. — У них каждая моя провинность равна смертному греху.
— Вообще-то нет, ты не прав, поскольку ты говоришь о моих родителях, — сержусь я.
— Ох, ну прости, я не хотел, обидеть, — слова звучат неискренни.
Что я говорила о его характере? Так вот его проявления!
— Ну, всё, Энни, я пошла, еще встретимся.
— Пока, — девочка обнимает меня на прощание.
Спускаюсь с Робертом в небольшую гостиную и встречаюсь с его матерью — Амандой Брэдли.
— Мелинда, здравствуй, — женщина одаривает меня безукоризненной белоснежной улыбкой.
— Добрый вечер.
— Мам, прости, нам уже пора идти, — в раздражении заявляет Роб.
Не успеваю ничего сказать, как мы уже шествуем к моему дому по пустынной улице. Признаться, мне уже надоело, что Роберт злится без всяких на то причин.
— В чем проблема? — не выдерживаю я, когда мы останавливаемся у моего двора.
— Ни в чем, — отмахивается Роб.
— Если дело в том, что ты иногда грубо отзываешься о моих родителях, то чего удивляешься? Я всегда буду на их стороне.
— Не нужно всего этого, поговорим позже, — он целует меня в лоб и уходит прочь.
Ну, и как мне с ним бороться? Ведет себя, точно девчонка. Сегодня хоть не бушевал. Бывает, как начнет возмущаться, прям слов на него не наберешься. Я настолько непонятный человек, что даже сама не могу объяснить, почему всё еще с ним встречаюсь.
 
Что же, оставим пока всё, как есть. Вхожу в дом и слышу смех, что доносится из кухни. Наверняка папа за ужином рассказал очередную шутку. Иногда мне кажется, что из него получился бы отменный комедийный актер.
Прохожу на кухню и замираю прямо на пороге. Мне мгновенно становится дурно. Я понимаю, что это глупо, но не могу справиться с собой.