С драконами не разводятся, или Факультет злодеев (СИ)

От ее понимающего взгляда у меня мурашки по спине пробегают. Марта — женщина не глупая, наверняка уже сложила в уме два и два, сообразив, что дело не ладно. 
Я задумываюсь. 
Бабушка может продумать наперед и ожидать меня в комнате. Так сказать, на всякий случай. Дабы удостовериться, что я, попавшись в ловушку, не выбралась из нее. 
— То-то и оно, милая, — будто прочитав мои мысли, говорит Марта. — Лучше не рисковать, верно? Милорд вернется и все решит. Пойдем, устроишься в одной из гостевых комнат. Ты голодная? Я принесу что-нибудь вкусненького, и обязательно горячий чай с каплей умиротворяющего отвара. 
Я сглатываю подкативший к горлу ком и молча киваю. Позволяю вести себя через гостиную, в смежную дверь. Там еще одна лестница, по которой мы поднимаемся на несколько пролетов. 
Марта первой входит в комнату и зажигает лампу. 
— Устраивайся. Тут и купальня имеется, — взмахом руки указывает направление, — и кровать вполне себе удобная. Сейчас найду рубаху тебе, для сна. В моей не побрезгуешь? Чистая, выстиранная, не переживай. Дамы сердца-то у хозяина нет. Я, да кухарка Лайза — единственные женщины в этих хоромах. 
Она говорит так быстро, и без остановки, что у меня начинает тикать в висках. 
— Спасибо, — отвечаю, дабы прервать ее монолог. — Твоя вполне подойдет. 
— Замечательно! Иди, купайся, полотенца там есть. А ночнушку я тут, на кровати оставлю. Поднос с едой, чаем, отваром — все-все принесу, не забуду. Может, еще что надо? 
Отрицательно мотаю головой. 
— Хорошо. И не волнуйся, спи спокойно. Никто не побеспокоит, пока сама не спустишься. 
Марта быстро удаляется, прежде чем я успеваю сказать очередное «спасибо».
  
Глава 22
 
Марта не обманывает, меня никто не беспокоит до самого утра. Вернее, время своего обычного подъема я благополучно пропускаю, поднимаясь с кровати, когда на часах уже бьет восемь. Через полчаса начало занятий! Хорошо, что сегодня у моего факультета нет практикумов. 
Быстро привожу себя в порядок, магией стираю с лица следы вчерашних приключений и одеваюсь. Синяки под глазами — не лучшее украшение для женщины. 
Выхожу из комнаты и осматриваюсь, вспоминая путь. Сначала иду не в ту сторону — понимаю это, когда вместо лестницы вниз выхожу в просторную комнату с мягкой мебелью и игровыми столами. Поворачиваю назад. 
В этот раз успешно спускаюсь в гостиную, где обнаруживаю лорда Мортена. Он сидит в кресле у разожженного камина и читает какую-то книгу. Заметив боковым зрением движение, поворачивает голову и смотрит на меня. 
— Доброе утро, Рамона. 
Я отмечаю, какие теплые у него глаза. От их взгляда нагревается кожа, становится уютно даже в этой незнакомой обстановке. Непроизвольно тянусь к волосам, чтобы их поправить. Кажется, что вид у меня сейчас просто ужасный. Хотя этого не может быть — магия знает свое дело. 
— Доброе утро. Простите, я не хотела заявляться сюда в ваше отсутствие… 
— Твое. 
— Что? 
— Мы же договорились перейти на «ты», — он откладывает книгу и встает. — И не нужно извиняться, это совершенно ни к чему. Я дождался твоего пробуждения, чтобы поговорить. 
Становится стыдно. Он еще и ждал, пока проснусь! Обычно я ранняя пташка, но в этот раз будто выключилась, как кукла. Вообще не помню, когда так крепко спала. 
— Да, я тоже хотела бы этого. 
Лоранд молчит, ожидая продолжения, и я набираюсь смелости, чтобы рассказать о вчерашнем. 
И делаю это. Ведаю о бабушкином поступке, о портале, встрече с матерью Рэйзора и своем побеге от нее. И будто бы заново переживаю все случившееся. Замечаю, что руки мелко подрагивают, а голос сдавлен. Но, спасибо, обходится без слез! Мне сложно себя контролировать, вряд ли смогла бы сдержаться и не развести тут сырость. 
— Я не знаю, что мне делать, — признаюсь, подытоживая все сказанное. — Она придумает еще какой-нибудь способ отправить меня обратно к Рэйзору. А тут дело уже не только моего желания, он сейчас настолько зол, что неуправляем в своей ярости. Я просто боюсь его. Но она не видит реальной опасности для меня и… 
 
Тут самое время признаться в своем положении. Я складываю руки на животе и опускаю глаза. Щеки начинают медленно накаляться. 
— Рамона, ты беременна. 
Он произносит это настолько ровным тоном, что вопросительные нотки в нем практически не улавливаются. В груди что-то взрывается, и я зажимаю рот ладонью, все еще не поднимая глаз. 
Это ужасно. Мне не должно быть стыдно, но чувствую я что-то очень похожее. 
— Прости, я обязана была сразу это сказать. До того, как ты принял решение позволить мне остаться в академии. Ребенок — магнит, что рано или поздно притянет сюда своего отца. И его ярость может задеть и тебя. 
Он идет ко мне через гостиную. В такой неестественной тишине, в которой его размеренные шаги кажутся жутко громкими. Останавливается, протягивает руку и приподнимает мое лицо за подбородок. 
Я все же решаюсь посмотреть на него. 
Спокойствие. Вот все, что написано на лице лорда Мортена. А глаза… они словно светятся изнутри расплавленным янтарем. 
— Марта сказала, какие зелья ты просила ее купить. Не сложно догадаться, для чего они. И еще… я чувствую огонь в тебе, для которого ты слишком хрупка. Почему ты решила, что мои действия изменились бы, знай я об этом с самого начала? 
У меня нет ответа. И вообще, я слышу его слова, будто издалека. Потому что нечто подхватывает мою душу, тянет вперед, прямиком в человека передо мной. Еще немного, и растворюсь в нем, как в янтарном море. 
— Почтенной леди Амбер пора на заслуженный отдых, — Лоранд неожиданно меняет тему. 
Моргаю, разрывая зрительный контакт и возвращаюсь в привычное состояние. Хмурюсь, не понимая, что сейчас было. 
— Что ты сказал? — рассеянно спрашиваю я, замечая, что он уже не прикасается к моему лицу и вообще отступил на шаг. 
— Твоей бабушке пора уступить место одной очень талантливой практикантке. Оставайся здесь, Марта подаст завтрак. В академии пока еще не безопасно. 
Лоранд отворачивается и быстрым шагом идет прочь, оставляя меня растерянно смотреть ему в след. 
Рэйзор 
— Где она прячется? — сбрасываю с колен девицу и встаю навстречу матери. 
Вид у нее отвратительный — волосы взлохмачены, кожа до синевы бледная, под глазами синяки. Но меня это не особо волнует. Никто не заставлял ее переться туда в одиночку, да еще в тайне от меня. 
— И ты даже не поинтересуешься, как я себя чувствую? 
От степенной аристократки остается одно название. Она зла, как тысяча виверн. Если б Мона вдруг оказалась сейчас здесь, матушка разорвала бы ее на куски. Это слегка остужает меня. 
— Прости, мама. И как же твое здоровье? Выглядишь больной. 
Жестом приказываю несостоявшейся любовнице пойти прочь. Мать не стала предупреждать о своем прибытии, а ворвалась в кабинет за пару минут до того, как я скинул бы штаны. 
Рыжеволосая бестия подмигивает мне, подхватывает пеньюар и шествует мимо леди Грайборг в одних трусиках. Та провожает ее нечитаемым взглядом, а затем метает его в меня. 
— Ты не исправим, Рэйз! Я, рискуя здоровьем и репутацией, пытаюсь спасти твой брак, а в этот самый момент… 
— Ой, перестань, — перебиваю ее на середине пламенной речи. — Мне нужно сбрасывать напряжение. От того, что я постоянно на взводе, упрямый дракон отказывается возвращаться в полную силу. 
Она поджимает губы, проходит в комнату и садится рядом. Отдать матери должное, побег моей ненаглядной все еще остается тайной для общества. 
Мне сейчас только ропота в народе не хватает! После полной потери второй сущности, я был в таком раздрае… даже не помню толком, что творил. К счастью, дракон вернулся — вчера у меня получилось обратиться. Но только и всего. Ни полетать, ни нащупать нить истинности, ни выпустить пламя. Жалкая пародия на могущественного зверя.